Чтение онлайн

Константин взял нож у жреца и рассёк кожу на её ладони. Людмила не успела даже руку отдёрнуть. Выступили алые капли, побежали по руке, окропили манжеты красного платья. И ещё горячие упали на холодный камень.

Громов передал ей нож и протянул свою руку. Людмила застыла в нерешительности. Традиции традициями, а справку надо спрашивать до любых кровосмесительных действий. Мало ли, где его светлость хаживал.

Мужчина выждал не более полминуты: сам коснулся лезвия и порезал ладонь. Стряхнул руку, чтобы не запачкать мундир. Его кровь закапала на белый камень, смешиваясь с кровью Людмилы.

Его нетерпение её страшно злило. Интересно, он и в постели будет сам справляться?

Алые узоры сплетались, рисуя зловещие предзнаменования. А какие они ещё могут быть при кровавых ритуалах? Красные нити превратились в фигурку Девы.

Людмила посмотрела на Константина, пытаясь понять, видит ли он то же самое или ей это всё привиделось. Может, травы для окуривания имели не только неприятный запах, но и дурманили разум?

Другие красные нити превратились в молнии и ударили по Деве. Сковали небесные стрелы её ноги и руки. А затем белый камень поглотил и кровь, и причудливые картины. Остались лишь коричневые разводы да мох.

Можно ли считать это опасным предупреждением? Девушка снова посмотрела на Громова – он был спокоен. Впрочем, как и всегда. Неужели не видел? Может, знак свыше предназначен ей, и не стоит с ним связываться? В конце концов, именно его семья казнила её брата, разрушила жизнь родителей и растоптала её будущее. Правильно говорил Саша: «Может ли подарить свободу режим потомков воинственного бога? Всё их существо не знает мира. Они несут ту справедливость, которую сами понимают и признают. И разве это можно назвать справедливостью?»

– Яви быть, а ты нас от Нави убережёшь. Слава богу Велесу!

Этот обычай сохранился и в городах. Всегда смешно, когда жених ищет суженую среди её подруг. Здесь же было другое дело.

Людмила с ужасом поняла, что стояла рядом с четырьмя одинаковыми девушками, совсем как она. Вплоть до тёмных кругов под глазами, медового цвета глаз и свежего пореза на руке. Который, кстати, начал саднить и чесаться. Она потёрла руку, и все девицы сделали то же самое без малейшей задержки. Стало невыносимо холодно. Людмила поёжилась. Двойники повторили. И почему-то девушке очень захотелось, чтобы Громов её нашёл.

Константин не подходил к каждой: выставил вперёд руку, провёл перед собой.

Использует свои способности, решила Людмила. Интересно, он хоть что-то честно делает? Нормальный жрец заметил бы подвох и прервал церемонию, но этому, видимо, хорошо заплатили.

Не прошло и минуты, а Константин уже решительно направился к Людмиле, взял её за руку и повёл к жрецу.

– Уж ты гой еси, ты Ярой Огонь! Ты сойди, Огонь, гостем к нам во двор!

Константину выдали кремень и кресало, показали на ветки сложенные небольшим колодцем. Если свадьба будет одобрена богами, то костёр загорится без труда. Слишком простое задание для того, в чьих жилах течёт кровь Перуна. Пусть весьма и весьма разбавленная за столько лет.

Девушка решила, что он и не воспользуется огнивом. Но мужчина её удивил. Несколько раз ударил кремнем по самому кончику кресала. Сначала медленно, затем всё энергичнее.

Если у него не получится – взяли и разошлись. Этот обычай выполняли неукоснительно. Огонь не зажёгся – свадьбу не играли. Но такого, насколько Людмила знала, давно уже не бывало. Если жених не справлялся, то ему в помощь приходило хитроумное изобретение. К сложенному костру подавался газ, и пламя всё равно вспыхивало, вне зависимости от стараний жениха.

После очередного удара искры ударили в щепу. Занялась стружка, затем сухие еловые ветки заискрили, и повалил густой дым. Наконец, огонь вспыхнул в полную силу.

– Союз сей одобрён богами, – жрец воздел руки к небу, – Да будет так.

Молодые вошли в храм. В самом центре у огромного идола Велеса ярко горел жертвенный огонь. Других чуров не было и в помине. У идола стоял другой жрец: в почтенных летах, огромного роста, крупный, округлый, с большой бородой, что спускалась ниже пояса. Неказистый жрец подошёл к нему. Они обменялись несколькими фразами, и тот, что проводил их через испытания, скрылся. Видимо, должен был приготовить что-то к церемонии.

Георгий и Лиза стояли у огня, держали в руках венки. Константин и Людмила подошли к ним. У невесты мёрзли ноги. А Громов по-прежнему был в сапогах. И это страшно обижало девушку своей несправедливостью. Оба ступили на рушник, расстеленный перед верховным жрецом.

– Здравия молодым! – старец воздел руки к идолу.

Велеславский и Лиза молча встали за их спинами, воздев венки над головами венчающихся. Вернулся и неказистый жрец с огромной чашей в руках.

– Как не могут рода русские жить без хлеба, без соли, без холодной водицы, без солнца ясного, без ветра буйного, без неба-батюшки, без земли-матушки. Так чтобы Константин из рода Громовых не мог обходиться без Людмилы из рода Чернышёвых.

Упала чаша, разлетелись глиняные осколки. Невысокий и неказистый жрец оправдал первое впечатление Людмилы. Что теперь будет? Да ничего. Блеск чёрных глаз верховного, один жест, и тот, что моложе, уже собирал осколки. Только мёд – обещание сладкой жизни – медленно растекался по земляному полу.

Что вы хотите мне сказать Боги? Зачем одобряете союз, а затем ограждаете? Да и честно ли разжёгся огонь?

Людмила сделала вид, что оступилась. Конечно, Громов подхватил невесту. На то и был расчёт. Она осторожно коснулась его. Прикрыла глаза, чтобы было легче сосредоточиться. И прочитала в его мыслях то, что ей совсем не понравилось: «Надо бы объясниться с любовницей».

Прочесть мысли Константина дальше помешал верховный жрец.

– Чтобы каждый из вас друг для друга был краше красного солнышка, светлее ясного месяца, светлее звёздочек, чтобы думали друг о друге, заботились, любили, верными были. Лада и согласия молодым. Да будет так!

– Да будет так! – прозвучало в унисон за спиной. Друзья водрузили на головы молодых венки.

Можно закончить всё прямо сейчас. Да не надо было и начинать.

– Готов ли ты, Константин из рода Громовых, стать защитником и продолжателем своего светлого рода?

– Готов, – кивок головы, медные пряди коснулись эполет.

– Готова ли ты, Людмила из рода Чернышёвых, стать хранительницей семейного очага и продолжить род Константина из рода Громовых?

Стихийное бедствие никогда не приходит одно. Даже когда разрушительная сила – это твоя лучшая и, пожалуй, единственная подруга по имени Лиза.