Чтение онлайн

Во дворе дома Волка я с удовольствием обнаружил пару «Ауди», отдыхающих на прежнем месте. С не меньшим удовольствием заметил чуть в стороне микроавтобус «Газель» с задвинутыми шторками на окнах. Волчья интуиция позволила сообразить, что за этими занавесками скрываются крутые ребята из СОБРа, в бронежилетах и с автоматами... Они готовы, хотя не знают, что мы с Волком тоже готовы... И даже Волк не знает этого... Но Волка я сейчас введу в курс дела...

Теперь осталось дождаться подполковника...

Волка я в курс дела ввел...

– И стоило из-за денег такой огород городить? – усмехнулся он. – Можно было бы, чесс-слово, просто и аккуратно в сторону уйти, и все...

– С деньгами уйти легче... Потом к тому же будет легче...

– Я люблю, когда потом бывает легче, чесс-слово, – согласился Волк. – Но не знаю, насколько легче будет... Деньги, как полагается, меченые...

– Конечно... Светятся в ультрафиолете... У меня есть молоденькая подружка... Студентка... Химию изучает... Говорила, что надпись убирается очень просто... Значит, уберем... Она будет рада помочь за сто баксов...

– Потом менты все равно не отстанут... Ты уверен, что деньги Анжелины, а не ментов?

– Не вполне... Может быть, и ментовские... Какой-нибудь фонд меченых денег, ходит из операции в операцию... И такое может быть...

– А сейчас что? – спросил Волк.

– Бронежилеты готовы?

– Конечно, как заказывал...

– Перестрахуемся на случай непредвиденной реакции подполковника Петрова и будем ждать...

– Чего ждать?

– Сначала самого подполковника Петрова... А потом – момента, когда нам предложат сдаться... А нам обязательно предложат...

– Это я не люблю... Мы уже однажды сдавались... Кончилось все хорошо, но перед этим было плохо...

Я вздохнул. Опыт сдачи у нас есть...

...Еще только первый месяц войны шел. Там, где велись активные боевые действия, наверняка уже подсчитывали не только потери, но и пленных с той и с другой стороны. В глубоком же тылу, каким считались окрестности Алхазорово, о пленных пока не знали, знали только, что окружили отряд спецназа ГРУ. Это вызывало у чечен и восторг, и опасения. Опасаться было отчего... Они уже понесли значительные потери. И наверняка о спецназе ГРУ слышали. Само наименование это вселяло во многих страх...

Мы-то сами хорошо знали, что были здесь единственными солдатами Российской армии, брошенными и командованием, и погодой, и обстоятельствами на съедение чеченцам. И только потом услышали, что боевики сначала считали иначе. Они окружали одну группу, оставался только один неприкрытый, как они считали, коридор – в горы, и группа, думалось полевым командирам, ушла туда. Потом вторая появилась совсем в другом месте, хотя и не слишком далеко. А если две группы работают так тесно, то может и третья, и четвертая объявиться...

Капитан Петров принял решение сдать отряд в плен. Чеченцы сильно на этом настаивали, угрожали уничтожением, но не совсем на себя надеялись... Они боялись нас и считали, что во время сдачи кто-то может зайти им в тыл и ударить неожиданно. И потому торопились... Торопились принять пленных, и даже при этом самих пленных опасались, и потому не разрешили нам выходить сразу всем, даже без оружия, а приказали спускаться с высоты, где мы обосновались и окопались, по одному и складывать оружие в общую кучу.

Каждый из нас проходил перед парой сотен стволов, провожающих смертельным взглядом каждый наш шаг. И ни один боевик до этого не приблизился, ни один в полный рост не встал, чтобы понаблюдать за редким моментом сдачи в плен такой большой группы спецназа...

Только около кучи с оружием стоял седобородый не по возрасту полевой командир. Записывал что-то. Но и этот постоянно оглядывался, прислушивался, беспокоился.

Потом уже, когда мы все отошли от оружия достаточно далеко, чечены вышли...

Стоял туман... И чечены ждали внезапной атаки из тумана... И в небо смотрели... Вертолетов, кажется, ждали, хотя вертолетам через такой туман пробиться и рассмотреть, что внизу происходит, невозможно...

Нас погнали колонной по тропе. Тела двух убитых бойцов по-прежнему несли на себе. Это движение сдерживало. Тот, кто распоряжался движением колонны, приказал похоронить убитых здесь же, на склоне горы. Но выкопать могилы здесь было нельзя – сплошные камни, да и нечем было копать, поскольку малые саперные лопатки у нас отобрали сразу же. И даже для рытья могил не дали. Таким образом, вместо могил мы заложили парней камнями, создав холмики. Только спустя месяцы местные чеченцы обменяют эти тела на несколько ящиков тушенки... Это мы с Волком узнаем, когда вернемся в бригаду после отпуска...

Спуск с горы длился целый час... Спустились до дороги, и там нас посадили в грузовик. Вернее, не посадили, а поставили на колени с поднятыми за голову руками...

– Кто опустит руку – сразу получит пулю... – предупредили вполне конкретно. Они все еще боялись...

Привезли в большое село. Жители встретили нас большой толпой. Как ненавидели они нас!.. Как разорвать на куски рвались... Уничтожить хотели... Это они назывались «мирными жителями»... Это они входили в категорию «мальчика с козой»... Они были гораздо злее и агрессивнее боевиков и своей ненавистью стремились показать свою лояльность власти Дудаева...

Смешно, но боевики в первое время вынуждены были встать стеной, чтобы нас защитить и не пропустить не очень мирных «мирных жителей»... И непонятно было, для чего они нас защищали, потому что избивать сами же начали буквально через несколько часов, когда приступили к допросам. Похоже, боевики еще не верили до конца, что спецназ сдался им... И боялись, что мы все вместе можем даже без оружия оказать сопротивление. Если бы мы смешались с толпой, боевики не могли бы стрелять... Они просто не видели бы, в кого стрелять... А мы могли бы драться и прикрываться местными, как щитом... И снова уйти...

В принципе-то мы могли бы так сделать, сумей толпа к нам прорваться... Я даже видел, как посматривает на ближайший грузовик капитан Петров. И понял его взгляд. Он ждал момента, когда «мирные жители» прорвут цепь боевиков, чтобы совсем перестать быть «мирными». Это развязало бы нам руки...

Мы не спецназ внутренних войск, которых обучают разгонять толпу. Но мы тоже знали в теории, что такое психология массового страха. Если бы толпа ринулась на нас, достаточно было бы смять первые ряды и заставить их побежать... Тогда уже побежала бы вся толпа и смяла бы самих боевиков... Даже при том, что «мирных», настроенных далеко не мирно, было не меньше тысячи, мы имели шанс...