Чтение онлайн

Слава отложила книгу и встала, приветствуя мужа. Внимательный взгляд превратился в заинтересовано-одобрительный, и только тогда она осознала, что в ярком (для чтения) свете канделябров, тонкая ночная сорочка больше показывает, чем скрывает. Позволив себе миг явного мужского интереса, Удо снова надел маску учтивости. Все же, девочка только вчера стала женой, не стоит пугать ее чрезмерной напористостью.
– Поделитесь, что вас так заинтересовало? – Не дожидаясь приглашения, граф переставил второе кресло так, чтобы оно стояло не напротив, а рядом и устроился в нем.
– Я рассматривала подарок Ее Величества.

Слава немного смутилась от столь пристального внимания. Время и обстановка явно не способствовали светским беседам. Да и не настолько близки они с мужем, чтобы заходить вечером друг к другу поболтать. Хотя при дворе и можно было увидеть и услышать разное (как и везде, где волею судьбы много разных людей собирается в относительно небольшом пространстве), к подобным конверсациям ее опыт не подготовил. Не смущаться этого мужчины ей предстояло еще привыкнуть.

А граф все тем же светским тоном продолжал.
– И о чем же, позвольте спросить, этот подарок? Дайте же и мне возможность оценить степень заботы Ее Величества.
– Это поваренная книга. – Слава снова опустила глаза, ощущая неловкость от того, что разговор сворачивает на такие житейские темы. Граф, казалось, тоже удивился.
– Вы читаете на ночь поваренную книгу? – Почему-то Славе показалось, что муж едва сдержал смешок. – Это, позвольте уточнить, после ужина или вместо?
– Это просто, чтобы занять время, пока муж занят делами. – Не сдержалась, выпустила стрелу, приправив ее капелькой досады за одинокий ужин в пустом чужом доме.

Воображаемая стрела со свистом пронеслась мимо. Граф только сдержанно улыбнулся, словно в ответ на хорошую шутку.
– Ну, что же, Ваше Сиятельство, теперь ваш супруг здесь и в полном вашем распоряжении.
– Предлагаете читать рецепты вместе? – Интересно, надолго хватит его непробиваемости?

Слава понимала, что играет с огнем, но... Девочки говорили, что сразу после первой ночи муж обычно дает жене некоторое время, чтобы «прийти в себя». Дескать, это считается хорошим тоном и проявлением заботы. Но Предслава точно помнила, что никто Либуше никаких дней не давал. Наоборот, во дворце только и судачили о том, что кронпринц, буквально, не вылезает из спальни молодой жены. Либуше не жаловалась, но и сильно счастливой не выглядела. И вот теперь сидит этот граф Удо в ее, Предславы, спальне и беседы беседует, вместо того, чтобы сразу и внятно сказать, зачем пришел. А ты попробуй понять, в какую игру он решил поиграть. Или, если хватит смелости, попробуй сыграть свою.
– Давайте попробуем. – Похоже, графа тоже не так просто сбить столку. – Вдруг найдем что-нибудь интересное.
– Да интересное я уже нашла. – Слава вздохнула, сдаваясь, и повернула книгу так, чтобы мужу было удобнее читать. – Вот, тут рецепт жареного угря.
– А что не так с угрем? – Искреннее непонимание мужчины, привыкшего, что пища подается на стол в готовом виде.
– Так он же – жирный! – Слава еще раз пробежала глазами рецепт и даже передернулась. – Сам по себе – жирный. Мы дома его коптим, жарим... Ну, то есть, мои дома его коптят.
– Да, у нас тоже так делают. И что вас так удивило, Зилли? – Граф – само внимание. Голос заботливый. Одной рукой пододвинул поближе книгу, а второй, словно невзначай, приобнял жену за талию, привлекая поближе.
– У вас его жарят с бочкем. На масле. Угря! С бочкем! На масле!
– Так, душа моя, успокойтесь.
– Граф не выдержал и фыркнул смехом. – Во-первых, я уже говорил вам, что не силен в чужоземных языках. При чем тут бочка? И как в ней можно что-либо жарить, она же сгорит?
– Да не в бочке, а в ... бочке? – Слава махнула рукой. – Не «бочка», а «бочек»! Это когда свиней бьют, с бочка срезают не сильно толстый жир с полосочками мяса...
– А, это вы про шпек? Это, по-вашему, будет «бочка»?
– «Бочек». – Поправила Слава. – Ну, выходит так. Куда там это все? Еще и масло...
– Ну-у... – Граф сделал вид, что задумался. – Немного хорошего масла еще никому не помешало. А знаете что, Зилли, угря я вам не обещаю, но хорошую маркель... Вот только приедем, непременно велю подать к обеду. Идите-ка сюда, посмотрим, какие еще секреты Ее Величества хранит эта книга...

Слава покорно позволила сначала усадить себя к мужу на колени, потом – приобнять, якобы, чтобы не упала. Потом супруги вместе с книгой переместились туда, где им будет удобнее читать. В конце концов, забытая книга так и пролежала всю ночь на прикроватной консоли, открытая на разделе: «Блюда из рыбы и гадов морских и речных».

Уже попрощавшись, Удо не сдержался и еще раз склонился над постелью, чтобы поцеловать жену.
– До затвра, Зилли! Спите сладко!
– До завтра, Ваше Сиятельство!

Слава дождалась, пока муж прошел через гардеробную, напряженно вслушиваясь в звуки за стеной. Наверное, впервые пожалела, что в этом доме хозяйство так отлажено. Было бы проще, если бы перемещения хозяина сопровождались какими-то звуками, скрипом дверных петель, например. Выждав время, которого по ее мнению должно было хватить, Слава на цыпочках подкралась к двери. Гардеробная была пуста.

Спрятавшись за ширмой, обнаружила кувшин с водой и свежие полотенца. «Интересно это распоряжение графа или тут просто так заведено?» - подумала, с удовольствием отмечая, что вода еще не успела окончательно остыть. Видимо, ее опять подали очень горячей сразу после возвращения хозяина. Приведя себя в порядок, хотела уже юркнуть в свою комнату, но не удержалась. Узкой щелочкой приоткрыла дверь в спальню мужа, пытаясь рассмотреть, что там.

Комната была зеркальным отражением ее покоев. Разве что цвета для обивки стен и мебели подбирали более сдержанные, темные. Свечи были погашены, похоже, граф уже спал. Движимая необъяснимым любопытством Предслава осторожно открыла дверь и прокралась внутрь. Складки балдахина скрывали спящего от посторонних глаз, но она ведь не собирается тревожить мужа, правда же? Она только посмотрит и уйдет так же тихо, как и пришла.

Граф действительно спал. Вольготно раскинувшись, он, казалось, занимал собой всю постель. Тени скрывали выражение его лица, не давая рассмотреть подробнее. Слава тихо вздохнула, сожалея. Ей было интересно, как выглядит муж, когда не следит за выражением своего лица, потому что до сих пор он отличался умением держать себя в руках. Разве что вечером... Слава вспомнила картину, тайком подсмотренную сквозь сетку ресниц, и тут же поспешила отогнать воспоминание.

Мужчина в постели что-то пробормотал и повернулся, заставив Славу вздрогнуть. Внезапно осознав, насколько глупо и неоднозначно сейчас выглядит, стоя у постели спящего мужа, она опрометью бросилась к двери. Зарывшись под одеяло у себя, в покоях графини, она уже не могла видеть, как Удо, в свою очередь, на цыпочках прокрался в гардеробную.

Убедившись, что жена отправилась в постель, он притворил дверь и тихонько хмыкнул. Похоже, под видом благовоспитанной девицы ему, словно кота в мешке, вручили деревенского сорванца. Но, может, оно и к лучшему. Представив, какой скандал закатила бы «нежный цветочек» Лили, вздумай он заявиться к ней в спальню вторую ночь подряд, Удо вынужденно признал, что иногда даже у маменьки получалось принять верные решения. Случайно, видимо.

А эта, мало что приняла безо всяких скандалов, так еще потом сама пришла в его покои. Граф поразвлекался, представляя себе возможные цели этого визита. Самая заманчивая, скорее всего, мимо. Но и на то, что молодая графиня пришла душить чересчур настойчивого мужа тоже не очень похоже. Значит, истина лежит где-то посредине.

Уже засыпая, Удо с сожалением подумал, что надо было устраивать свадьбу на неделю раньше. Ну и что, что не успели бы доехать какие-то трижды дальние родственники из провинции? Кому они, собственно, нужны? Ему самому? Да встреть он их случайно в переходах дворца, не узнает, скорее всего. Отец тоже годами прекрасно жил безо всех этих «младших» ветвей, но туда же, уперся: «Свадьба наследника!», «...подобающим образом!». А у него теперь из-за всех этих «подобающих» вещей срывается вполне себе многообещающий флирт. С этими мыслями граф и уснул, пообещав себе при случае получше присмотреться к жене.

***

Утром Предслава узнала, что муж еще с рассветом ускакал куда-то по делам. Короткая записка с извинениями и устно переданные через прислугу слова, чтобы ждали его к ужину. Список вещей, необходимых для поездки, Слава отдала горничной еще вчера. Оставалось придумать, чем занять сегодняшний день. Смысла бродить по дому, нервируя прислугу, она не видела. Работы, какой-никакой, накопиться еще не успело. Поэтому, закончив завтрак, Слава скомандовала закладывать карету для поездки во дворец.
– Что, прямо сейчас и поедете? – Удивилась горничная, помогая госпоже собраться.
– А почему нет? – Удивилась Слава. Вроде, муж никаких распоряжений не оставлял, ей бы старшая прислуга сказала, если что.
– Так ведь в дорогу завтра. – Заахала служанка. – У вас тут и свадьба, и все такое... А еще во дворец этот. И в дорогу завтра... Совсем себя умучите, госпожа! Нельзя же так.
– Так уж и умучу! – Предслава фыркнула. Нет, подобная забота, конечно, приятна. Но к тому, что ее теперь будут заворачивать в вату, словно теплое яичко, она как-то оказалась не готова. – В конце концов, я действительно завтра уезжаю непонятно на сколько. А ведь я – все еще фрейлина Ее Величества. Подай шкатулку с украшениями, посмотрим, что там.

Во дворец Предслава прибыла с видом победительницы. Что бы там ни говорили сплетницы, она – молодая графиня фон Биркхольц, жена наследника старинного графства. Ее муж может позволить себе свадебные подарки стоимостью в рыцарское снаряжение. А завистники могут дальше захлебываться злостью. Теперь уже можно их не бояться.

Королева Либуше сегодня, как обычно по утрам, принимала просителей в своем кабинете. Таким образом у Предславы был выбор, побеседовать спокойно в кабинете (и отнять драгоценное королевское время) или дождаться традиционного Малого выхода и выбрать время, когда Либуше сможет остаться с ней наедине. Потому что, как ни крути, а поговорить было надо.

Можно, конечно, продолжать корить себя, что увлекшись титулом и молодостью будущего супруга, Слава совершенно не додумалась собрать сведения о подноготной этой семьи, только поверхностные сплетни. Да, молодой граф Удо ни при первом знакомстве, ни при втором особых подозрений не вызвал, скорее, наоборот. Но сейчас, когда ей предстояло остаться с ним вдвоем, причем, надолго, неплохо было бы разобраться, каких бурь следует опасаться в первую очередь. А что бури там бушуют нешуточные, было понятно сразу: отец, который не ночует в собственном доме, брат, при упоминании которого морщится большинство присутсвующих, кузина, о существовании которой Слава узнала в день свадьбы...