Чтение онлайн

Когда к нему обращалась жена бойца Красной Армии за продовольственной помощью, то он ей заявлял:

«…твой муж защищает Сталина, иди к нему и получай там хлеб, а чего ты пришла к нашей власти».

Староста общины станицы Архангельской — Каменев Н. И. на допросе прямо говорил, что он ненавидит Советскую власть и

«…репрессии к партийно — советскому активу применял потому, что один мой брат расстрелян Советской властью за саботаж, а другой находится за границей».

Когда у него просили хлеба, он отвечал:

«…ты коммунист и тебе хватит хлеба, а если умрешь с голоду, то все равно тебя никто жалеть не будет, а хлеба-то я тебе не дам».

Колхозникам, не выходившим на работу, кричал:

«…при Советской власти работали и были стахановцами, а при нашей власти работать не хотите, значит Вам власть наша не нравится».

Среди старост общин, — матерых предателей родины, оказались арестованные старосты общин, которые, хотя и выполняли требования немецких властей о поставке скота и продуктов, но только боясь воздействия со стороны немцев, других каких-либо предательских действий не совершали. Такое положение обнаружено особенно в Ново — Покровском, Кущевском и Штейнгардтовском районах.

Ново — Покровское РО НКВД считает, что для предания суду достаточно того, что обвиняемый был старостой общины и выполнял требования немецких властей.

Такие же тенденции наблюдались и в Тихорецком НКВД. Например: Тихорецкое РО привлекло к уголовной ответственности старосту общины Назаренко Ивана Николаевича по ст. 58–1 «а», в то время, как свидетельскими показаниями установлено, что этот староста оказывал помощь за счет общины коммунистам. Кроме того, когда немцы потребовали от старосты дачи индивидуальных коров, то Назаренко предупредил об этом колхозников и посоветовал сдавать не коров, а телят. Но и собранных телят он не сдал немцам.

Рассматривая вопрос о предании суду этой категории арестованных, мы требуем доказательств изменнической деятельности и практической работы старост. И, если в качестве «доказательств» является общее утверждение, «будучи старостой общины помогал немцам и сдал коров, овец и т. п.» — считаем это недостаточным и требуем конкретных фактов измены.

в) Полицейские.

Подавляющая часть полицейских проявила себя, как настоящие каратели и верные слуги оккупантов. Отличительной чертой местной полиции были бесцельные обыски, ограбление граждан и издевательства над мирным населением.

Начальником полиции станицы Отрадной был некий ЛЕППА Михаил Павлович. По его указанию полицейские арестовывали и избивали граждан, грабили их имущество и издевались над арестованными. Зверство Леппы не имело границ. Он избивал шомполом колхозников и пытался насиловать арестованных женщин.

Такие полицейские все арестованы и предаются суду.

Среди этой категории арестованных были такие, которые только назывались полицейскими, несли сторожевую службу различных учреждений, не имея оружия и формы. Так, например: в Тихорецке полицейскими назвали сторожей элеватора, которые без перерыва продолжали нести свою службу. Таких «полицейских», при отсутствии в их действиях других признаков в измене родине, мы из-под стражи освободили и суду не предаем.

г) Конно — казачья жандармерия.

В некоторых станицах края была организована конно — казачья жандармерия, состоявшая только из казаков. Конные казаки находились на привилегированном положении. Эти бело — казаки считались тыловыми частями немецкой армии. Приказом коменданта тыла немецкой армии от 28 августа 1942 г. было установлено материальное обеспечение казаков. Они ежемесячно получали по 375 рублей от казны и на 165 рублей продуктов от колхозов.

Большая часть из них, под ударами Красной Армии, бежала вместе с немцами, но некоторая часть арестована.

Таким казаком являлся ПЕРЕВЕРТАЙЛОВ С. И., отец которого раскулачен. Он изымал имущество у жен командиров Красной Армии, в частности у гр — ки Зленко, которую арестовал и доставил в полицию. Он же явился на квартиру к Роковенко, произвел обыск и забрал все наличие муки. В ноябре Перевертайло ворвался в квартиру бойца Красной армии Кодинцева и требовал у его жены выдачи мужа, заявляя ей, что муж ее партизан и скрывается дома.

Эти изменники, все без исключения, предаются суду Военного Трибунала по ст. 58–1 «а» УК.

д) Служащие.

Здесь арестованы ответственные руководители учреждений, начальники отделов районных управ, управляющие МТС и т. п.

Из среды этой категории большая часть является классово — враждебной, ненавидящей Советскую власть и твердо ставшей на пути фашистского «нового порядка» в Европе.

В Тихорецке арестованы и привлечены к уголовной ответственности инспектор школ горуправы ВИШНЕВСКИЙ В. П. и его заместители ГНЕДОВ А. П. и СОВИНИН Г. С. Все они учителя с высшим образованием. Вишневский в прошлом судим за контрреволюцию, Гнедов исключен по чистке из партии. Этим лицам немецкие влас ти поручили дело народного просвещения в Тихорецке. «Просвещение» началось с введения в школах закона божьего. По указанию Вишневского, из школьных библиотек изъяты все советские книги, включая и Максима Горького. Из учебников были вычеркнуты все слова, напоминающие о советской власти.

Составленная Вишневским программа исключала все самое прогрессивное, в частности, была исключена теория Дарвина.

Вводная часть программы была пересыпана такими словами, как «жидо — большевистские правители» и т. п.

При укомплектовании учителями школ, они всячески избегали учителей с советским настроением.

Наиболее полно идеология этой тройки «просветителей» выясняется в словах, сказанных Гнединым учительнице, жене коммуниста, просившей принять ее на работу:

«…Я бы не только уничтожил коммунистов, но и их детей и внуков».

В ст. Архангельской арестован бывший агроном Алексеевской МТС — БЕЛОПОЛЬСКИЙ А. М., который при немцах работал управляющим этой же МТС.

Желая выслужиться перед немцами, Белопольский командировал уполномоченных для доставки из других районов эвакуированных тракторов. Эта тракторы были отремонтированы и использованы для уборки урожаи.

Белопольский давал указания общинам быстрее убирать хлеб, качественнее сеять и. т. д. Выступая на собраниях, восхвалял Гитлера и его армию. При вступлении Красной Армии, скрыл от органов Советской власти 10 тысяч рублей, полученные им от общины за эксплуатацию тракторов.

е) Прочие предатели и изменники родины.

К этой категории относятся такие типы:

В Тихорецком районе арестованы Корольков Ф. Г., Сердюков

А. А. и Щербаков А. И. Эти лица в станице Фастовецкой задержали первого секретаря Тихорецкого РК ВКП(б) — Морозова и предали его полиции. Действие их, квалифицированное по ст. 58–1 «а», они приговорены Трибуналом к расстрелу.

В Архангельском районе арестован Тарасов Петр Яковлевич, в прошлом кулак, бежавший из ссылки. В период немецкой оккупации он специально занимался выявлением и выдачей полиции коммунистов.