Чтение онлайн

Парни сбавили шаг. Вскоре с ними поравнялась молодая, не высокая девочка с длинными, каштановыми волосами. В одной руке она несла не большой, тканевый сверток, а в другой красовался свежий букет из полевых цветов.

— Откуда тебе знать, красавица? — В ответ съехидничал Сэм. — Ты ведь этим не занималась.

— А ты не рисовал закорючки, — ничуть не растерялась девушка и тут же бросила свой взгляд на бумаги в руках у парней. — Все же записались?

— Конечно! — гордо ответил Сэм. Эннир же предпочел промолчать.

— Энни, и ты тоже? — изобразила удивление девушка. — А родителям сказал? — Эннир не ответил и невольно прибавил шаг, будто желая убежать от этого разговора. — Балбесы, — фыркнула девушка, — хуже разделки мертвых туш только разделка живых.

— Кристин Тэйн — сама доброта.

— Ну хватит, — наконец вступил Эннир, — ты на занятия?

— Ага, — кивнула Кристин, — полевые цветы и их применение в медицине. Вот даже решила собрать немного.

— Красивый букет, — подметил Сэм.

— Спасибо. Энни, папа сказал что бы ты к нему зашел… — Кристин внезапно прервалась, глядя на Эннира. — С тобой все нормально?

Постепенно они приближались к главной площади, где немногочисленный народ слушал уже похрипывающего глашатая.

— Да, — дрожащим голосом ответил он, — с чего ты…?

— Вид у тебя не важный.

— Все в порядке. Наверно просто что-то не то съел — скоро пройдет. Так что там…?

— Да, все было как обычно, а потом пришел человек. Очень странный, если честно. Лица я его не видела, одет был бедно и в капюшоне как-будто скрывался от кого-то, но под одеждой я точно видела оружие и совсем не дешевое. Они поговорили о чем-то с папой и после этого родителей как-будто подменили. На них лица все утро нет, а когда я уходила — папа попросил срочно найти тебя…

— …ранним утром был похищен наследник дома Хоултов. Одиннадцатилетний юноша пропал по пути из Алинтина прямо на северном тракте. Рыцари лорда Хоулта нашли тела сопровождавших, однако самого юного Хоулта среди них, к счастью или горю, не было…

Ребята остановились в тени под древянным навесом еще не открывшейся мясной лавки, принадлежавшей отцу Сэма. Глашатай, прямо на которого смотрели все трое, закашлялся и отдал стопку бумаг маленькому пареньку в пестрой одежде, быстро выпил воды, вновь выпрямился и, гордо положив ладонь на сердце, принялся зачитывать дальше:

— Лорд Амин Тулий выдаст свою вторую дочь замуж за…

— Ой, чего я стою?! — Вскрикнула Кристин. — Я же ведь опоздаю! — Она обняла брата и весело побежала в припрыжку дальше по улице. — Обязательно покажись маме дома!

— Да, да… — тихо ответил Эннир, понимая что Кристин уже не слышит.

— Она права, ты весь зеленый уже. Давай я тебя к матери отведу а?

— Да все нормально! — Фыркнул Эннир в ответ. — Перед работой зайду к Лиде, если лучше не станет.

— Твоя мать — лучший лекарь в городе…

— Ты еще громче скажи, а то не все услышали, — с иронией ответил Эннир.

— Прости…

— Ты же знаешь моих — такую панику поднимут, что еще хуже станет. Хотя у матери глаз наметан так, что за километр увидит как пить дать, хоть домой не иди.

— Кстати, а ты не просил родителей на счет…?

— Нет. Я думал, но… Я хочу сам. Без помощи, без поблажек.

— …орудует банда Костолома. За сведения о его банде, кои будут подтверждены и окажутся полезными, назначена награда в сотню золотых! Однако наш магистрат напоминает всем добрым жителям Нортона что сея банда — сплошь убийцы, насильники и мерзкие работорговцы! Будьте осторожны, друзья и не лезьте на рожон. Документ, подтверждающий награду, будет висеть на доске объявлений в приемном доме магистрата.

Не отходя далеко от темы отбросов общества, от лица магистрата, хотелось бы напомнить и о награде за Соловьев, а так же за людей, помогающим этим недобиткам. Напоминаю так же, что любая помощь Соловьям расценивается в равной степени преступлениям, совершенным самими Соловьями и карается смертью.

Одна из женщин, стоящая впереди Эннира, очень громко цыкнула и нагнулась к уху своей подруги.

— Буквально недавно Соловей приходил в Неаполь в квартал, где моя кузина живет. — Зашептала она на ухо. — Говорит знаешь что? Мол с его прихода ни одного вымогателя на квартале не видно. Четыре дня сидел у кровати больной девочки. Глаз не смыкал, но вылечил. С родителей даже медяк не взял, а только за порог, так тут же его и сдал кто-то.

Договорив, она резко бросила взгляд на Эннира, сидящего в добрых десяти метрах от неё и нахмурилась, будто поняла что он её слышит и слышит отчетливо. Сам юноша не придал этому значения. Пока не придал…

— Поймали? — взволновалась вторая.

— Соловья? Нет конечно, куда им?

— И последнее! Сегодня утром в наш славный город, впервые за многие годы, прибыли рекрутеры. Любой юноша или же девушка, достигшие четырнадцати годов…

По главной площади пронесся резкий, отчаянный крик. Под десятками ошеломленных взглядов, обратившихся назад, Эннир рухнул на колени, двумя руками хватаясь за левый глаз. Из раза в раз крик проносился по всей площади. Через несколько секунд между пальцами юноши начали просачиваться струи крови. Открытый глаз покраснел от боли, все тело трусило, вскоре кровь хлынула из носа.

Сэм, наконец обретя самообладание, подхватил друга и быстро унес его с площади.

"Преторианская гвардия — одно из самых элитных и профессиональных подразделений мира, однако их действия не редко противоречивы" — Исход: Сильнейшие мира сего.

Тело билось в страшной дрожи. Холод не отступал ни на мгновение. Не зимний, как это бывает в тёмную, снежную ночь. Холод пробирал кости, обволакивал их и не хотел отступать. Могильный холод… и смертельный страх. В кромешной темноте были лишь они трое, наедине друг с другом. Это длилось долгие годы. Тьма, холод и страх стали для него близкими друзьями. Кроме них не было ничего.

Дальше пришел жар. Жар, рядом с которым самое знойное лето казалось лишь приятной прохладой. Капли пота бесконечно пробивались сквозь кожу и неслись по всему телу. Влажная кожа ощущала любое дуновение ветра, который сейчас казался ледяным.

И наконец спокойствие. Не было совсем ничего. Никаких ощущений, эмоций, мыслей. Будто сама реальность перестала существовать… Или он перестал существовать в реальности. Сознание начало покидать его. Сначала имя, потом семья и друзья. Постепенно всё перестало существовать. Чистый лист, блуждающий в бесконечности.

Однако вскоре спокойствие нарушилось. Он не сразу это заметил. Где-то вдалеке, а может и совсем близко. Приятный, женский голос. Тёплый и самый красивый голос из всех, что он когда-либо слышал. Она звала его по имени. Хотела, что бы он следовал за ней. Голос начал отдаляться, постепенно исчезая в бесконечности. Он должен был догнать его, но он не знал, что голос звал именно его. Что это его имя.

— Это лишь сон, Энни, — сказала она в последний раз.

***

"Болезни — ни что иное, как кара Божья за грехи наши, совершенные в этой или прошлой жизни. Умышленно то иль случайно, вина ваша уже доказана. И преследовать будут грешника, и всех его потомков Боги, пока не будет выплачена дань за свершенное им злодеяние. Посему каждый захворавший обязан немедленно вознести к ликам Богов всё что имеет и молиться, уповая на их милость" — отец Паллат в дни Чёрной Смерти.