Чтение онлайн

Состояние г. Николаева после Крымской войны было очень тяжелое: закрывались верфи, жители покидали город. Для сохранения важного порта Северного Причерноморья России в 1860 г. в Николаев был назначен Главным командиром порта и военным губернатором Николаева вице-адмирал Богдан фон Глазенап, опытный руководитель ранее, Главный командир Архангельского порта. В то время Николаев был закрыт для входа иностранных судов, в том числе и торговых. В 1862 году с “секретностью” города было покончено. Адмирал Б. Глазенап добился разрешения на заход иностранных судов в Николаевский порт. Адмирал был ревностным сторонником повышения уровня образования населения. В 1863 году он открыл в Николаеве классическую гимназию для мальчиков и среднее училище 1-го класса для девочек, преобразованное в Мариинскую гимназию в 1870 году. Теперь жители города получили возможность давать своим детям среднее образование, не отсылая их в другие города, как это было до Глазенапа. Наметился подъем и развитие города. Началось строительство, развивалась торговля, активно работал порт, активизировалась деятельность банков, предприятий и т.п. В 1865 году К. Кнорре составляет для Главного управления Морского министерства проект учреждения специальных классов в Ни- колаеве для образования юнкеров флота и унтер-офицеров корпуса Морского Ведомства: “По неимению в Николаеве, главном порте Черноморской Флотилии, специальнаго учебнаго заведения, юнкера флота и юнкера и унтер-офицеры корпусов Морскаго Ведомства, поступив на службу с общим гимназическим образованием, не имеют возможности продолжать дальнейшее специальное образование свое, как по недостатку средств, так и по невозможности каждому отдельно иметь особых преподавателей по всем предметам. Чтобы доставить им возможность получить специальное образование, полезно было бы открыть в Николаеве специальные классы, где бы юнкера корпусов Морского Ведомства могли бесплатно слушать лекции, в общем сборе, по специальностям”. Проект учреждения специальных классов в Николаеве достаточно подробный, отметим наиболее важные пункты, сохраняя стиль изложения проекта:

1) К слушанию лекций в специальных классах допускаются бес платно все юнкера флота и унтер-офицеры корпусов морского ведомства, находящиеся в Николаеве. К слушанию лекций в специальных классах можно допустить гардемарин и кондукторов и вообще всех служащих морского ведомства, если будет позволять помещение;

2) Курс специальных классов продолжается два года. Унтер-офицеры корпусов морского ведомства, служащие 4 года до производства в кондукторы, могут слушать два раза курс и следовательно основательнее изучить свои специальные предметы;

3) Предметы лекций в специальных классах подразделяются на общие и специальные: - предметы общие, обязательные для юнкеров и унтер-офицеров всех корпусов морского ведомства, читаются для всех одновременно; аналитическая геометрия, начертательная геометрия, дифференциальные и интегральные исчисления, механика и физика. Примечание: хотя по программе для юнкеров и унтер-офицеров корпусов инженер-механиков, корабельных инженеров и морской артиллерии и не требуется знания иностранных языков, но если позволят средства, то преподавать французский и немецкий языки, необходимые для молодых людей, готовящихся к специальному роду службы;

4) Предметы специальные для юнкеров флота и юнкеров и унтер-офицеров корпуса штурманов: навигация, астрономия, геодезия и съемка берегов; для юнкеров и унтер-офицеров корпуса инженер-механиков: практическая механика, пароходная механика и черчение; для юнкеров и унтер-офицеров корпуса корабельных инженеров: теория и практика кораблестроения и черчение; для юнкеров и унтер-офицеров корпуса морской артиллерии: артиллерия и фортификация;

5) Так как в Черном море навигация не прекращается и в зимнее время и юнкера и унтер-офицеры бывают в кампании в разное время года, одни летом, другие зимою, то чтобы все они могли воспользоваться лекциями, занятия в специальных классах про- должать круглый год; 6) Управление учебной частью: распределение времени и курса лекций, надзор за преподаванием, прием преподавателей и др. возлагается на одно из лиц морского ведомства, состоящих на службе в черноморской флотилии, по выбору и назначению Главного командира порта;

7) Для чтения лекций по общим математическим и специ- альным предметам назначить офицеров морского ведомства Чер- номорской флотилии по выбору заведующего учебной частью и с утверждения Главного командира порта;

8) Специальные классы открыть в будущем году по получении утверждения проекта высшим морским начальством. Несомненно, этот проект представляет продуманную программу подготовки квалифицированных специалистов для Черно- морского флота. К.Х. Кнорре показал себя опытным руководителем и специалистом в области образования, он предусмотрел детали учебного процесса (технические, экономические и хозяйственные вопросы). К сожалению, участвовать в реализации своих идей ему не пришлось. 22 июля 1864 г. состоялась поездка К. Кнорре в Пулковскую обсерваторию на празднование 25-летнего юбилея. В. Я. Струве был серьезно болен и функции директора исполнял его сын, Отто Струве. Это была последняя встреча К. Х. Кнорре с В. Я. Струве – встреча друзей, коллег и земляков, объединенных общим влечением к астрономии. В. Я. Струве скончался 23 ноября того же года. Последние годы, перед пенсией К. Кнорре вел переписку с Отто Струве о трудоустройстве Виктора Кнорре – любимого сына и 3-го астронома в династии астрономов Кнорре. Отпраздновав 7 июля 1870 года 50-летний юбилей своей работы в качестве астронома Черноморского флота, К. Кнорре подал прошение об отставке. Решение этого вопроса затянулось, поскольку Морское министерство не смогло сразу подыскать ему преемника. Только 30 мая 1871 года К. Кнорре получил от морского министра письмо, в котором говорилось: “… Его Императорское Высочество, хотя и с сожалением, но изъявил согласие на просьбу Вашу об увольнении от службы. Высоко ценя Ваши достоинства и ту пользу, которую Вы принесли Черноморскому флоту, моряки долго будут помнить незабвенные Ваши труды…”.

В 1870-1871гг. К.Х.Кнорре был награжден Орденом Святой Анны 1-й степени (1870г. июль 7), произведен в Тайные советники (III класс, вице-адмирал флота), с титулом “Ваше Превосходитель- ство” (1871г. июнь 24), получил грамоту о праве на потомственное дворянство (1871г. октябрь 24)

Грамота о праве на потомственное дворянство (1871г. окт.24)

Участие в жизни Николаева и Северного Причерноморья

В первые годы своего пребывания в Николаеве К. Кнорре сблизился с семьей будущего составителя Толкового словаря русского языка Владимиром Далем, отец которого проживал в Николаеве и служил главным доктором Черноморского флота и портов. Отец В. Даля, датчанин по происхождению, был просвещенным богословом, медиком и лингвистом, знавшим многие иностранные языки, в том числе и древние. Мать В. Даля, немка по происхождению, культурная, интеллигентная женщина, занималась переводами на русский язык произведений немецких писателей. И отец, и мать считали своим долгом быть горячими патриотами российского го- сударства и воспитывали своих сыновей, Владимира и Карла, в таком же духе, в чем они весьма преуспели. Владимир и Карл в то время служили мичманами Черноморского флота. Оба интересовались астрономией. Особо усердным в этом деле был Карл, с которым Кнорре сошелся ближе других. Владимир уже в то время отдавал предпочтение литературному творчеству. Он успел сочинить не- сколько пьес, которые ставились на любительских сценах в Николаеве. Семья Далей дружила с семьей Анны Петровны Зонтаг, племянницы великого русского поэта В.А. Жуковского, муж которой, американец Егор Васильевич Зонтаг, был капитаном яхты “Утеха”, находившейся в личном распоряжении вице-адмирала Грейга. Анна Петровна занималась переводами на русский язык и сама сочиняла в основном сказки для детей. Вокруг этих женщин образовался литературный кружок, где К. Кнорре – выходец из университетского города и профессорской семьи чувствовал себя в привычной среде. Раскрыта ранее неизвестная грань таланта астронома Карла Кнорре – он не только поддерживал дружбу с поэтами, но и сам был поэтом [H`eral S.F. “Karl Knorre, astronome et poete”, Новiтня фiлоло- гiя, ЧДУ, Миколаїв, 2011, випуск 38, С. 198-210]. Стало известно, что в молодости, в 1818-1819 гг., он написал на родном немецком языке романс в стихах под названием “Люсинда” (Lucinde), опубликованный в Дерпте и повествующий о трагической истории, как юная пара запуталась в роковом треугольнике. Лирическая ода “К обсерватории” написана, скорее, в первые годы его работы в Николаеве. Рассматривается также версия о том, что Карл Кнорре по- служил прототипом образа Ленского в романе А.С.Пушкина “Евгений Онегин”.

Лирическая ода “К обсерватории”

Стихотворение “К обсерватории” (An die Sternwarte) представляет собой лирический гимн во славу Николаевской обсерватории. Оно было найдено в мемориальной тетради, составленной Кларой Кнорре-Лундиус, старшей дочерью Карла Кнорре, по случаю похорон отца в Берлине в 1883г. Очевидно, оду в 3 строфах по 6 стихам астроном-поэт сочинил после завершения постройки Николаевской обсерватории в 1829г. или немного позже. Стоит упомянуть о самом интересном знакомстве К. Кнорре. По приказу вице-адмирала А.С.Грейга, начиная с мая 1822 года К.Кнорре участвовал в гидрографических работах в районе северо- западной части Черного моря. В 1823 г., во время одного из заходов в Одессу на бриге “Мингрелия”, К. Кнорре был познакомлен с опальным в то время поэтом А.С. Пушкиным, который находился в г. Одессе под неусыпным наблюдением графа Воронцова. Видимо, в связи с этой встречей в своих тетрадях Пушкин нарисовал про- филь человека, похожего на К. Кнорре. Это мнение николаевского пушкиниста А.И. Золотухина хотя и не совпадает с официальным мнением, тем не менее, представляется нам вполне достоверным. А.С. Пушкин нарисовал его портрет в образе романтического

молодого денди (профиль Карла Kнорре входит в серию рисунков и карикатур, которые вдохновляли Пушкина). Можно приблизи- тельно датировать этот рисунок, поскольку Пушкин провел целый год в Одессе – июль 1823 – июль 1824 года. Нет сомнений, что двое молодых людей (Пушкин был всего на два года старше Kнорре), удаленные от своих родных и интеллектуального общества, имели время для бесед и обсуждений разных вопросов. Отдавая должное текстологическому подходу Сюзанны Эраль (Франция), а также графическому и текстологическому анализу черновиков рукописей Пушкина (см. [26], с.35) к вопросу – мог ли быть астроном К. Кнорре прообразом Ленского в романе в стихах “Евгений Онегин”, можно усилить доводы исследователей рас- смотрением двух строф из второй главы романа. Для этого доста- точно посмотреть, какими выражениями и словами описывал А.С. Пушкин Ленского, если он использовал в качестве прообраза молодого ученого, астронома. Действительно, в строфах 6,7 есть наиболее подходящие и убедительные для идентификации К. Кнорре строки:

Выделенные фразы в 6-й и 7-й строфах прямо указывают на астронома – “поклонника Канта”. Ведь Иммануил Кант – не только выдающийся немецкий философ XVIII века, но и известный аст- роном, профессор университета в Кенигсберге, иностранный по- четный член Петербургской АН (1794). В 1747-1755 годах он разработал оригинальную космогоническую гипотезу происхож- дения Солнечной системы из первоначальной туманности. Все- ленная по Канту безгранична, имеет иерархическую структуру. В основу эволюции Вселенной и Солнечной системы ставил гра- витацию и химические силы. Отметил дискообразность Млечного Пути, классифицировал Туманность Андромеды и другие туман- ности как далекие галактики, провел глубокую аналогию между Солнечной системой и Млечным Путем, указав на наличие сферической составляющей в спиральных галактиках. Объяснял сжатие диска вращением галактики. Студент Дерптского университета Карл Кнорре, увлеченный загадочной астрономией, конечно, был знаком с космическими идеями и гипотезами И. Канта, опередившего время почти на целое столетие. Несомненно, и талантливый А.С. Пушкин также знал И. Канта. Во время написания второй главы романа с июля 1823 года по июль 1824 года поэт мог использовать в качестве про- образа лишь К. Кнорре – молодого ученого, астронома. Даже ссылка на геттингенское происхождение “поклонника Канта” также имеет астрономический оттенок: старейший Гёттингенский университет, открытый в 1737 году, достигнув численности 1000 студентов, стал одним из самых крупных высших учебных за- ведений Европы того времени. Самое интересное – в университете работал Карл Фридрих Гаусс (1777-1855) – выдающийся математик, астроном и физик, с 1801 года – член-корреспондент Петербургской Академии Наук; с 1806 г. – директор Гёттингенской астрономической обсерватории. Эту должность он занимал до самой смерти. После открытия малой планеты Церера (1801 г.), потерянной вскоре после обнаружения, 24-летний Гаусс проделал сложнейшие вычисления, пользуясь разработанной им теорией движения небесных тел, и с большой точностью указал место, где искать “беженку”. Там она и была вскоре обнаружена. Для геодезических измерений К. Гаусс разработал и проверил на практике свой метод наименьших квадратов, что привело его к созданию нового научного направления

я – высшей геодезии. Появилась возможность точной съемки и составления карт местности. Карл Кнорре использовал методы Гаусса в Николаевской обсерватории и при создании Дуги Струве. Можно согласиться с авторами проведенного исследования творчества А.С. Пушкина, что величайший из всех русских поэтов встретил Карла Кнорре во время своего вынужденного проживания в Одессе, и К. Кнорре послужил прообразом Ленского в романе Пушкина “Евгений Онегин”. Сюзанна Эраль, исследуя жизнь К. Кнорре, описывает отношения между К. Kнорре и семьей Даля. Прежде всего, имя Даля упоминается несколько раз в “Семейной хронике Кнорре” как известного автора знаменитого Толкового словаря русского языка, изданного в 1867 году в России. Владимир Иванович Даль и его брат Карл, служили мичманами на Черноморском флоте и посещали курс по практической астрономии, который читал Карл Кнорре в Штурманском училище. Так возникла крепкая дружба между семьей Даля и молодым профессором. Это подтверждается тем, что Владимир Даль, будучи писателем, посвятил Карлу Кнорре “Сказку о шемякином суде и о воеводстве и о прочем; была когда- то быль, а ныне сказка буднишняя”, опубликованную в 1832 г. Позже В. Даль помогал К. Кнорре устроить проживание с питанием его старшего сына Федора в Санкт-Петербурге во время обучения на курсах Академии Изящных Искусств. Как сообщается в “Семейной хронике Кнорре”, в 1847 и 1848 годах Федор Кнорре жил в семье Даля, изучая архитектуру вместе с сыном Даля, Львом. В 1848 году вспыхнула эпидемия хо- леры. Владимир Даль, после ухода с Черноморского флота был врачом и вылечил себя и Федора гомеопатическими лекарствами. За два года, проведенные вместе, Лев Даль и Федор Кнорре стали близкими друзьями и в дальнейшем достигли успешной карьеры в области архитектуры. Таким образом, дружба между Кнорре и Далем длилась и во втором поколении. Дополнительно приведем интересные факты из статьи С. Эраль о 4-х письмах К. Кнорре в адрес В. Даля в 1855-1865 гг. Эти письма,