Первое прикосновение
Шрифт:
Рив уронил руки, и я увидела в зеркале его нахмуренное выражение лица.
Он отступил, и это отозвалось в моей душе острой болью.
– Эй, ты же сам спросил, - отрезала я.
Рив попятился, а затем повернулся ко мне спиной.
– Я уже говорил, что не хочу, чтобы ты знала обо мне худшее.
Я повернулась, держа руки за спиной, и облокотилась на комод, потому что мне необходимо было за что-то держаться, чтобы не упасть.
– А то, что ты знаешь обо мне самое худшее, это ничего?
Он присел на краешек кровати. Все еще непоколебимый, но уже была видна толика сомнения.
– В твоей истории мерзкие люди поступали плохо с тобой. А не ты делала что-то плохое.
Однако это до сих пор беспокоило Рива. Между нами возникла трещина.
– Думаешь, есть разница? Считаешь, я могу сбежать? Если не заметил, я никогда не умела сбегать. Даже когда стоило бы.
Я судорожно вздохнула, когда поняла, что сказала. Когда осознала, что сказала правду. Что бы я ни узнала об Эмбер, я не уйду.
И подошла к Риву, будто в подтверждение своих слов.
Он раскрыл мне свои объятия, когда я встала между его ног.
– Может, я боюсь, что ты сбежишь от меня.
– А если и так, ты отпустишь меня?
– Боже, я была такой жалкой. Так же откровенно молила его хоть о малейшем намеке на чувства, как и он меня.
– Я уже сказал, что больше не буду никого удерживать силой.
– Он поцеловал меня в ложбинку между грудью.
– Но если честно, Эмили, - Рив поймал мой взгляд, - я не уверен, что смогу сдержаться, если ты действительно попытаешься уйти.
Я обхватила его лицо ладонями.
– Я не собираюсь убегать от тебя, Рив. И надеюсь, что, в конце концов, это не причинит мне вреда. Потому мое доверие не так уж и важно, верно? Для тебя ситуация беспроигрышная.
– Возможно, это была манипуляция, потому что мне все еще хотелось, чтобы он раскрыл свою тайну. Потому что искренне хотела довериться ему.
Действительно хотела полюбить его.
Рив тоже хотел, чтобы я любила его. И вновь подтвердил это, когда убрал мои руки от своего лица, поцеловал каждую ладонь и произнес:
– Это важно. Для меня.
Его поза, выражение лица, интонация - все говорило о том, что он не дурачил меня, чтобы получить желаемое. Он действительно хотел заработать мое доверие.
Я осторожно попробовала надавить.
– Как мог секс встать между вами, Рив?
– То был не секс. Не совсем, - скрипнул зубами он.
Мне едва хватало смелости дышать, не то что говорить. Но все же я спросила:
– Тогда что это было?
– Что же.
– Рив провел пальцами по тыльной стороне моей ладони.
– Ее беспокоила скорее часть моего характера, имеющая отношение не только к спальне. Она считала, что я слишком сильно все, эм-м-м, контролирую.
Я усмехнулась.
– Так и есть.
– Но тебе это нравится.
– Иногда.
Рив вздрогнул, и я успокаивающе сжала его ладони.
– Большую часть времени, Рив. А остальная часть для нас не проблема, потому что мне нравится угождать тебе. Но разве с ней было не то же самое?
– Эмбер бы это понравилось, если не ошибаюсь. Той Эмбер, которая любила, когда мужчины нравились ей больше, чем что-либо на свете.
– Нет, она была не такая, - сказал Рив.
– Сперва мирилась с этим. А потом, когда это стало проблемой, я пытался держать себя в узде. Сдерживался. Ради нее. Пока дело не доходило до секса, где я все равно выплескивал весь свой характер.
Я отодвинулась от Рива и села на кровать позади него. Было тяжело слушать, как он говорил об Эмбер, и при этом не испытывать ревности. И хотя я убеждала его, что, если бы он рассказал правду, это пошло бы нам обоим на пользу, на самом деле меня это беспокоило настолько, что мне понадобилась хоть небольшая дистанция.
Если Рив и заметил мою отстраненность, то виду не подал. Он повернулся ко мне.
– А чем больше я сдерживался в спальне, тем чаще все это проявлялось в других аспектах жизни. Это была причина постоянных ссор между нами. Мы оба постоянно пытались выяснить, насколько готовы пойти на компромисс.
– Это нормально для отношений. Вы либо ищите баланс, либо расходитесь, если понимаете, что на компромисс приходится идти слишком часто.
Не то чтобы я сильно разбиралась в нормальных отношениях. Эмбер со мной разорвала всякое общение, и мне стало любопытно, не посчитала ли она, что слишком часто шла на компромисс?
– Я хотел жениться на ней.
– Заявление Рива привлекло все мое внимание.
– Ты сделал ей предложение?
– Вопрос получился немного приглушенным. Надеюсь, он предположил, что это было удивление, а не боль. По правде говоря, и то, и другое. Много и того, и другого.
Рив потупил взгляд.
– Не совсем сделал предложение.
– Дай угадаю. Нанял священника, купил платье, все организовал, а потом рассказал ей.
– Мои слова были полны зависти и должны были больно жалить его. И я не ожидала, что попаду в точку, пока не увидела вину в его глазах.
– Ты что, шутишь? О, нет. Не шутишь.
– Это должен был быть сюрприз. Романтичный.
– Нельзя преподносить женщине сюрприз в виде свадьбы.
– Тем более Эмбер.
– Любой женщине. Даже той, которой нравится твоя доминантная сторона характера.
Что ж, может, ей и нравилась его доминантная сторона характера, но романтики я в этом не видела.
Рив забрался подальше на кровать, чтобы прислониться к спинке.
– Я запомню, что ты так считаешь.
– Я не успела переварить услышанное, ведь он тут же продолжил: - Как выяснилось, она думала аналогичным образом. И отказалась выходить за меня. Прямо перед священником и моими друзьями. Здесь все и произошло, если ты еще не догадалась. И вместо того, чтобы дать мне еще один шанс, она сказала, что бросает меня.
Я напряглась, внезапно вспомнив, что у этой истории был не самый лучший конец. Хотя и не забывала об этом, ведь Рив предупреждал, что это плохо. Но многое шокировало меня, и я совсем забыла, что бы он ни сделал, это заставило Эмбер позвонить мне с просьбой о помощи. Он напугал ее настолько, что она произнесла кодовую фразу.
Я прижала колени к груди и поощрила его продолжать.
– И потом?..
– Я не мог потерять ее. Поэтому не позволил ей уйти.
– Не позволил ей уйти? Вот что ты имел в виду, когда говорил, что удерживал кого-то силой?