Чтение онлайн

— Мы не играем!

— Ага, — обнимая меня с другого бока зевает Преображенская. — Мне расскажи. Маришка и Белка, давно уже решили не выделываться и сейчас им просто интересно. А вам, сёстры Спичкины, завидно. Завидно от того, что грудь Розы в два раза больше чем у вас. Ну?

Девушки выдыхают, садятся рядом и начинают знакомиться с Розой. Хотя, знакомство больше для вида. Они и так всё друг о друге знают, благодаря Серафине. Но то что они приняли мои выверты и закидоны, неслабо так радует.

****

После знакомства девушки перемещаются на кухню, мы, то есть я и два безумных гения закрываемся в лаборатории где мне показывают открытия. Точнее, Лазарев увлечённо рассказывает о том, что обесцвеченный мной кристалл и его производные, растворы и соли, обладают новыми свойствами. Они, полностью безвредны, но при этом обладают слабым положительным эффектом. Так инъекция раствора светлых кристаллов, позволила подопытной крысе быстрее регенерировать и повысила её и без того высокую живучесть. Но это не главное открытие. Главное здесь то, что обесцвеченный кристалл, влияет на другие. Красные от него становятся оранжевыми, зелёные почему-то голубыми. Их свойства доктор ещё не исследовал, но в теории они должны или измениться, или усилиться.

— Это прорыв! — сжав зубами сигарету восклицает Лазарев. — Вы понимаете что мы открыли? Это же универсальное лекарство. Да, не панацея, но тем не менее. Вы представляете сколько наших солдат мы поставим на ноги этим веществом?

— Коллега, — качает головой Ломакин. — На вашем месте я бы не торопился. Здесь нужно изучение и наблюдения. Я не могу отрицать положительный эффект, но кто знает, может быть в будущем, эффект окажется обратным. Вызовет мутации, изменения, смерть.

— Профессор, в нашем положении тянуть резину категорически нельзя. Надо собирать информацию и отправлять её нашим. Там, у них больше возможностей. Они такого не упустят.

— Ага, а как? — глядя на Лазарева спрашиваю. — По почте отправим? Или сами принесём? А что, перейдём линию фронта, принесём белые кристаллы, и скажем что разработали лекарство. И совки такие, проходите дорогие товарищи, мы вас заждались. И на колоть друг другу растворы. На брудершафт, в задницу. Вы так себе это представляете?

— А как? — теряется Лазарев.

— Так не будет. Как только мы перейдём линию фронта и попадём к «нашим» нас тут же заграбастают: НКВД, СМЕРШ и другие структуры. И что мы им скажем? Здрасьте, мы семеро мутантов, профессор и доктор наук пришли помочь? Так? Да нас на месте расстреляют, только из-за моего внешнего вида.

— Но Владислав, — хмурится Ломакин. — Вы же сами собирались идти.

— Я и сейчас собираюсь. Но, просто так увы не получится. И тут у нас три варианта. Идти не с пустыми руками. Создать себе такую репутацию что при встрече совки нас как родных примут. Ну и третий, сделать всё сразу. Значит так, спешить не станем. Спешка нужна только в случаях спонтанной диареи. Поэтому, продолжим гробить выработку первопричины и более интенсивно станем пускать поезда под откос.

— И чем это поможет? — спрашивает Лазарев.

— Мы ослабим участок фронта. Да, с голоду немцы не сдохнут и без патронов не останутся. Но, возникнет дефицит тех же снарядов, топлива, еды, запчастей, ГСМ. Плюс упаднические настроения. Сейчас у фашистов преимущество в виде хорошо налаженного снабжения. Как только мы его расшатаем, преимущество и закончится. Быстро проложить новую ветку они не смогут. Перебрасывать ресурсы с других участков фронта — сложно. Да и потом, до места боевых действий всего пятьдесят километров. Совки, как только узнают что в горах засел партизанский отряд портящий немцам жизнь, так сразу заинтересуются. Разведка у них должна быть. А потом, когда всё это случится, можно будет выходить. Согласны?

— Есть смысл, — хмурится Лазарев.

— Мой сын, — вытирая слёзы выдаёт взявший управление Осип. — Весь в папку. Ну прямо копия. Смотри, дохтор, вот умный человек, не то что вы с профессором. Ладныть…

— У нас гости, — появляется в лаборатории Серафина. — Человек десять, шарятся по помойке. Вооружены огнемётами.

— Так, — резко встаю и обвожу присутствующих взглядом. — Всем сидеть ровно. Сера, за мной.

Ну вот и гости. А я знал что за нами придут. Но… Есть у меня один план.

****

Перемещаемся к помойке. Преображенская сразу отводит всем глаза и мы став невидимыми крадёмся за ними. Группа же… Все в костюмах, противогазах. У пятерых огнемёты, остальные с автоматами. Офицер, несмотря на то что только в противогазе, смело идёт впереди и так же смело сжимает трясущейся рукой пистолет.

— Они боятся? — мысленно спрашиваю.

— Нет, Владик, они в ужасе. Многие из них видели сборщиков и знают на что они способны. И они знают что эти твари здесь.

— Посмотри нахрена они сюда припёрлись.

— Проверка, — улыбается Серафина. — Ищут следы постороннего присутствия. Я могу сделать так, что огнмётчики сожгут друг друга. Тут…

— Не надо. Ты можешь внушить им что здесь ничего нет?

— Ну да.

— Сделай, пожалуйста. Нам не следует привлекать к себе внимание. Не здесь.

Кивнув Серафина закрывает глаза. Группа от этого напрягается, но тут… Солдаты начинают смеяться, все вспоминают забавные случаи, шутят и идут дальше. В сторону от наших тоннелей.

Наблюдая за группой, осторожно движемся. Серафина, как сама говорит повышает им настроение, убирает страхи и притупляет восприятие. Солдаты чувствуют себя как на прогулке. Что самой Серафине не нравится и она хочет заставить их сжечь друг друга. Офицер же, по её мнению должен быть выпотрошен.

— Нельзя. Я хочу этого не меньше. Но в данном случае нет. Потому что, нам здесь ещё долго торчать. Скоро пойдём ронять поезд, там сможешь оторваться.

— Да уж скорее бы. Кстати, сегодня вечером, я хочу прийти к тебе. И не я одна. Рая вот тоже мечтает. Уже представляет как теряет с тобой девственность.

— Да ладно. А ей вообще сколько?

— Скоро девятнадцать. Её сестре столько же.

— Вот это да. А я то думал. Ничего себе. А я предполагал, что у близнецов разница как минимум в год.

— Не паясничай. Ну оговорилась, с кем не бывает?

— Слушай, Серафина. А ты сможешь внушить людям, что нашего убежища вообще не существует? Ну так чтобы все забыли о том что между уровнями есть наши помещения.

— Эм… Не знаю. Попробую. Но результат не гарантирую. Я же… Лучше всего я могу взаимодействовать с вами. С другими тяжелее. И…