Первая любовь. Ты мой кофеин
Шрифт:
— Ты не курила никогда?
— Один раз по глупости решила попробовать. Интересно было. Оказалось, невкусно, — ответила Катя. Сережа пустил смешок. — Ну и Олег потом по мозгам проехался.
— А родители?
— Отец ушел, когда мы еще были детьми, — выключила закипевший чайник Романова. — Мамы не стало два года назад.
— Прости, я не знал, — опешил Сергей от осознания, что Олег — все, что осталось у Кати. От открывшегося факта стало еще более тошно от происходящего.
— Не стоит извиняться, — сразу попыталась успокоить актера девушка. — Со временем легче это воспринимается. Свыкаешься. Да и ее уход был долгим, мы, как бы это страшно ни звучало, немного успели подготовить себя.
— Она болела? — рискнул предположить молодой человек.
— Рак, — поставила перед ним чашку чая Катя. — Олег почему в универ отказался возвращаться — хватался за любой бизнес, чтобы маме лучшее лечение и лекарства оплачивать. Благодаря ему она еще полтора года продержалась.
Сергей был поражен тем, как спокойно Романова делится с ним этими фактами своей биографии. И ему даже было приятно — значит, они становились ближе. Актер тоже был готов делить с Катей все: как радостные танцы у кофемашины, так и такие тяжелые моменты жизни. Жаль, что они не встретились тогда, может было бы легче разделить горе с ним.
— Ладно, не будем больше об этом. А то я тебя загрузила и так, — горько улыбнулась блондинка, ставя перед парнем тарелку с горой блинов и усаживаясь напротив. — Приятного аппетита. Пока все не съешь — домой не уедешь.
— Я же лопну, — поразился актер.
— Не страшно, соберем по частям. — Оба засмеялись.
Казалось, жизнь за пределами кухни остановилась, настолько пара была увлечена друг другом. Сережа отвлекал Катю забавными историями из театрального университета, а она с удовольствием слушала. Но, когда закончилась уже вторая кружка чая, стало понятно, что пора и честь знать.
— Так что, завтра в девять утра в «Кофеине»? — с грустной улыбкой спросил Сергей. Катя стояла к нему спиной, убирая в раковину грязную посуду и пытаясь собраться с мыслями.
— А может у меня останешься? — нашла в себе силы рискнуть и задать вопрос Романова. — Уже поздно, пока домой доберешься, пока спать ляжешь — вообще не выспишься к девяти. Я могу тебе постелить у Олега или в зале, где захочешь.
— Если я тебе не буду в тягость…
— Не будешь, — перебила парня Катя. — Так что?
— Тогда остаюсь, — расплылся в улыбке Сережа. Такой расклад вечера в глубине души ждал каждый.
Выдав Сергею полотенце и сменную одежду из шкафа брата, Катя отправила его в душ, а сама занялась уборкой после ужина. На душе было приятное волнение от того, что в ее квартире остается мужчина, еще и столь важный сердцу. Сережа, стоя под обжигающим душем, тоже с улыбкой думал об интересном стечении обстоятельств, возвращаясь еще к моменту случайного знакомства. А ведь эти испорченные краской кеды все еще стоят у него дома, выбросить жалко. И стоит ли? Может он в этих кроссовках под венец с Катей пойдет.
Усмехнувшись своим мыслям, Сережа вышел из душа, оделся и, вытирая волосы, отправился на поиски девушки. Катя стояла на балконе в гостиной, вдыхая прохладу летней ночи и смотря на огни Петербурга. И если телом она была здесь, то мыслями на другом конце города, где брат.
— Ты чего мерзнешь? — спросил молодой человек, испугав Романову. Та аж подпрыгнула на месте и оглянулась в страхе. Но, увидев это хитрое лицо с шухером на голове, улыбнулась, невольно заворожив дыхание.
— Тепло, — кратко ответила девушка.
— Ну-у, допустим, — кивнул актер, выйдя на балкон и оценив температуру. — Вы живете в очень красивом районе, — сказал актер, оглядываясь на город.
— Да, — улыбнулась девушка, облокачиваясь на перила. — Эта квартира нам еще от бабушки осталась. Она любила рассказывать, как здесь, вопреки закону, проходили подпольные квартирники ленинградского рок-клуба.
— Твоя бабушка бунтовщицей была? — удивился Сережа. Катя кивнула. — Крутяк. Ленинградский рок-клуб!
— Ага. ДДТ, Чиж, Пилот, кого тут только не было, — усмехнулась блондинка.
— Вот, наверное, почему у Олега любовь к гитарам, — сложил два плюс два Сергей. — В бабушку пошел!
— Скорее всего, — засмеялась Катя. Последние дни даже имя брата вызывало в ней слезы, но с Сережей ей почему-то было легче обсуждать какие-либо факты о брате. — Так где тебе постелить? У него или в гостиной?
— Мне без разницы, — посмотрел в глаза блондинке Сережа. На самом деле разница была, он хотел бы заснуть в обнимку с ней. Но таких вариантов не было, а сам предлагать он не осмелился.
Катя устроила его в гостиной, разобрав большой диван и притащив все подушки, что были в наличии. Но, встав у застеленной кровати, застыла, не моргая. Сережа заметил это и нахмурился.
— Ты чего? — спросил он, наклоняясь, чтобы посмотреть в глаза. Девушка взяла себя за локти, сжимая руки. Нижняя губа предательски дрогнула. — Эй, малышка, иди сюда, — взял сам ее за руки и прижал к себе.
— Не отпускай, пожалуйста, — шепотом, едва слышно, выдавила из себя Катя. — Без него здесь так холодно. Так страшно засыпать одной, зная, что его за стенкой нет.
— Я здесь, — ответил Сережа, целуя девушку в макушку. Он и представить не мог насколько ей сейчас было тяжело оставаться наедине с собой.
— Не уходи, прошу. Я больше не выдержу.
— Не ухожу, — еще поцелуй в макушку. — Ложись-ка со мной. Обещаю не приставать.
Впервые за неделю Катя спала спокойно.
Глава 26. Касса, шеф и адвокат
Утром Сергей проснулся от запаха яичницы. Ощутив пустоту справа от себя, в ужасе сел на кровати, озаряясь в поисках девушки. Но, услышав возню на кухне, спокойно выдохнул. Зевая, встал и тихо пошел к Кате. Зайдя на кухню, облокотился на дверной косяк и начал наблюдать за девушкой. Большая футболка прикрывала бедра, но открывала взору худые идеально ровные ноги. Свои красивые волосы девушка убрала в неаккуратный пучок и выглядела по-домашнему уютно.
— Сука, — ругнулась блондинка, чуть не уронив из рук лопатку.
— Вау, ты способна на ругательства? — не сдержал умиления Сережа. — А я думал хорошие девочки не матерятся.
— Господи, Сережа, хватит тебе уже меня пугать! — с трудом сдерживая смех, сказала Катя. — Садись лучше завтракать. Сегодня в меню омлет и кофе.
— Какой из пятнадцати? — усмехнулся актер.
— Любой, какой вытащишь, — улыбнулась в ответ блондинка.
Завтрак прошел не менее уютно и забавно, чем ужин. Сережа умело закрывал ту дыру, что сейчас росла в Кате из-за проблем с братом, и не менее искусно отвлекал от мыслей о нем. Поэтому она уже боялась даже на шаг отходить от него — актер стал ее спасением, глотком воздуха в вакууме проблем. Но, подъезжая к кофейне, улыбка с лица Кати спала.