Чтение онлайн

Приятно ли это нам или неприятно, но, рассуждая исторически, а не бульварно ругаясь, мы должны признать и понять, что за спиной коммунистической партии стоит какая-то намагниченная сила, и что они, коммунисты, в отличие от иных партийных организаций, связаны какой-то могучей психической целью, которая их заставляет везде и всегда оставаться, прежде всего, коммунистами.

Нет на свете коммунизма американского, английского, немецкого, французского или итальянского, но есть зато коммунизм в Америке, в Англии, в Германии, во Франции и в Италии.

Коммунизм един и во всех народах проявляется только пропущенное сквозь их национальную психологию отражение этой центральной, коммунистической единой идеи. Коммунист во время работы и на службе, дома или в дороге всегда чувствует себя членом партии и действует исключительно согласно ее инструкциям.

В моей книге «На заколдованных путях» я сказал, что коммунизм — это современная материалистическая религия. Критика, выходящая из церковных кругов, набросилась на меня за это определение, но я и теперь, в «Войне и политике», остаюсь верен этому определению, и не вижу ничего оскорбительного в этом для церкви, определяя коммунизм религией материи в отличие от церкви, исповедующей религию духа.

Мы, русские, углубляясь в историческую сущность коммунизма, начинаем понимать, что одна из его тайн заключается в тайне русского миссионизма, который, исстрадавшись и очистившись, пройдя через миссию разрушения, выйдет первым на дорогу миссии строительства новой правды. Русской правды. Великой истины мирового равновесия. Разрешения тайны биномов: Азия и Европа — Запад и Восток. По неоткрытым еще законам жизни с Востока всегда текут истины — идеи, а с Запада истины — законы материи. Россия — грандиозный мост, на котором встречаются оба течения. Здесь идея превращается в материю, а материя дает точку опоры идеям. Это приведет русский народ, как уже было сказано выше, первым к открытию утерянной истины, то есть права международного равновесия. Равновесия между культурой и цивилизацией. Между религией и наукой. Между техникой и моралью. Между свободой индивидуализма и тоталитарным принуждением коллективизма. Между национальным эгоизмом и интернациональной абстракцией.

В это мы должны твердо верить и понимать, что наша великая русская миссия и является причиной ненависти к нам остальных народов.

На свете сейчас существует три основных национальных ненависти: антисемитизм, антигерманизм и русофобство. Все эти три нации выявляют небывалую динамическую силу.

Немцы и мы — в национально-государственных формах при огромной тенденции разлиться в планетарном масштабе. Еврейство в международно-интернациональной форме при грандиозной тенденции в области духа перейти трансцендентальные границы, а в области материи — установить планетарное господство.

Историческая сила этих народов веками динамизируется обильно пролитой ими кровью.

Нас ненавидят. Одни не терпят евреев, но благоволят к немцам, другие наоборот, а третьи, склоняясь перед первыми и предпочитая вторых, являются нашими лютыми врагами.

Зависть и страх перед силой динамики этих народов и являются главными элементами исторической к нам ненависти.

Надо стараться слушать, искать и понимать правду. Нельзя закапываться в узко-партийной программе, перестать наблюдать жизнь, изучать иные вопросы и все свои силы тратить исключительно на доказательство правоты и непогрешимости своей партийной программы.

Давно пора перестать ходить в шорах. Надо помнить хорошую пословицу англосаксов: «The future belongs to a thing, that can grow» — «Будущее принадлежит тому, что может расти».

Вскоре настанет время сказать слово о связи с русской исторической миссией, то есть о тайне Третьей России.

Нет в мире тысячелетних рейхов. Россия пережила великокняжеский период киевский, царский период — московский и императорский — санкт-петербургский. Теперь переживет период четвертый — советский.

В императорское время она духом своим стремилась ввысь и блуждала в поисках организации мира на исключительно духовных началах. Советский период, ликвидировав оторванную от народа и беспочвенную интеллигенцию, бросил ее государственное мировоззрение на самое дно реального материализма. Россия начала искать реорганизацию и строительство всего мира не на базисах религии духа, а религии материи. Пройдя на своем историческом пути и первое, и второе испытание, Россия выйдет на дорогу мирового равновесия между духом и материей. Между стремлением к идеалу и силой реализации. По формуле Geist und Tat — дух и деяние, она, найдя первой свою историческую правду и динамизируя ее морем пролитой крови, понесет ее в мир и тем выполнит свою великую историческую миссию. Миссия Третьей России, России мировой совести и мирового равновесия.

БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ?

На Дальнем Востоке пожар разгорелся. Корея в огне гражданской войны. Американский воздушный «блицкриг» не удался, и военные операции начинают принимать затяжной характер. Корейский полуостров в Азии, как перед Второй мировой войной испанский в Европе, делается маневренным плацдармом пробы военно-политических сил, новой тактики боя, сопротивления противника и качества современного оружия.

Одним словом, ведется боевая разведка, глубоко проникающая в политико-военную систему противника, готовящая нанесение новых воздушных ударов на последующих участках грандиозного мирового фронта. Морально-юридическое столкновение разворачивается на сцене союза народов, где американские атаки чередуются с советскими контратаками.

С уверенностью можно сказать, что вскоре наступил момент, когда перед американской Главной квартирой, как некогда перед германской, встанет во весь свой исторический рост вопрос: «Что дальше делать?» Искать каких-то еще не испробованных дипломатических путей для предотвращения грядущей Третьей мировой войны или ради спасения своего престижа, да и не только престижа, а много-много большего, бросить все и вся на карту истории? Прекратить политическое жонглирование, признать, что «холодная» война бесповоротно проиграна, и, бросив войну полумерами в Корее, выступить в поход с открытым забралом?

В моих статьях «Война и политика» я писал, что, прежде всего, надо согласовать действия политики со стратегией. Страте-

гия является той же политикой, но только проводимой в жизнь иными методами. Она требует полного уважения к тем законам, которые управляют ею. За нарушение их платится обыкновенно морем невинной и ненужно пролитой крови, а в теперешнее время — и потерей самого государственного существования.

Законы стратегии требуют, прежде всего, ведения войны на главном театре военных действий и решительных оперативных ударов против главного противника. В противном случае кампания всегда затягивается и можно, идя от победы к победе, очутиться у государственного разбитого корыта. Одного немецкого исторического примера вполне достаточно.

Нельзя вести то политику эвакуации Южной Кореи, без предварительного ее вооружения и организации, то решения ее защищать при помощи своих войск, не будучи к этому достаточно подготовленным.

Если принять решение воевать, то надо воевать по всем правилам военного искусства, а не игнорировать их и воевать полумерами, не пуская в ход решающего оружия, подавляющей техники, достаточных сил или бросать все это по частям без предварительной концентрации. Корейский противник — это прекрасно обученный и вооруженный большим опытом солдат, только что снятый с фронта гражданской войны в Китае. Старая военная истина, о которой я писал в моих книгах, говорит, что нет решающего оружия, и что атомную бомбу по многим моральным техническим и экономическим соображениям не везде и не всегда можно будет применять.

На корейском примере эта истина блестяще оправдалась. Только координация всех способов ведения современной войны, то есть политических, технических и оперативных — сможет дать необходимые результаты. Нужно хорошо понимать, что современная война — это одновременно большая и малая, и она требует одновременного применения классической стратегии и стратегии политико-партизанской войны.

Неприятие этой истины может дорого стоить командованию англосаксов.

В войне 1941–1945 гг. германская восточная политика связала руки немецкому Генеральному штабу и этим привела вермахт к разгрому в войне против СССР. Теперь на далеких полях Азии, кажется, снова повторяется эта роковая ошибка. Политика Вашингтона связывает по рукам и ногам американскую Главную квартиру в Японии. Она предопределяет линию продвижения, указывает средства действия и ограничивает технические и военные возможности.