Первое мгновение вечности
Шрифт:
— А это ещё один интересный нюанс, — Том самодовольно улыбнулся, наслаждаясь чувством собственной важности. — Малфой сказал, что в Хогвартсе этих эльфов полно, они выполняют всю черную работу и готовят на кухне. Скорее всего, чтобы домовики не путались под ногами, для них сняли эти чары, или они их как-то обходят, находясь в школе.
— Но если меня травил школьный эльф, значит это кто-то из персонала? — удивленно спросил мальчик, — но кто…
— Копай глубже, домовики здесь принадлежат не столько волшебнику, сколько зданию, а значит, подчиняются тому, кто в этом здании главный.
— Директор? — после минуты гробовой тишины выдохнул мальчик. — Думаешь, это был директор?
— Ну вряд ли он сам, но подумай! Он же самый сильный волшебник в школе…
— С самой блистательной репутацией, — мрачно добавил Поттер, — он не мог…
— Ну конечно! — оживился Арчер, — это же естественно! Кто на него подумает? Он же великий волшебник, которого, если верить слухам, боялся даже Волдеморт.
— Но зачем ему меня убивать? — недоуменно спросил Гарри, — он же боролся с Волдемортом…вряд ли, — он с сомнением покачал головой, — думаю, ты ошибаешься…
— Да подумай, — зашипел Том, — если бы ты погиб, вину свалили бы на Слизеринцев и директор избавился бы от ненужных людей…
— Чушь…
— Хорошо, — Арчер кивнул, — но это же логично! Только директор мог подстроить такое. И почему никто из профессоров не забил тревогу, когда тебя травили? Почему все это замяли? Почему делали вид, что не замечают как тебе плохо? Это подозрительно…
— О, так теперь у тебя вся школа в сговоре? — саркастично заметил Гарри, хотя последнее замечание друга засело у него в сознании. А действительно, почему?
— Ну мало ли какая власть в руках Дамблдора, он мог приказать…или угрожать, — Арчер хмуро смотрел на друга. — Люди, наделенные властью, опасны, какими бы они хорошими ни казались.
— Не вижу мотива, — вздохнул Поттер, — как ни крути, директору не выгодно меня убивать.
— Тогда почему вместо того чтобы забить тревогу, он замолчал о случившемся с тобой?
— Так ничего же не случилось, — Гарри пожал плечами, хотя надоедливое «почему» так и крутилось в голове, — я же не умер…
Неожиданно Том хлопнул ладонью по столу.
— Ну конечно! Он и не хотел твоей смерти, — шепотом сообщил Арчер, Гарри вздохнул, идеи сыпались из друга как из рога изобилия, — он пытался запугать тебя, возможно, он хочет подтолкнуть тебя к чему-то…или сделать так, чтобы ты подозревал своих сокурсников, чтобы ненавидел свой факультет! Точно! Он пытается настроить тебя против Слизерина, очевидно же, что директор хотел бы видеть тебя на Гриффиндоре, ведь, — Том поморщился, — все гриффиндорцы герои…
Гарри узнал интонации и улыбнулся.
— По–моему, Снейп говорит не так, — мягко заметил он, и прочистил горло, придав своему голосу нотку надменного презрения. — Все гриффиндорцы — идиоты, — процитировал он, Том прыснул.
— Это одно и то же, — друзья обменялись веселыми взглядами.
— Итак, — бодро сказал Гарри, приосанившись, — у нас на руках есть один подозреваемый и море сообщников…
— Ну, вроде того, — Том пожал плечами. — Меня ещё заботит зелье, помнишь, я говорил, что готовить его сложно и опасно. Мало кто возьмется за такую работу, и то, правильно приготовить этот яд может только мастер зелий, а таких по пальцам пересчитать можно, — Том помрачнел, — но одного мы знаем.
— Профессор Снейп ни за что…
— Да я не об этом, — отмахнулся Арчер, — вдруг директор хочет подставить его? Начать расследование и доказать, что зелье варил Снейп! Дамблдор могущественный колдун, он может состряпать любое обвинение, вдруг все это сделано, чтобы избавиться от профессора?
Гарри хотел что-то сказать, но неожиданно звонкий девичий голос разбил приватную атмосферу тайного сговора.
— Какая же глупость! — на столешницу перед мальчиками обрушился толстенный фолиант, и сама обладательница книги уселась за стол напротив слизеринцев, — уже минут двадцать вас слушаю и всё гадаю, это шутка или вы действительно такие болваны?
— А тебе не говорили, что подслушивание чужих разговоров в некоторых случаях карается смертью, Грейнджер? — раздраженно поинтересовался Арчер, глядя на девочку. — И тебя никто не приглашал… — Гарри ощутимо толкнул друга локтем и повернулся к подруге.
— Прости, он не хотел тебя обидеть… — начал мальчик.
— Вообще-то хотел… — Арчер получил ещё один удар локтем в бок и насупился. — Да больно же!
— Хватит, — прошипел Поттер и улыбнулся Гермионе, — ты слышала наш разговор?
— С самого начала, — девочка высокомерно глянула на Арчера, и снова обратила свое внимание на Гарри, — надо сказать, более абсурдной мысли в жизни не слышала, — она закатила глаза и снова покосилась на Тома, теперь с молчаливой насмешкой, — никакой логики.
— А ты просто кладезь логических заключений, да? — съязвил Арчер.
— Я, по крайней мере, адекватно оцениваю мысли, приходящие мне в голову, — огрызнулась Гермиона, — тебе никто не говорил, что домовики могут аппарировать куда угодно, гений? — ядовито поинтересовалась она у Тома. — Для них нет таких ограничений как у волшебников. Домовики обладают особенной магией, нам не подвластной.
Том погрузился в гневное молчание.
— Значит, это мог быть любой эльф? — вступил в беседу Поттер. — Не только школьный?
— Да, — она кивнула и снова воззрилась на Тома, послав ему сладкую улыбку, — и если вдруг тебе придет в голову обвинить профессора Дамблдора, почитай вот это, — она подтолкнула к мальчику древний фолиант. — Может, что-то новое узнаешь.
— А тебе не говорили, что не нужно верить всему, что пишут? — мурлыкнул в ответ Арчер. — Или ты только буквы можешь нормально воспринимать?
— Да хватит же! — прикрикнул на них Поттер. — Может, перенесем день взаимных оскорблений на другую дату? От вас с ума сойти можно!
— Но она…
— Том…
— Да он же…
— Гермиона! Хватит, — Гарри помассировал виски, от этой перепалки у него уже голова гудела, — давайте лучше поговорим об эльфах. Чей он мог быть?
— Да чей угодно, — Грейнджер скрестила руки на груди, — гадать можно до бесконечности…
— Но вот если его поймать и допросить… — хищно улыбаясь, начал Арчер и тут же напоролся на возмущенный взгляд гриффиндорки.