Первая
Шрифт:
"Знаешь, в последнее время я довольно много размышляла о твоей тёте", - сказала Бет тихим голосом. "Так печально, когда нечто подобное происходит с кем-то в таком молодом возрасте, - она помолчала с минуту, а потом продолжила.
– Эм, у тебя есть нечто такое, о чем бы ты сожалела?" Я пробежалась пальцами через ее темные волосы, обдумывая свой ответ.
"Да", - призналась я. Она помолчала, давая мне возможность объясниться, если, конечно, я пожелала бы. Итак, о чем же я сожалела? Мое признание сорвалось с губ прежде, чем я обдумала ответ. Видимо мое подсознание знало обо мне больше, чем я. У меня была целая куча сожалений, и во всех них неизменно присутствовала Бет. Я отдавала себе полный отчет в том, что мои признания расстроят Бет, и я не собиралась рассказывать ей о них возможно из-за страха показаться лицемерной ханжой. Я сожалела, что наша дружба понемногу начала ухудшаться, переходя ко все более поверхностным отношениям. Где-то в глубине своей души я знала, что мы любим друг друга так же сильно, как раньше, или даже больше. Для Бет я сделала бы все, что угодно, и я знала, что она сделала бы для меня то же самое. Я сожалела о своей слабости в том, что лишена способности признать - я чувствовала влечение к своей лучшей подруге и понимала, что ее тоже влечет ко мне. Моя голова все еще шла кругом от тех мыслей, которые посетили ее всего несколько часов назад, когда я мыла Бет. Казалось, что это произошло не со мной, что те мысли не были моими собственными мыслями. А могло быть и так, что они все же были моими, но гораздо более настоящими и честными, чем когда-либо раньше. Я не могла понять саму себя и была слишком молода, чтобы разобраться со всем этим за одну ночь.
Я взглянула в окно и увидела, как первые лучи солнца начинают выглядывать из-за домов, стоящих позади нашего. Мы разговаривали всю ночь. Я обратилась к Бет.
"А ты?"
"Да, и часто". Она поудобнее устроила свою голову у меня на груди, и её объятия стали чуть крепче. "Кто-то однажды сказал мне, что жить без сожалений, означает вообще не жить". Я вздохнула.
"Как это верно". Я почувствовала, что на такую близость начинает реагировать мое тело. Все его нервные окончания с самой искренней мольбой устремились к тем частям тела Бет, которые соприкасались с моим. По-видимому, в этой витающей тишине поздней ночи или, лучше сказать - раннего утра, было нечто такое, что заставляло мое тело гораздо лучше осознавать то, что происходит вокруг и его истинные желания. Я закрыла глаза и сглотнула.
"Думаю, нам все-таки следует хоть немного поспать", - сказала Бет нежным голосом. Я открыла глаза и с облегчением вздохнула. Сон. Какая хорошая идея, и тут же задалась вопросом, а что если и Бет так же сильно взволнована нашей близостью, как и я. С этой мыслью я закрыла глаза, позволяя тьме окутать меня.
* * *
Мы с Ребеккой остановились в Колорадо-Спрингс у IHOP, чтобы поесть. Сидя за столиком, я смотрела на свой почти нетронутый чизбургер и картошку фри, зажатую в руке, которую я снова и снова окунала в смесь кетчупа и майонеза.
"Знаешь, мне кажется, что на картошке вполне достаточно соуса, ее уже можно съесть". Я подняла взгляд и встретилась со смеющимися глазами Ребекки. Усмехнувшись, я засунула картошку в рот. "Скажи мне, а чем занималась Бет и как проходила её жизнь? Она жила с кем-нибудь?" - спросила моя любимая, вытирая соус со своих губ. Я пожала плечами.
"Если честно, то я не знаю. Мне ничего не известно". Я вновь столкнулась с ее пристальным взглядом и смогла разглядеть непонимание и даже немного удивления. "Я размышляла об этом прошлой ночью. Понятия не имею, где она жила или с кем, если вообще она жила с кем-то. И то, чем она занималась, хотя вот тут, зная Бет, все просто и очевидно - она была на сцене до конца", - я улыбнулась своим воспоминаниям. "В том единственном месте на земле, где она воистину чувствовала себя, как дома. На подмостках сцены".
"Это точно, она была очень талантлива. Я рада, что мне удалось увидеть ее на сцене, хотя это было всего один раз".
"Да. Это так".
"Нравилось ли Бет в школе?" - спросила Ребекка, потягивая чай со льдом. Я покачала головой.
"Она ненавидела ее. Думаю, единственной причиной, по которой она так долго посещала школу, было то, что в ней был театр. Им она жила. Ну ладно, театр и студенческие вечеринки". Ребекка кивнула, и на её лице промелькнула легкая улыбка.
* * *
Я проснулась от ощущения жара за своей спиной и довольно громкого стука, раздающегося прямо в моей голове. Как только я вернулась в реальный мир, то поняла, что жар исходит от Бет, прижимающейся к моей спине, её рука лежала на моей талии, удерживая на месте и не давая отстраниться. И кто-то настойчиво стучал в мою дверь.
"Эмми? Дорогая, ты проснулась?"
Я подняла голову и посмотрела вокруг. Моя комната представляла из себя зону настоящего бедствия - вонючее мусорное ведро по-прежнему стояло рядом с кроватью, на полу раскидана одежда, а солнце ярко светило через окно. Я простонала.
"Да", - пробормотала я и очень осторожно, чтобы не разбудить Бет, выбралась из постели и подошла к двери. Открыв ее, я обнаружила там маму в халате, она пристально посмотрела на меня.
"Дорогая, ты собираешься сегодня идти в школу?" - спросила она, приподняв брови.
"Который час?" – поинтересовалась я.
"Почти восемь тридцать". Я снова простонала. Уроки начались почти сорок пять минут назад.
"Нет, - решила я.
– Уроки уже начались. К твоему сведению, мы легли спать часа три тому назад, и… - я повернулась и кинула взгляд на спящую Бет, - сегодня я нужна Бет". Я повернулась обратно к своей матери.
"Ладно, Эмми, - ее лицо стало серьезным.
– Ты скажи Бет, что, если она выкинет нечто подобное еще раз, ей не придется беспокоиться о Норе Сэйерс. Она будет иметь дело уже со мной".
"Намек понят, миссис Томас", - раздался сонный голос позади меня. Я хихикнула, а мама заглянула в комнату через моё плечо.
"Тебе лучше понять это", - сказала она, грозя пальцем Бет, которая виновато улыбнулась и со стоном уронила свою поднятую голову обратно вниз на подушку. "Вам, девочки, надо немного поспать", - сказала мама и быстро обняла меня, прежде чем покинуть нас. Я повернулась и направилась обратно к кровати, мое тело чувствовало себя так, как будто прошлой ночью по нему проехался жутко огромный грузовик. Как только я забралась обратно в постель, Бет снова прижала меня к себе, я поудобней устроилась в ее объятиях и тут же заснула.
Глава 6
Подсказывая отцу и Рону направление, я помогла им обойти угол, чтобы не повредить стену изголовьем кровати, а затем открыла дверь в спальню так широко, насколько это было возможно. Недовольно ворча, они поставили тяжелое изголовье на пол и направились за оставшимися частями кровати обратно к грузовику, который стоял на подъездной дорожке. В это время мама и тетя Китти сидели на кухне, составляя для тети график приема лекарств по назначенным рекомендациям доктора.
"Посторонись!" Я прижалась к стене, пропуская мужчин, несущих один из матрасов. После того как они прошли мимо, я двинулась к выходу, не желая мешать им. На дворе стояла ранняя весна, и первый год моего обучения в старшей школе близился к завершению. Летом мне исполнится восемнадцать, и впереди предстоял последний год учебы. Я с нетерпением ожидала его завершения, стремясь поскорей получить диплом, и отправиться учиться дальше - в юридическую школу Боулдер, Колорадского университета.
Состояние тети Китти за прошедший год существенно ухудшилось. В самом начале диализ проходил хорошо, и так продолжалось до тех пор, пока игла капельницы, которую врачи втыкали в её руку, чтобы соединить с прибором для очистки крови, не начала закупориваться сгустками, а её вены одна за другой не начали разрушаться. Так что сейчас ситуация значительно ухудшилась и теперь у нее остался только один шанс на выздоровление - место в очереди на донорскую почку. Я знала, что мама очень сильно волновалась, переживая за сестру.