Чтение онлайн

– Настроиться я тебе помогу, - обещает Гранов, обматывая вокруг бедер полотенце, фиксируя узел над пахом, чтобы хоть немного скрыть стояк. Выходит к своему водителю прямо так.

Я могла бы предложить ему свой халат, но вряд ли удастся натянуть его на плечи Александра.

– Я тебе сейчас постучу!
– рыкает Гранов так громко, что в радиусе четырех этажей будит всех. Выключив воду в душе, поднимаю с пола вещи Гранова и, не выжимая, бросаю в стиральную машину.

Мне интересно, зачем пожаловал с утра пораньше его водитель? Не мог ведь наперед знать, что начальник остался без одежды? Интерес быстро разгорается, справиться с женским любопытством даже не стараюсь, приоткрыв дверь ванной, подслушиваю чужой разговор.

– Как просили, горячие круассаны, - сообщает Федор.

– Зачем так настойчиво было звонить в дверь?
– всё ещё злой Гранов высказывает водителю. Не смирился, что ему минет обломали.

– Это не я, товарищ полковник! Доставщик цветов тарабанил, когда я поднялся на этаж. Букет забрал, вот.

Вау! Гранов расстарался, чтобы мое утро сделать максимально романтичным?

– Спасибо, - звучит так, будто послал.

– Вы сказали сразу сообщать, если будет информация по Князю, - на слова парня реагирую напряжением. Застываю и не дышу, боясь пропустить хоть слово. Что там с этим уродом? Я на инстинктивном уровне испытываю к нему такую неприязнь, что не расстроилась бы, сообщи Федор о его смерти.
– Я звонил, вы трубку не брали…

– Обсудим позже, - обрубает жестко парня Гранов.
– Олеся, закрой дверь, - теперь достается и мне. Неловкость по поводу своего поступка не испытываю, подумаешь, подслушала. Меня больше раздражает, что Гранов все держит под контролем. Даже такой нюанс - тихо приоткрытую дверь - не смог пропустить!
– Съезди ко мне, привези вещи, - удается услышать, прежде чем я закрываюсь в ванной. Если они что-то и обсуждают, то мне уже не слышно.

Забросив в стиральную машину капсулу, ставлю программу стирки. После одной совместной ночи выполняю обязанности жены. Я на такое не соглашалась.

Быстро приняв душ, накидываю на плечи махровый халат и иду на кухню, где меня встречает умопомрачительный аромат свежезаваренного кофе. На столе букет пионовых роз, омлет с тостами, румяные круассаны…

Ладно, признаюсь, это утро лучшее за многие годы. Брутальный сексуальный мужчина на моей кухне в одном полотенце, букет цветов на столе, завтрак, горячий кофе.…

Я бы осталась в этом дне и не ходила на работу. Не знаю, как Гранов собирается меня мотивировать на вечерний минет, но, если бы он меня сейчас поцеловал и разложил прямо на столе, возражений не встретил бы.

– Садись завтракать, - отодвигает для меня стул, ставит передо мной чашку кофе.

– Что случилось?
– заметив, как дернулись лицевые мышцы, интересуюсь я, делая глоток из чашки.

– Останься сегодня дома, - просит, но при этом давит взглядом. Его словно ломает. Чувствую внутри вулкан, который Гранов сдерживает.

– Что случилось?
– ощущая тревогу, интересуюсь я. Почти не сомневаюсь, что испорченное настроение Александра как-то связано с Князем.

– Поешь спокойно, - прячет свои эмоции Гранов.
– Ничего страшного не случилось, просто не хочу, чтобы ты сегодня появлялась в агентстве. Могу устроить законный больничный.

– Алекс, я офицер…

– Ты моя женщина, Олеся, - перебивает Гранов.
– И ты под моей защитой, - не терпящим возражения голосом. Приятно, но я ещё не готова окончательно сдаться.

– Что сделал Князь?
– не вижу смысла делать вид, что я ничего не слышала...

Олеся

– За то, что подслушивала, нужно тебе по заднице дать, - угрожает Гранов, но как-то совсем беззлобно. Накалывает на вилку огурец, тянет в рот и медленно жует, в то время как я, затаив дыхание, жду ответа. Если Александр расскажет, что сделал этот мудак, согласна даже по заднице получить, но только во время секса.
– Его вчера задержали по моей просьбе, - делится Гранов, а я совсем не удивлена.

– После того, как ты подслушал наш разговор, - предполагаю я, внимательно слежу за мимикой лица полковника, но ни один мускул даже коротко не дернулся на его лице. Он ничем себя не выдает. У каждого из нас за плечами подготовка в спецотряд, но у Гранова опыт и школа ФСБ. Об их методах подготовки спецов я слышала многое, от некоторых рассказов даже у меня волоски на коже вставали дыбом.

– После того, как я увидел следы на твоей коже… - Гранов зло цедит каждую букву. Отмечаю, что он пропустил мою реплику, не стал на ней задерживаться и как-то комментировать.
– Пусть молится и благодарит бога за каждый прожитый день, - у меня мороз по коже от такого Гранова. Сейчас он будто настоящий, обнажился и снял маску.

Понятно, что он весь такой сексуальный, красивый мужик, с классным телом и охрененным коэффициентом IQ, который меня возбуждает, но это только часть его личности, вторая - она темная и беспощадная к врагам. И тоже меня возбуждает.

– Так что случилось?
– переспрашиваю, когда молчание затягивается, а мои нервы все это время звенят от напряжения. Энергетика у злого Гранова бешеная, она даже меня размазывает по стулу и расщепляет на атомы.

– У Князя до хрена связей!
– недовольно цедит сквозь зубы.
– Трое суток его должны были продержать в отделении, но отпустили ночью, не предупредив меня, - постукивая кончиком вилки по тарелке. Есть четкое ощущение, что без внимания этот факт Гранов не оставит, и через секунду я слышу этому подтверждение: - Кто такой смелый и борзый, буду сегодня разбираться.

– А Князь?
– его персона меня волнует намного сильнее, чем проштрафившиеся полицейские.

– Князь.… - шумно втянув воздух, медленно выдыхает.
– Вернувшись к себе на дачу, застал там запланированный кутеж с пьянкой и еблей! Не знаю, в какой момент его переклинило, но сорвался он на одной из проституток. Ту утром привезли в отделение гинекологии зашивать, - ровным тоном выдает Гранов.

Я видела на войне смерть, насилие над женщинами и детьми, видела пытки, но к чужой жестокости все равно никогда не смогу привыкнуть. Там война, там люди теряют человеческий облик, наружу вырываются все скрытые пороки…

Я не закостенела. Не стала черствой и бездушной. Порой так хотелось кричать: «Остановитесь! Вы же люди!». Помню, как уединялась и плакала. Стоя под душем, прятала слезы. Там война, а тут мирное небо над головой, но все равно звери выползают наружу…

– Двух других, говорят, отметелил, как мужиков, - добавляет Гранов.

Внутри меня все цепенеет. Тело покрывается инеем, легкие забивает острыми иголками, так что становится больно дышать.

Блин! Я сама их провожала на заказ…

– Если бы можно было отмотать назад, я бы не впутал тебя в это дело, - сжимает руку с вилкой в кулак. Когда разжимает, замечаю, что металл в его руке деформировался. Он тоже замечает, пытается вернуть вилке прежнюю форму.

– Гранов, отмотать нельзя, поэтому не вижу смысла толочь воду в ступе. Я доведу задание до конца, - говорю спокойно, чтобы не подпаливать нервы мужику, они, как выяснилось, шалят иногда.

– Ты будешь осторожна, - требовательно. Смотрит на меня волком. Попробую отшутиться, загрызет.
– О каждом шаге докладывать, - растирает затылок, словно у него давление поднялось.
– Князя ты зацепила, - признает вроде как нехотя.

«Этот больной ублюдок так просто не отстанет», - читаю между строк. Мне это внимание нафиг не нужно, но я знаю, что оценка Гранова верная. Чувствую это каждым нервным окончанием. На молекулярном уровне. Бешеный хищник нацелился на суку, которую хочет подмять, потому что та дала отпор и выказала своими флюидами ненависть и презрение к нему. Значит, надо сломать и втоптать в грязь. Теперь это что-то личное между нами. Что-то, что сильнее моей ненависти и его вожделения.