Чтение онлайн

Я поежился. Неприятная, но весьма похожая на правду ассоциация. Маги в плане знаний настоящие наркоманы.

— Интересно, интересно, — тихо пробормотал Венг, продолжая водить пальцами по узорам.

— Линии, они и есть линии, — пожал я плечами. — Мне больше интересно, как их так ловко вырезали в камне.

— Магия? — предположил Бахал. Простое и универсальное объяснение для любой загадки мира.

— А зачем тратить магию, чтобы создать какой-то узор? Ладно бы свой портрет, это я еще могу понять. Картинку красивую, чтобы глаза радовала. А это… — я с неприятием покосился на гипнотическое переплетения линий. — Если долго всматриваться, начинает болеть голова.

— У древних нет других изображений, — наставительно пояснил Венг. — Только подобные причудливые узоры. Одни считают, что древние обладали другими, недоступными нам возможностями магическими или техно-магическими для передачи образов. Другие исследователи полагают, что существовал запрет на любые изображения живых существ.

— Как у ликанов? — удивился я, вспомнив один из наименее кровавых обычаев дикарей. — Они считают, что изображение любого живого существа похищает его суть.

— Тоже мне сравнение, — Венга передернуло, словно он наступил на что-то мерзкое. — Ликаны — просто полуразумные животные. Что они могут знать о культуре и искусстве? Их запреты порождены низким уровнем развития. А древние — это древние! — решительно закончил молодой маг.

Я вновь посмотрел на причудливые узоры. И вспомнил, где видел что-то похожее — на боевых поясах ликанов иногда встречается схожая по структуре вышивка. Похоже, наши кровожадные дикари знали древних. Ну, или они сами и есть те самые одичавшие древние. Хотя эта версия не выдерживает никакой критики. Столь развитая цивилизация просто не могла скатиться до подобного примитивного уровня. А если бы и скатилась, то к моменту появления на Суренасиле первых людей, должна была восстановиться. А ликаны, как бегали тысячу лет назад с голым задом, так и бегают. Все их развитие — более изощренная магия, кислотные гранаты и некоторые специфические виды ядов. И это притом, что империя у них под боком. Те же дхивальцы за каких-то сто лет постепенно перестали быть дикарями с копьем и луком. Теперь у них не только винтовки и пушки, но и примитивные паро-магические големы есть. Уступающие имперским и островным, но все же.

Асимрун и Тайши даже дикарями не назвать. Просто отдельные самобытные цивилизации. В чем-то уступающие империи, в чем-то превосходящие. Те же водные маги у Тайши невероятно хороши. И когда начались контакты, эти страны довольно быстро стали перенимать нашу техно-магию.

Да даже дикари западных колоний, насчет принадлежности которых к людям ученые империи до сих пор спорят (где это видано, чтобы у людей была черная словно уголь кожа?), постепенно начинают приобщаться к цивилизации. По крайней мерее то же огнестрельное оружие они с удовольствием используют. А ликаны и варгары дальше луков так и не ушли.

Так что в одном Венг прав — сравнивать ликанов и древних просто глупо.

В отличие от остальных ликанов, привыкших довольствоваться малым. Всевождь устроился в разбитом у долины лагере со всеми удобствами. Кто-то другой мог бы посчитать их весьма скромными, но Та’Энди слишком хорошо знала ликанов, и их образ мыслей. С точки зрения этого дикого народа обстановка в шатре вождя кричала о роскоши, силе и власти правителя северных пустошей.

Тщательно выделанные шкуры, мех которых сверкал на солнце. Поделки из кости. Множество черепов убитых зверей и чудовищ севера. Даже черепа хомо встречались. Великая честь, с точки зрения ликанов. Значит всевождь считал их былых хозяев достойными врагами.

Даже для знатока языка ликанов, а выучить его непросто, имена ликанов слишком сложны и труднопроизносимы. К тому же ликаны-воины не любят обращение по имени, предпочитая прозвища. А у всевождя этих прозвищ насчитывалось не меньше десяти, так что в общении с ним Та’Энди предпочитала просто титул, его сокращенную версию. Полный титул был сродни ликанским прозвищам, очень длинный, красочный и совершенно непроизносимый для любого не ликана, даже прекрасно знакомого с языком воинственных племен.

— Вы становитесь плохим предвестником почтенная Та’Энди, — лениво отметил всевождь, когда они обменялись приветствиями. — Я вновь потерял множество своих воинов, как и тогда в городе. А ваши поиски все так же бесплодны.

— Вы сами отказались посылать под землю кого-то из шаманов, — напомнила видящая.

— Мы не станем нарушать древние запреты по такому малозначительному поводу, как несколько жалких беглецов.

— Эти жалкие беглецы вновь перебили сотни ваших отважных, сильных воинов, — отметила Та’Энди, щадить самолюбие ликана она не собиралась.

— Среди них был маг, — нахмурился всевождь, шерсть на его голове вздыбилась. — Никто не говорил нам про мага! Да и правила насчет древних руин забытого пути писались не нами. Вы их придумали, — напомнил он. — Любым обладающим даром вход в них закрыт.

— Наша ошибка, признаю. — Та’Энди сочла за лучшее сделать шаг назад и извиниться.

Для ликана всевождь обладал поистине железной выдержкой, но лишний раз злить его не стоило. Не то чтобы он ей навредит, просто не сможет. Но ликаны своенравны и обязательно найдут способ, чтобы отомстить. В мелочи, сущей ерунде, но отомстить. С удовольствием растерзают того же ушедшего в пустошь мага-предателя. А потом повинятся. Скажут, что не узнали его. Не успели отдать нужные приказы. Или придумают что-то другое.

Тоже инструмент, но не такой послушный, как предатели хомо или варгары. И куда более опасный. Жаль что остальные альвы этого не видят. Слишком привыкли, что дикари послушны воле Великого леса.

— Погибло много достойных воинов наших друзей-варгаров. Без них мы стали хуже видеть, — продолжила Та’Энди, возвращаясь к своей главной миссии. — А окрестные горы, как выяснилось, таят немало сюрпризов. Стоит присмотреть за ними внимательно.

— Все пытаешься найти и поймать того хомо? — понимающе кивнул всевождь, оскалив верхние клыки, что означало улыбку. — Чем он так интересен?

— Неважно! — отрезала Та’Энди, отчитываться перед ликаном, будь он трижды вождем всех вождей, она не собиралась. — Но за горами следует смотреть внимательно, это в наших общих интересах!

— Я отправлю воинов и назначу дополнительные патрули… — отмахнулся всевождь. — Что-то еще?

— Нет, не смею больше отнимать внимание сильнейшего, — слегка польстила Та’Энди.

— Ступайте, почтенная, — благосклонно кивнул ей ликан. — Наше дело не пострадает.

Стоило видящей повернуться к нему спиной, всевождь мысленно расхохотался. Глупое дитя даже не поняла, что с ней играют. Попытки юной альвы его задеть были настолько смешными, что с трудом удавалось сдерживаться, разыгрывая негодование и даже ярость.

Пусть по сравнению с веком альвов его срок всего лишь миг в вечности. Пусть. Но и меняются дети Великого леса очень медленно. Так же медленно, как и взрослеют. Несмотря на прожитые годы, превосходящие его собственные, эта видящая слишком молода. Недавно оперившийся птенец, только вставший на крыло.

Но птенец занятный, странный — этого не отнять. Слишком много не свойственной детям Великого леса кипучей энергии, действия. И всевождь готов был отдать немалый кусок оставшихся ему лет, чтобы узнать, с чем это связано? Почему странная альва заинтересовалась каким-то жалким хомо? Зачем так торопится от него избавиться?