Чтение онлайн

— Ведь вы там и Инъектор хранили, да? У демонов под боком? Хитро придумано: никто не станет искать такую ценность на собственном заднем дворе.

— Не понимаю о чём ты, — пожал плечами в ответ, медленно ощупывая свои запасы артефактов. Как назло часть из них я снял, когда готовил своего Бога войны.

Заодно я осмотрел Петра Меньшикова Взглядом сущего, от чего тот вздрогнул.

— Твой Дар! Не знаю что ты делаешь, но сейчас это не пройдёт! Ты смог сбить меня с ног в прошлый раз, но сейчас твои потуги бессмысленны. Я больше не тот слабый человек, который был раньше.

От увиденного я искренне погрустнел. Потому что отчасти в этом была и моя вина.

— Теперь ты слабый демон, да?

Между нами повисла неприятная тишина.

— Я. Не. Демон, — чётко сказал он, и я почувствовал, как его Дар прижимает меня к земле.

Ещё недавно я бы рухнул на колени, а сейчас поморщился как от неприятной, но терпимой боли. Всё-таки я был богом и у меня теперь второй ранг.

А он просто демон, который в подмётки Атерону не годился.

— Если ты не демон и не человек, то кто ты? И что забыл в моём доме? Другие, кто рисковал угрожать мне и моим жильцам в лучшем случае получили по морде, а остальные — превратились в прах. Не заметил мой сад? — добавил металла в голос, одновременно активируя одну из сфер неуязвимости на руке.

Если Меньшиков психанёт, я не сдохну от первого удара.

Пётр не психанул. Он медленно развёл руки, и я почувствовал, как на его ладонях заплясали почти не видные глазу тёмные огни. И только убедившись, что я вижу его силу, ударил с размаху.

Я успел уклониться от тёмных шаров, которые раскололи каменную кладку за моей спиной. Воздух тут же наполнился каменной пылью и я закашлялся. Спрятавшись за алтарём, я выпустил поток воздуха, защищающий меня от осколков.

Топот я услышал за мгновение до того, как Меньшиков перепрыгнул алтарь, целя в меня. В руке он сжимал чёрное копьё, которым он тут же попробовал меня ударить. В этот раз я не уклонился, а выставил щит, мягко отводя удар в сторону.

По рукам прошла неприятная отдача, но копьё вонзилось в пол и по камню зазмеились крупные трещины.

— Кто за ремонт платить будет, гад? — не удержался я, после чего ткнул в открывшийся бок Меньшикова кинжалом-мечом. Вот его я оставил и теперь был очень этому рад.

Наследник Князя Тьмы в последний момент увернулся, сделав кувырок, и откатился подальше. Теперь мы оба стояли на ногах и тяжело дышали, глядя друг на друга. Меньшиков сжимал в руке копьё из тьмы, а я свой короткий меч.

— Ну вот тебе — что я сделал? — недовольно спросил я.

— Мне — ничего, — ответил он, не отводя взгляда. — А вот Роксане…

Я не удержался. От смеха. Это было так глупо, что меня просто разорвала от ржача. Правда через мгновение пришлось уворачиваться от длинного удара: Меньшиков с перекошенным лицом начала атаковать меня без передышки, пользуясь длиной своего оружия.

— Ты. Унизил. Её. Мразь! О неё. Синяки! На шее! От тебя!

— Какие, нафиг синяки? Ты что пил, умник? Настойку демонической жабы?

Пришлось приложить усилие, а затем швырнуть к него камушек. На первый взгляд обычный, но, когда тот коснулся тела Меньшикова, наследника сразу ударило током, от чего он сбился с атаки.

— Я видел своими глазами! Ты душил её!

Он ударил тёмными шарами, разбив одну из ламп. В подвале стало темнее.

— Да не трогал я её! Даже спасал эту дуру от переутомления у Вороновой! Хотя придушить её стоило бы!

Я выплюнул эти слова прямо в лицо Меньшикову, а когда он оказался рядом, пытаясь огреть меня копьём как дубиной, саданул лбом в переносицу.

— Она убила моего брата! Шантажировала меня! Но я спас вас обоих от демонов! Потому что мы люди и должны держаться вместе! Иначе нас сожрут поодиночке.

Меньшиков сделал несколько шагов назад, зажимая левой рукой кровоточащий нос, но легко отбил несколько мои атак и даже откинул назад ещё один электрический камень.

— Мог не спасать, Шторм. Мы — враги. Штормы всегда были другими. И сейчас я понял, что именно вы ближе к демонам, чем кто-либо из всех.

И вместо того, чтобы ударить в меня, со всех сил вонзил копьё тьмы в пол подвала. Огромные трещины в мгновение ока брызнули в стороны, откалывая огромные куски бетона. Глаза Петра пылали азартом и вожделением.

— Сейчас мы увидим ваш секрет!

Он ударил ещё раз, поднимая ещё больше пыли. Осколки посекли мен лицо и руки. Тени от ламп и вспышек тёмной магии исказили его лицо, сделали нечеловеческим, страшным, грубым. На фоне разлетающегося пола, осколках камня и сильной ауры Дара он казался демоном из горы, каменной тварью, что пробивает себе путь к свету Луны.

Но тут его лицо изменилось.

— Здесь ничего… нет. Только бетон. Но я чувствую…

Я не стал ему ничего пояснять, а просто ударил Даром ветра, прикрывая магической атакой несколько мелких артефактов. В том числе последний кусочек кровавого металла, обработанного специальным образом.

Когда последний врезался в Меньшикова, наследник замер, как парализованный. Хотя, почему как? Его кровь на мгновение вскипела, сбивая все функции организма. Он потерял контроль, начал оседать, как мешок с гвоздями, цепляясь на острых гранях своего тела.

Глаза съехались к переносице, лицо перестало выражать что-либо. Сейчас он был похож на овощ. Хищный, опасный, но приунывший овощ.

Я тяжело опёрся на алтарь, пытаясь через него нащупать своего Бога войны, но алтарь молчал, а артефакт словно сквозь землю провалился.

От пришедшей идеи я вскинул голову. Нет, не может быть. Это слишком глупо и странно. Но если…

Я вынул из кармана Следопыта. Я давно им не пользовался, он погнулся, и даже парочка камней отвалилась, но Взгляд артефактора показал, что он вполне рабочий. А мне много и не надо.

На руках всё ещё были перчатки со свинцом. На них явно есть следы мини-инъектора, а значит… Отрезав палец от перчатки, я положил его на Следопыта, сделал несколько простых манипуляций прямо на металле основы поискового артефакта, влил Дар.

«Стрелка» из ткани медленно закружилась, словно неуверенная в том, что делать дальше. После она ускорилась, показывая, что рядом того, что мне надо нет.

Видимо Бог войны остался в секретной комнате. Но сейчас туда идти нельзя, нужно закончить с Меньшиковым.

Я положил Следопыта на алтарь, после чего связал наследника его же одеждой, пока тот пребывал в овощном состоянии. Руки завязал так, чтобы он не мог пошевелить пальцами, рот заткнул носком. Пах он так себе, но сам виноват, что давно не надевал свежие.