Чтение онлайн

Итак, Брам сжал между пальцами плоть свою и дернул, порвав кожу и вытянув сухожилие.

Возьми же тело мое. Отдаю тебе себя, ибо ты вернешь мне утерянное сторицей…

И частичка тела его превратилась в землю, известную как Ибрамия, а теперь – Империя Мутри. Так появился наш дом.

Однако новый мир не слишком изменился.

Чего же не хватает? Хочешь больше? Что ж, бери…

Вырвал Брам прядь волос своих и, разбросав их по земле, окропил собственной кровью. И поднялись первые растения, и зацвели, и дальше уж размножались сами. Каждая частица тела Брама к нему вернулась, словно и не отдавал он ее. Не гас и его внутренний огонь, сколько бы Брам его ни расходовал.

Хм… Однако чем больше отдаю я, тем меньше испытываю боли.

Улыбнулся он, нежно лаская свое новое творение.

Что нужно тебе еще? Скажи, все сделаю. Чего ты желаешь, новый мир?

И ответил наш мир, только никто не знает, что сказал он.

Тогда понял Брам, что может создать нечто великое. И принялся он за дело, творя все новые и новые сущности из тела своего. Зубы и кости пошли на создание холмов и высоких гор. Шепот его, подхваченный дыханием, стал ветром, что теперь свободно овевает землю нашу.

Еще? Изволь… За каждую частицу плоти моей вознаграждаешь ты меня небывалой красотой. Благодарю тебя, о, благодарю!

И все же Брам себя обманывал. Так много отдал, что ему становилось все хуже, однако радость затмевала боль.

Вдохнул он огонь в наш мир. Его окутало тепло, и опять чего-то не хватало. Искры, что возожжет жизнь. Меня. Тебя…

Что хочешь сказать ты? О чем забыл я? Отчего здесь так пусто? Могу ли дать я тебе что-то еще? Скажи, мое детище, не молчи…

Брам ласково погладил созданный им мир, надеясь получить ответ – чего же ему недостает?

Мир молчал.

И не мог понять Брам, ту ли форму придал он сотворенной им жизни и как ему поправить свои ошибки.

О, ответь, ответь же, и я прислушаюсь к тебе!

В смятении оторвал он от себя еще кусок плоти, надеясь, что воспрянет новая жизнь.

Что же тогда? Или ты доволен? Хочешь получить еще часть меня? Пожалуйста – я готов… Больно… Скажи, что это последняя моя жертва, скажи, что я наконец вылепил тебя…

И отдал Брам себя без остатка, отдал душу свою. И породил он нового бога, которого мы все знаем, сотворил жизнь – цельную и достойную. Была соткана новая сущность из гордости и гнева, из одиночества и страданий Брама.

Ты прекрасен… Дай же взглянуть на тебя, мое подлинно живое создание! Подай голос, услади слух мой… Дай узнать тебя!

И новый факел, возгоревшийся во тьме, заговорил. Услышал Брам его и дал имя ему.

О Сайтан, сын мой…

Предстал пред ним Сайтан, принц белого пламени и звездного света. Самой судьбой было ему назначено способствовать отцу, чтобы тот выполнил долг свой.

– Поможешь ли ты мне? Пойдешь ли со мной, избавишь ли от одиночества?

Не преминул сын ответить согласием:

– Да, отец мой.

Взялись они за руки и обменялись плотью своей, чтобы родились от нее дети, братья и сестры Сайтана.

Долго обменивались они историями своими, обсуждали, кто чем будет заниматься, и держали ответ пред теми, кто избрал их, а кто-то тихонько сидел подле Брама, ожидая, когда появятся на свет другие его творения. Смертных – людей и Шаен – еще не было.

И все же новые боги не сумели избавить Брама от одиночества. Картина творения оставалась неполной. Но в чем причина? Брам догадаться не мог.

Что-то тут не так… Чего-то по-прежнему недостает, однако не могут разум и взор мои этого постигнуть. Быть может, не мне об этом судить, а детям моим?

Собрал Брам детей своих и спросил: что мыслят они? Дети предложили ему действовать как ранее: отделять от себя частички сущности, и от них тоже, и таким образом попытаться создать нечто новое. Обдумал Брам их предложение. Что изменится? Нет ли иных путей творения?

И сказал он:

– Нет. На этот раз будет иначе. Создание пламени и богов – в прошлом. Неужели ничего не сумеем мы придумать? Так и будем творить сущности из плоти моей и огня моего? Мне требуется нечто другое: более высокое и в то же время более приспособленное. Нечто простое, но могущественное. Нечто иное, что потребуется смертным мира сего.

Итак, на этот раз не стал Брам жертвовать плотью своей и вновь возникших богов. Попросил он их лишь поделиться внутренним огнем и частичкой естества, чтобы бросить их в великое ничто.

– Последуете ли вы за мной, дети мои? Поступитесь ли частью сущности своей – тела и души, как бы больно ни было вам?

Желал Брам, чтобы дети его все обдумали и твердо уверовали в то, что жизнь может возникнуть там, где ее никогда не было. И вознаградились усилия их.

– Кто они, Отец? – спросил его Сайтан.

– Прислушайся, сын мой, и ты поймешь. Здесь есть сила, и вам следует лишь ее освободить. Тогда те, кому жертвуете вы, все расскажут сами – и истории свои, и имена.

– Они – Ситры… – сказал первенец Брама.

Первыми из Ситров – Сиратре – стали сущности, несущие совсем малую толику огня и света. И каждый из них нуждался в меньшей опеке. И гораздо меньше напоминали богов они, что чрезвычайно устраивало Брама. Наконец удалось создать ему нечто новое.

– Посмотрите же на них! Пока пусты они, и можем мы вылепить из них что угодно. Вот только неведомо мне – как… Они пока ничего не знают и на нас совсем не похожи. Они… другие!

Они готовы меня принять…

Итак, Брам с помощью рожденных от плоти его детей занялся обучением Ситров. И научил их многому, и узнали Ситры свою роль в новом мире.

Ненадолго успокоился Брам. Однако Ситры не слишком оправдывали его ожидания. Отличались они от богов и в то же время на них походили, хотя стать богами им было не дано. Пусты были они и растеряны. Ничего не выражала улыбка их, и напоминала она безжизненную маску. И падающий в глаза их свет счастья бытия становился холодным и далеким отражением.