Чтение онлайн

— Это хорошо, что ты на каблуках, — рвано ухмыльнулся Дима, оглядывая Соню. Она стояла перед ним, опираясь руками об столешницу позади себя, выгибаясь в спине, и громко стонала от его прикосновений, пока Дима водил пальцем по горячему влажному клитору.

Дима сатанел от вида возбужденно торчащих грудей Сони и темных сосков, которые в полумраке комнаты стали черно-коричневыми. Дима чувствовал, как дергается и просится наружу возбужденный член. Чувствовал, как натянулась уздечка, причиняя сладкую боль, что отдавалась в твердых яйцах, уже наполненных спермой, готовая вылиться в любимое лоно. Как было бы легко сейчас подхватить Соню под ногу, только расстегнуть ширинку и ворваться в нее, чтобы наконец-то соединиться с той, кого жаждал все эти дни и месяцы!

Но… Пока не время.

Дима наклонился вперед и коснулся губами выгнутой тонкой шеи Сони и слизал языком выступивший на ее коже пот, который на вкус был сладкий и желанный.

— Ди-и-м-им, я не могу-у-у!

И хотя Дима сам был возбужден и взведен до крайности, все же парочку уроков мисс Климовой преподать надо.

Дима обхватил Соню за талию, резко развернул к себе спиной и заставил упереться руками об столешницу, чуть наклоняясь вперед. Соня охнула, словно очнувшись, и напряженно замерла.

Дима смотрел на Соню и уже буквально силой сдерживал себя, пока оглядывал ее стройную красивую спину, переходящую в округлую попку с идеальными половинками и порочной темной полоской между ними. Прочерчивая взором эту полоску, Дима уперся взглядом в тугой крохотный анус. Сжал пальцы в кулак, держась, чтобы не прикоснуться указательным пальцем до этого пока еще запретного входа. «В следующий раз», решил Дима. Опустил взор чуть ниже и увидел сладкие влажные складки, нежно-розовые, и эта маленькая узкая дырочка, которая познала только одного мужчину, сейчас подрагивала и чуть сжималась, словно вместо взгляда Дима ласкает ее налившейся головкой.

Дима выдохнул и прикрыл глаза, восстанавливая дыхание и уговаривая себя немного потерпеть. Потому что уже был готов съесть! сожрать Соню! Всю ее, от макушки до пяток! Такую ахренительно возбуждающую, стоящую перед ним в порочной грязной позе, и от одного этого вида член его болит и ноет, и мелко подрагивает в боксерах, которые скорее всего уже испачкались смазкой.

Соня чуть повела бедрами, словно ища Диму позади себя, и Дима слегка шлепнул ладонью по ее ягодице и рвано оскалился.

— Что ты там говорила о моей немощности, Соня? — спросил он почти ласково. Если не считать того, что голос его был низкий и грубый, еле слышный в духоте сумрачной комнаты.

— Дим, — пролепетала Соня. Подняла голову и уперлась взглядом в панорамное окно. Начищенное до блеска стекло, от пола до потолка, оно не было задернуто шторами. И в этом почти зеркальном отражении Соня увидела себя, голую, с упертыми в стол руками, и Диму, стоящий позади нее с самым диким выражением лица. И это развратная картина еще хлеще возбудила Соню, хотя ей казалось, что она и без того балансирует на грани разума, готовая с головой погрузиться в пучину безумия и похоти.

Дима поднял взор, и они столкнулись взглядами с этом начищенном стекле. Дыхание Сони перехватило от того оскала, что вновь полоснула губы Димы.

— Сейчас мы проверим, насколько ты была права, — прошипел Дима.

Соня услышала, как вжикнула молния и мышцы промежности нервно дернулись от этого предвкушающего звука. Затем послышался звук разрываемого пакетика, и Соня в стекле увидела, как Дима с самым сосредоточенным лицом что-то делает позади нее. Надевает презерватив, чтобы… «Да быстрее уже!», чуть не взмолилась Соня, выгибаясь сильнее и громко жалобного скуля.

— Тише, тише, любимая, — пробормотал Дима, натянув на взведенный ствол резинку. Затем подошел ближе и чуть подпнул ноги Сони в разные стороны. Отрывисто вставил: — Шире.

Соня раздвинула ноги, затянутые в черные чулки. Тогда Дима обхватил ее за бедра и выпятил зад так, чтобы он стоял торчком, раскрывая дырочку прямо у его стоящего члена.

— Вот та-а-ак, — просипел Дима. Приблизился почти вплотную к Соне и уткнулся тугой головкой в ее дрожащий вдох.

— О-о-о! — простонала Соня, пятясь назад, пытаясь завладеть Димой, заставить уже его войти в нее, заполнить ее!

— Не так быстро, — пробормотал Дима, поддерживая член рукой и водя головкой по влажному входу и клитору.

— Пожа-а-ажлуйста, не мучай меня-я-я! Ну войди же уже, прошу тебя, Ди-и-има-а-а! — буквально прорыдала Соня. Ее подбрасывало и простреливало возбуждением от ощущения жара и твердости органа даже сквозь резинку!

— Тихо, я сказал, — отрывисто бросил Дима и слегка шлепнул по напряженной ягодице, и та нервно дёрнулась от грубой ласки.

Дима стянул пальцами ткань бюстгальтера, что не был снят, а болтался где-то на талии. Сжал кружева в кулаке и подтянул Соню к себе. Сильнее надавил головкой в тугой вход, чуть не сходя с ума от того, каким плотным кольцом обхватила его Соня. Затем ввел член чуть глубже, и они с Соней одновременно громко утробно застонали.

— Глу-у-убже-е-е! — выла Соня, ведя бедрами. Но была остановлена крепким обхватом твердых пальцев Димы, когда он стиснул ее бедра обеими руками, сильнее выпячивая зад и фиксирую его, не давая делать лишних движении.

— Что ты там говорила о моей немощности, Со-о-оня-я-я, — прорычал Димы, глядя полыхающим взором на то, как его член входит в Соню, растягивает маленькую дырочку. Шире, еще шире! Потому что его толстый член должен войти полностью, сесть плотно, и быть там, где и мечтал все эти адские минуты разлуки!

Соня уже не могла контролировать своих прерывистых громких криков, которые даже не были стонами, а были наполнены умоляющими нотками, бессвязными звуками, утробными первобытными всхлипами, когда слова уже забыты, как и все остальное. А остался только ее мужчина за спиной и его толстый горячий член в ее лоне.

Дима мучительно-медленно вывел член из Сони. Но не до конца, потому что эти жаркие складки звали его снова и снова. Вышел почти до головки, вновь не в силах отвести взгляда от того, как член наполовину находится в Соне. Дима чувствовал, как болят переполненные каменные яйца, и как пульсирует головка, утопленная в горячем влагалище.

Одно резкое движение бедер и Дима с рыком вбился в Соню, и она вскрикнула. От боли и от наслаждения! От ярких искр в глазах и от невыносимого пожара в складках! От ощущения стального ствола, что раздвинул ее нежные мышцы, завладевая и в очередной раз делая своим!

Дима замер, потом что понял, что сейчас, еще чуть-чуть и кончит, не доведя дело до конца. Но пока не время.

Дима вновь вывел член, до головки, и ввел его в Соню. Но в этом раз не резко, а медленно и не спеша, основательно так, плотненько. Ввинчиваясь в Соню медленной раскачкой, вводя под корень, доставая до конца, вырывая из уст Сони еще более пронзительный вскрик агонии и желания.