Первая ступень
Шрифт:
– Никоим образом. С чего вы так решили?
– С того, герцог, что я прекрасно слышу и вижу всё, что происходит в моей крепости. Так что будьте любезны, уважаемый, немедленно покинуть крепость.
– Не вижу законного основания для подобного заявления, - нахмурился тот.
Если я правильно поняла, то дядя Мелитрисы сейчас не на ту напал! Её чем-то подобным не запугаешь!
– Вы являетесь в крепость без предупреждения. По правилу крепости это уже нарушение. Но учитывая ваше родственные узы, я простила это. Так же, я дала вам время переговорить с вашей племянницей. Строго выделенное время и место. А вы, вместо этого заявляетесь в больничное крыло только что пришедшему пациенту и начинаете давить на психику и запугивать.
– Я никого не запугивал, - раздраженно ответил тот.
– Пусть так. Однако то, что вы давите на психику своей аурой, - у дяди от такого заявления лицо вытянулось, - своим присутствием и своим тоном, вы подвергаете моего пациента стрессовому состоянию, которое в данный момент ему не желательно. Более того, вы делаете это все, не спросив моего личного разрешения, - и быстро добавила прежде, чем дядя успел возразить.
– Моего личного разрешение, так как обе пациентки находятся в моей власти, и под моей ответственностью.
– Я считаю эти требования абсурдными и необоснованными, - тут же вступил в спор тот.
– Я не делал ничего противозаконного и...
Никогда такого ещё не видела. Направленная струя видимого ледяного мороза влетела, через окно, изогнулась, будто это не струя, а змея, и стрелой ударила в спину дяди Мелитрисы. Вся спина тут же покрылась льдом, а дядя резко закрылся мощным щитом и отскочил на полметра с линии атаки. Эльвира даже и глазом не моргнула, Мелитриса вздрогнула, а я с интересом наблюдала за струёй, предполагая, кто может быть её источником. И не ошиблась, потому что в окне появился морда дракона, ледяные глаза которого были полны ярости.
– С каких это пор ваши драконы нападают на гостей?
– разъярено спросил маг, держа в руке сгусток, который ну очень мне не нравился, хотя я ничего не чувствовала.
– С тех пор, как гости перестали быть гостями, герцог, - ответила спокойно начальница крепости, у которой глаза перестали сиять зеленым пламенем.
– Вы не на территории Черного королевства и даже не в столице. Это пограничная крепость и здесь существуют строгие порядки, которые касаются всех, в том числе и таких, как вы. Так что будьте любезны, покиньте крепость.
– Хорошо, - кивнул тот уже спокойным тоном.
– Я покину её немедленно.
– Буду рада вас сопроводить, - ухмыльнулась Эльвира Илларионовна.
– Мы поговорим об этом позже, Мелитриса. Прощайте, - кинул господин Милстрон-Вайзер и вышел.
– Уф, - с облегчением вздохнула Мелитриса.
– Он, наконец, ушел. Я думала, что он уйдет не скоро, и утихомирить его не сможет ни кто.
– Страшный у тебя дядя, - заметила я.
Мелитриса поникла.
– Все так говорят. Я до поры до времени думала, что он такой только на людях. Всё же титул герцога это не шутки. Дядя относился всегда ко мне благосклонно. Если я обращалась к нему, он всегда помогал мне. Дядя единственный, с кем я могу говорить спокойно и откровенно.Что бы я не сделала, он всегда мне поможет. Я думала, что я его знаю. Но оказалось, что это не так, - она вздохнула, но быстро справилась с собой.
– Кстати, он дал тебе своё личное слово, что может тебе помочь в будущем. А этим я тебе советую не пренебрегать. Мой дядя, скажем так, очень влиятельная шишка, и не только в нашем королевстве.
– Да уж, - фыркнула я.
– Ты видела, какое у него лицо было, когда он разговаривал с этой женщиной?
– вдруг оживилась та.
– Ага. Будто ему подсунули что-то очень неприятное, - улыбнулась я.
– Ещё бы! Да эта женщина посмела поставить его на место. Его! А такое с ним даже король сделать не может!
– сообщила довольная Мелитриса.
– Думаю, если сообщить об этом некоторым людям, дяде придется не сладко. Так что ему придётся отказаться от идеи отправить меня в частную школу.
– Да, весело у вас, - сказала я, а потом спросила уже серьезно.
– Как ты?
– Я уже почти три недели, как нормально. Маги быстро подняли меня на ноги. Тоже во сне. А вот с тобой они мучились, - ответила Мелитриса.
– Мне этой гадости дали совсем немного, а вот тебе споили как минимум литр. Я видела у них огромную бочку этой жидкости.
Мелитрису передернуло от воспоминаний.
– А что ты помнишь?
– спросила я.
– Когда я очнулась первый раз, то мы лежали в обычной комнате с железной дверью и нормальными чистыми кроватями. Всё это время ты была в бессознательном состоянии.
– Плохо.
– Плохо, - кивнула она.
– Пару раз приходили какие-то люди. Их лица были закрыты иллюзией, и я никого не запомнила. Они - то и давали тебе эту дрянь, - Мелитрису передернуло от воспоминаний.
– Тебе вкалывали её в руку и потомприходилисмотрели на твою реакцию.
– И какая же у меня реакция была?
– поинтересовалась я.
– Ты не пришла в себя, когда они пытались тебя разбудить.
– Вот твари!
– взвыла я.
– Это ещё что. Ты хотя бы не помнишь вкуса этой отравы. А мне её насильно в рот запихали. Правда, я при этом их всех прокляла, - Мелитриса поморщилась.
– Зато после этого охрана сменилась, уже на других. Кажется, там уже были то ли орки, то ли тролли.
– Вряд ли тролли. Они слишком большие, - не согласилась я.
– Да какая разница. Факт в том, что после того, как меня накормили этой дрянью и я всех прокляла, нас перетащили в маленькую пещеру. Причем тащили долго. Она была очень глубоко и закрыли решетку на огромный засов.
– Ничего такого не помню, - сказала я.
Это было правдой, потому что я действительно не видела ничего похожего на засов. Хотя, если бы там была статуя нашего короля, я бы её тоже не заметила. В голове сразу сформировался образ красивых, но ужасных топазовых глаз.
– Пещера, решетка и боль, - вздохнула Мелитриса.
– И потом временами я слышала тебя, как ты меня успокаивала, подбадривала и под конец помню, как ты вытаскивала меня из этой пещеры.
– Сочувствую, - сказала я.
– Это не мне надо сочувствовать, - скривилась Мелитриса.
– А тебе. Ты всё это время была ещё в худшем положении.
– Хорошо, что я ничего не помню, - как можно естественней пожала плечами я, однако это было не так просто.
Если бы Мелитриса только знала, о том, что произошло там, в пещере. Если бы она слышала эти жуткие крики и видела эти топазовые глаза. Если бы она только почувствовала тот страх остаться в подземелье одной, ничего не понимающей, ничего не знающей об окружающем. Если бы она только знала, как было страшно идти по тому коридору, всё время вперед, боясь обернуться и встретиться с топазовыми глазами.