Первый еретик
Шрифт:
– Кирена, - голос Лоргара звучал в ее ушах низко и гулко.
– Мне говорили, что ты нечто вроде талисмана для моих воинов. Амулет на счастье, если угодно.
– Я не знаю, владыка.
– Я не твой владыка, - Лоргар нежно погладил ее лицо, пройдя пальцами вдоль носа, скул и подбородка.
– Твоя жизнь принадлежит лишь тебе, ни я, ни кто бы то ни было не может присвоить ее.
Она кивнула, не в силах говорить сквозь блестевшие на лице слезы.
– Знаешь, зачем я хотел тебя увидеть, Кирена?
– Нет, - ее голос был слабым и задыхающимся. Она еле выговорила слово.
– Попросить тебя кое о чем. О даре, которым можешь наградить лишь ты.
– Все, что угодно, - выдавила она, - Все.
– Даруешь ли ты мне прощение?
– спросил примарх. Он обхватил ее маленькие ладони своими, золотые пальцы полностью скрыли их.
– Простишь ли ты меня за то, что я сделал с вашим миром, с вашим совершенным городом, с твоими драгоценными глазами?
Она кивнула, глядя в сторону от золотого света, видимого ей только мысленно.
Лоргар поцеловал ее пальцы, губы слабо прикоснулись к коже.
– Благодарю тебя, Благословенная Леди. Твои слова облегчили мою душу.
Он выпустил ее руки и поднялся на ноги, чтобы отойти.
– Подожди, - воззвала она.
– Позволь служить тебе. Позволь служить твоему Легиону. Прошу тебя.
Аргел Тал подавил трепет. Слова Кирены до боли походили на то, как он сам молил примарха при первой встрече. Странно, с какой отчетливостью прошлое проступало в настоящем.
– Знаешь ли ты, кто такой исповедник? Были ли они на Хуре?
– Были, господин, - ответила Кирена. Голос еще не вполне вернулся к ней.
– Они называли себя Слушающими. Они внимали нашим грехам и прощали их.
– Именно, - усмехнулся Лоргар.
– Твоя жизнь принадлежит тебе, Кирена Валантион из Монархии. Но если желаешь путешествовать меж звезд с моими воинами, это место идеально подойдет тебе. Ты выслушала рассказ о моих прегрешениях и простила их. Окажешь ли ты такую же услугу моим сынам?
В ответ Кирена опустилась на колени с благодарной молитвой. Вместо слов она шептала формулы почтения, в точности как в писаниях, которые изучала в детстве.
Примарх бросил на нее последний ласковый взгляд и повернулся к Аргел Талу.
– Капитан.
– Повелитель, - Аргел Тал приложил кулак к груди, салютуя.
– Эреб много говорил о тебе в тот месяц, пока я пребывал в уединении. Когда я спросил, кто поднял меня с колен в присутствии моего брата Жиллимана, Эреб указал на тебя.
– Я... я удивлен услышать об этом, господин.
От Лоргара не укрылось колебание в голосе Аргел Тала.
– Я полагал, что твои трения с Эребом улеглись со временем. Я был неправ?
Аргел Тал покачал головой.
– Нет, повелитель. Простите мне рассеянность. Наши противоречия в прошлом. Все это было давно.
– Приятно слышать, - хмыкнул Лоргар.
– Учиться у самого Эреба и все же предпочесть клинок крозиусу. То, что ты пошел иным путем, ударило по его гордости и разочаровало до глубины души. Но он простил тебя. Меня волновал вопрос — касается ли это и тебя? Простил ли ты его?
Пойти иным путем. По мнению Аргел Тала, это было очень мягко сказано.
– Здесь нечего прощать, - ответил он.
– Его злость из-за моего решения вполне понятна.
Лоргар внимательно вглядывался в него, серые глаза примарха не переставали смотреть оценивающе, несмотря на всю симпатию в них.
– Я всегда высоко ценил твое милосердие, Аргел Тал.
– Я горжусь тем, что вы так полагаете, сир.
– Ну, а теперь мы подходим к основному вопросу, по которому я вызвал тебя.
– Я готов.
Когда вы вернетесь к Великому крестовому походу, Зазубренное Солнце ждут некоторые перемены. Я выбрал четыре ордена на роль содержателей наших часовых-Кустодес. Каждому из орденов достанутся пятеро из двадцати. С сожалением сообщаю, что Зазубренное Солнце — один из них. Как я понимаю, ты встречал Аквилона в стеклянном городе? Я удовлетворил его просьбу приписать одну из групп Кустодес к Зазубренному Солнцу. Я не увидел ничего страшного в том, чтобы кинуть такую кость сторожевым псам Императора.
– Так точно, - отозвался Аргел Тал.
– И, боюсь, еще одно.
– Лоргар вновь улыбнулся, как тот обаятельный золотой иерарх, который возглавлял переворот на этом самом мире.
– Я доверяю тебе более, чем велит служебный долг. Ты поднял меня из унижения, из праха, и я благодарю тебя за это. Так что я смиренно прошу оказать мне услугу, Седьмой капитан Аргел Тал.
От слов и тона, которым они были произнесены, Аргел Тал молитвенно опустился на колено.
Какой другой примарх — другое богоподобное создание — столь скромно попросит одного из своих сыновей об услуге? Возможность пребывать в его роду наполнила Аргел Тала горделивой скромностью.
Лоргар рассмеялся, и смех прозвучал музыкой среди слабого ночного ветерка. Кирена услышала его, находясь в отдалении на дюжину метров, и снова ощутила подступающие слезы.
– Встань, - проговорил Лоргар свозь смех.
– Ты еще не настоялся на коленях, Аргел Тал?
Тот встал, но продолжал смотреть под ноги примарху.
– Просите, что угодно, сир. Все, что пожелаете, будет исполнено.
– Я путешествовал со многими тысячами моих воинов, десятилетие за десятилетием, изображая командующего и играя адмирала. Все эти игры мне надоели. Когда Легион рассеется среди звезд, я не имею ни малейшего желания встречаться со своими братьями.
Их праведное негодование убьет остаток моих нервов. Можно было бы сказать, что я хочу скрыться, но это не так. Я просто не хочу, чтобы меня нашли. Тут есть очаровательно незаметная разница.
– Понимаю, повелитель.
– Скажи мне, какой ваш экспедиционный флот?
– 1301-й, сир. Возглавляется Магистром флота Балоком Торвом, сейчас находится в субсекторе Атлас. И ожидает подкреплений, - это он уже не произнес вслух.
– Да, - кивнул Лоргар.
– 1301-й. С момента начала Великого крестового похода я странствовал с восемнадцатью орденами. Теперь, когда наше будущее неопределенно, я прошу твоего разрешения примкнуть к тремстам воинам Зазубренного Солнца.
Прежде, чем снова взглянуть на Лоргара, Аргел Тал обернулся через плечо к Ксафену и Кирене. Капеллан кивнул. Исповедница прижала руки к губам, по лицу заструились слезы.
– Простите, сир, - переспросил Аргел Тал.
– Не уверен, что правильно вас понял.
– Я прошу тебя об этой услуге, сын мой. Кор Фаэрон возглавит 47-ю экспедицию в мое отсутствие. Я не смогу убежать от Оккули Император — он последует за мной повсюду — но я могу исследовать эмпиреи вдали от глаз братьев. Сейчас этого достаточно.