Чтение онлайн

– Мы хозяйка домовые, это значит, при доме обитаем, здоровый дух дома, семьи поддерживаем, зла не будет от нас, и беспокойства тоже не доставим, а подсобить там, в чем, за детишками присмотреть, животными всякими, можем, – он кивнул на Баську, который нервно ерзал у меня на руках и рычал. – Испокон веков так было, тем более время сейчас не спокойное, – тихо, без прежней надежды в голосе сказал старичок и обнял домовушку, которая начала всхлипывать у него на плече.

Я не могла смотреть на это спокойно, трогательная сцена этих горе погорельцев, растрогала бы любого. Если они жили до сих пор в доме бабы Мани, а я ничего и не подозревала, ни в юности, ни во взрослом возрасте, может, стоит пустить их на постой.

– Ладно. Но у меня будут условия, мне нужно знать о вас больше, и если мне все-таки не понравится ваше соседство, я отправлю вас искать другое жилье!

– Спасибо хозяйка, – домовые поклонились в пояс, малявка, так и осталась стоять, и только оглянувшись на родителей, а я предполагаю, что они все-таки ее родители, тоже спешно поклонилась. Девчушка вообще была смешная, холщевое платье, больше похожее на мешок от картошки, подпоясанное передником, большая рыжая голова, курносый нос в веснушках и большие голубые наивные глазены, еще она постоянно шмыгала носом и засовывала кончик указательного пальца в рот, за что мать все время ее одергивала.

– Это ваш ребенок? – я, продолжая стоять со скрещенными на груди руками, заслоняя дверцу шкафчика, за которой обнаружилось жилище для домовых, кивнула на малявку.

– Да, хозяйка, – старичок заулыбался, – а это моя домовушка, – он с гордостью посмотрел на женщину, – та смущенно улыбнулась. Малявка же обернулась на родителей и заулыбалась во весь рот.

– Почему она шмыгает носом, она простужена?

– Так мы же погорельцы, а домовые без дома не живут, вот и чахнуть лялька начала, – домовой вздохнул и опять начал мять в руках шапку.

– Теперь у вас есть дом! Ребенка можно вылечить? – я забеспокоилась. Кроме того, что малявка шмыгала носом видимых признаков того, что она «чахнуть начала» визуально не обнаружилось, но я же не спец по здоровью домовых.

– Можно, если пустишь в дом-то, – он кивнул на дверцу шкафчика, – такой крохе место на печи сидеть и за домовушкой наблюдать, учиться, – домовой ласково погладил малявку по рыжим кудрям.

– Не знаю, есть ли там печь, мы же в городской квартире, – я вздохнула и, открыв дверцу шкафчика начала всматриваться в темноту. Баська, притихший на руках, за время разговора, как-то опять разволновался, развернулся и попытался спрятать мордочку у меня под мышкой. Домовой подошел, отодвинул меня себе за спину, и немного наклонившись, прошел внутрь. Темнота внутри сразу же развеялась, и даже как-то радостно, что ли засияла. Я только покачала головой, еще одно чудо чудесное, не укладывающееся в реальность происходящего.

– Все, можно входить, – его лицо высунулось из-за дверцы, но выглядела она теперь не очень похоже на кухонный шкафчик с посудой.

– Вот интересно, а куда делась моя посуда, – я отошла чуть в сторону, пропуская домовушку и малявку вперед.

– Не волнуйся хозяйка, все на месте, – голос донесся откуда-то изнутри шкафа.

– Хорошо бы, – я стояла, задумчиво прислушиваясь к их голосам.

– Желает ли хозяйка дома заглянуть за печь? – домовой вынырнул из проема и торжественно поклонился.

– А можно? – я даже растерялась.

– Это ритуал, – прошептал старичок, не разгибаясь.

– Желаю!

Проем вспыхнул ярче, а на месте кухонного шкафчика появилась дверь нормального размера.

– Это хозяйка ритуал, что бы пригласить хозяйку попасть «за печь» к домовому, он отступил, приглашая меня войти. Баська занервничал и даже жалобно заскулил на руках, когда я шагнула к проходу, пришлось его отпустить.

– Хотя, знаете, в следующий раз. Сегодня с меня и так достаточно ритуалов, и прошу вас не шуметь по ночам.

Я развернулась и побрела в спальню, день был насыщенным приключениями и попытками осознать непознанное, так что спать хотелось очень.

С самого утра очнувшись в охотничьем домике после тяжелого сна, больше похожего на сюрреалистический кошмар, он чувствовал себя одураченным, и разочарованным, от этого и злился.

«Идите спать, Егор». Спать-то как раз он и не собирался. Вокруг происходило нечто невообразимое. Воздух сгущался, превращаясь в прозрачный тяжелый туман, бревенчатые стены подернулись дымкой, рисунок комнаты менялся, расплывался перед глазами. А он завороженно сидел на топчане, наблюдая происходящее не в силах пошевелиться, его как будто парализовало, растворило в пространстве. Медленно прорисовывались каменный свод круглой комнаты, арочные огромные окна, две луны которые он смог рассмотреть из своего положения, искры, хаотично бегающие по замысловатому узору на стенах.

Два гигантских сияющих чистой энергией белых факела, в которых с трудом угадывались черты беловолосой женщины, и незнакомки в старой тельняшке. Звуки их голосов, отражающиеся эхом, они как будто говорили на другом языке, искаженное восприятие тормозило воспроизведение текста, так что смысл сказанных фраз ускользал. Еще один факел бело-огненный, агрессивный, в нем женщина с рыжими волосами.

Только когда факелы начали разлетаться на кусочки и уменьшаться, стало возможным разглядеть лица и фигуры более подробно. Тогда, до заторможенного сознания Егора дошло, что сейчас на площадке происходит драка, и рыжая убила блондинку, а его новая знакомая, вдруг резко взлетела и выбросила рыжую из окна, сама растворяясь в пространстве. Какое-то время он еще просто наблюдал, но ничего не происходило, пытался шевелиться, не получалось, тело не реагировало.

Решив, что так и останется частью каменной стены, в мире с несколькими лунами, из глубины сознания начала нарастать паника. И тут раздался скрипучий тихий смех, древний скрипучий голос ворвался в сознание, заставляя все его существо вибрировать.

«Не бойся! Ведомый излишним любопытством, ты проник в чуждый для тебя мир, и он поглотил тебя. Но тебе повезло, я помогу тебе вернуться. Взамен, ты дашь мне обещание охранять наследную главу дома Небесного покровителя! – голос резал по нервам. – Отныне ты «Страж»! Плечо загорелось жгучей болью, Егора отлепило от стены и, выбросив в пространство, закружило в искрящихся водоворотах.

В следующий момент он открыл глаза, уловив звук хлопнувшей двери, но пошевелиться по-прежнему был не в состоянии. Очень медленно он приходил в себя. Незнакомка ушла, он так же не стал задерживаться, как только смог нормально передвигаться оделся и вышел из дома. Догнать ее он не пытался, медленно добрел по сугробам до машины, и уехал. Дома приняв душ и позавтракав, все еще немного ошеломленный ночным видением, он позвонил знакомому и попросил пробить номер ее машины, а сам поехал в офис.

Уставившись на унылый зимний пейзаж за массивными витражными окнами, мужчина погрузился в размышления.

«Допустим, что ночное видение, это не что иное, как кошмарный сон в зоне нестабильных энергетических потоков. Но, куда пропало пять часов сознания?» Егор пытался по минутам восстановить в памяти вчерашнюю поездку в Марьину Слободку. «Так, в девять утра Андрей сообщил о повышении энергетического фона. В десять в кабинет зашла Ида и принесла показать кинжал. В десять тридцать оказалось, что группа техников на выезде и поехать на детальные замеры не сможет, примерно в десять сорок пять я спустился на склад за оборудованием, в одиннадцать зашел в кабинет, взял портфель, шкатулку с кинжалом, ключи и вышел к машине. Дорога заняла минут сорок, дальше, провал. Вспышка, боль, девушка, охотничий домик. Плохо, очень плохо».