Чтение онлайн

— Хм… Взять самолёт… Взять… Нам надо брать не самолёт, а аэродром. Максим Иваныч, у меня есть план. Как всегда коварный. И если он выгорит, то немцы сами привезут к себе бомбу.

— Точнее можно? — смотрит на меня Быстрицкий.

— Конечно. Мы без шума и пыли берём аэродром. Два ментала в этом помогут. Далее, берём четыре самолёта. Грузим их арданиумом и отправляем. Пятый, с настоящей бомбой, идёт за ними. Всё внимание сосредотачивается на четвёрке. Если там есть экстрасенсы, а они там есть, то четыре светящихся «бобра» они не заметить просто не смогут. Пока воюют с этими, пятый просто шваркнется на цель, надо просто провести пилотам нужное внушение. Всё.

— Ты сказал два ментала, — смотрит на меня генерал. — Одна Серафина. Кто вторая…

— Я, — кивает Морозова. — Когда выдвигаемся?

— Екатерина Константиновна…

— Всё нормально я готова. Помочь в таком важном деле моя обязанность.

— Тогда пойду я, Серафина, Морозова и Маришка.

— Можно Риту взять, — кивает Преображенская. — Она внешность менять умеет. Вложу ей нужные воспоминания, есть у меня и такие. Знания языка. Ну и заодно это будет хорошей тренировкой, для обеих. Так что, когда выходим?

— Утром, — киваю генералу. — Сера, проводи инструктаж. Серёга, за мной. Пригоню раскуроченный танк, соберу корпус бомбы. С тебя кристаллы. Пока нас нет, собери ещё две бомбы, поменьше, поможем нашим на других фронтах. Вообще собирай сколько можешь чем больше тем лучше.

— Есть! — вытягивается Серёга, разворачивается и издавая зловещие смешки уходит.

— Пойду за ним, — вздыхает Лариска. — А то убьётся ещё. Эй, придурок, меня подожди.

— Не могу поверить, — закурив садится генерал. — У меня тут сверхлюди, безумный учёный и человекообразная крыска собираются весь фронт уронить. Сказал бы кто раньше, я бы этого шутника в дурдом определил. Теперь же… Владислав. А как до аэродрома доберётесь?

— На санях, — пожимая плечами киваю. — На тех что приехали. Тащ генерал, всё будет.

— Неспокойно мне как-то. И Горчаков где-то запропастился. Вы давайте, аккуратнее там. А мы…

— Белка, Роза и близняшки, прикроют вас от авиации, — кивает Серафина. — Осип затрофеит похороненные и утопленные танки. Распорядитесь чтобы бойцы их в порядок привели. Ну и может наши соизволят птичек прислать. А то мы одни тут сражаемся.

— Я свяжусь — хмурится генерал. — И всё же, ребята, давайте осторожнее.

Начинается работа. Пока Лазарев выращивает кристаллы и собирает бомбу, мы с Осипом притаскиваем танк. Серафина тренирует «новобранцев» путём отправления им в основном моих воспоминаний. Генерал и особисты крутятся рядом и с интересом наблюдают за процессом.

На создание очередной, более мощной ядрён бабахи по заключениям Лазарева кислородные баллоны не пойдут. Конечно можно «запрячь» в одну упряжку сразу четыре, но этот способ сомнителен.

Поэтому зовём инженерную службу. Описываем суть проблемы, на что сразу же получаем ворох полезной информации и бежим за укрепления где выкапываем водопроводную трубу сечением тысяча или что не так серьёзно звучит — метр. Приволакиваем, обрезаем, очищаем от земли и ржавчины, Лазарев набивает её разнообразными кристаллами. Из металла танка создаю заглушку и сращиваю её с трубой. Дальше делаю поршень, полуметровую болванку и проталкиваю её в трубу. Далее Лазарев путём выращивания внутри кристаллов фиксирует болванку, закладывает взрывчатку, двойной часовой механизм из старых будильников, запасной детонатор и бикфордов шнур на всякий случай. Выращивает ещё какие-то кристаллы и отходит. Не забыв про отверстие для шнура, ставлю ещё одну заглушку и усиливаю трубу. Превращаю её в конус, чтобы взрывчатка не взорвала всю конструкцию, а именно толкнула болванку и два куска кристаллов вступили в реакцию, ну и высвободили дохрена энергии.

Лазарев гладит бомбу, улыбается… Далее переходим к корпусу. Четырёхметровую трубу, помещаем в ящик с толщиной стен пятьдесят миллиметров. Тут же присобачиваю к нему полозья, делаю прицепное и отойдя отряхиваю руки.

— Ну вот. Готово.

— А у меня вопрос, товарищи, — пыхтя папиросой спрашивает один из инженеров. — А вы будильники как заводить будете?

— Глупый вопрос, — кривится Лазарев. — Неужели вы думаете, что я, отец ядрён бабахи, не подумал об этом. Я всё устроил.

— Стесняюсь спросить как? — предчувствуя неладное повожу плечами.

— Владислав, ну вы же меня знаете. Я же не дурак. Я их завёл. В смысле будильники.

— На сколько?

— На одиннадцать часов, — счастливо улыбается Серёга.

— Долбоёб, — указывая на него лапками вздыхает Лариска. — И что теперь делать, придурок? А если они не успеют?

— Эм… Поспешил. Нет, разбирать нельзя. Тут я тоже обезопасился. Там мелкие кристаллы, если их сломать, то бомба взорвётся. И… В общем. Я вырастил их на будильниках. Надо увозить её. Нда… А что вы хотели? Я же искушённый. Я…

— Ты у меня сейчас искусанным будешь, олух, — закатывая рукава шипит Лариска. — Надо же быть таким утырком! Идиот!

— В машину быстро! — командую своим. — Лазарев, кристаллы в кузов. Сера, контейнер с ураном. Поехали. Может успеем. Серёга, ты их точно завёл?

— Точно, — подавая мне контейнер кивает Серафина. — Проверила. Через корпус, манипулируя кристаллами. Сука… Лазарев, если мы не сдохнем, я тебя урою. Чо встал? Бомбы собирай иди. Лариска, смотри за этим хреночучелом. Если что вырубай молотком по затылку

Прыгаем в машину, Маришка забирается мне на колени, Морозова и Нестерова на пассажирское, Серафина садится на крышу. Усилием мысли прицепляю бабаху и мчу в сторону аэродрома. До которого шестьдесят километров на северо-запад. А оттуда, как раз таки триста до транспортного узла где огромное скопление всякой всячины, живой силы и техники.

А вообще, план более чем хороший. Фашисты, конечно, повёрнутые, но получив такой удар, таким оружием… Я думаю побегут. А если не побегут, то охренеют. Тут главное успеть.

У нас на сцепке, подпрыгивает на кочках хренотень со слов Лазарева способная превратить в пар всё в радиусе десяти километров. Это называется доверили дуракам серьёзное оружие. Хотя… Не мы такие, жизнь такая. А победителей не судят. Невинных жалко. Наверняка там есть те, кто ни в чём не виноват. Но тут…

— Странные у тебя мысли, — смотрит на меня Морозова. — Ты готов… Готов применить самое страшное оружие в мире, но при этом сомневаешься и жалеешь невинных.

— А что, не должен? — фыркает сидящая у меня на коленях Маришка.