Первый колледж магии или как живется бедному студенту
Шрифт:
Через пять минут я вышла от мрачного директора с разрешением на просмотр записей камер. Ещё через десять минут я уже показывала это разрешение охраннику, и под его внимательный взгляд искала нужную мне запись.
– Нашла!
– Сказала я, протягивая диск охраннику.
Через минуту я уже сидела со списком имен в руках, и внимательно смотрела на экран. Несколько человек я вычеркнула из списка, так как приехали они либо в конце второй пары, либо после неё, либо не приехали вообще. Затем вычеркнуть ещё пару человек, так как было видно, что они зашли в аудиторию, и не выходили, пока пара не закончилась.
Когда в списке осталось меньше половины имен, я успокоилась, и перестала мешать работать охраннику. А потом села в свою машину и уехала домой. Уже был закат, мне ещё надо приготовить ужин, принять душ, и хоть немного почитать книгу с оригинальным названием! А ещё надо к тете Лили заехать, рассказать о нашем и братом разговоре.
Что я и сделала. Заехала к ним в гости на час. Познакомилась с Клаусом - женихом тёти.
– Он влюбился. По-настоящему.
– Начала я рассказывать, когда уже допила свой чай.
– Не думаю, что он откажется от неё. Но, думаю, он все же примет какие-то меры по этому поводу. Начнёт экономить, может даже будет более ответственно вести себя, и перестанет попадать в обезьянник. Может поговорит со своей девушкой, и они найдут компромисс в создавшаяся ситуации... В любом случаи, знайте, он задумался над моими словами.
– Спасибо, Яра. Я знала, что ты сможешь заставить его включить мозги!
– Стукнула кулаком по столу тётя.
А после третьей чашки чая я собралась ехать домой. Получила ещё чупа-чупсы и села в машину.
Я не успела дочистить всю заранее приготовленную картошку, как зазвонил телефон. С родителями сегодня я уже созванивалась, сестра звонит два-три раза в месяц, и сегодня она точно не позвонит. Подруга в другом городе, и звонит часто, но звонит она в середине дня, так что это точно не она. Остаётся только один человек: Бор.
– Привет.
– Я слышала, как Бор улыбается.
– Чем занята?
– Ужин готовлю. А ты?
– Как раз хотел пригласить тебя в одно место... Как ты относишься к шумным компаниям?
– Смотря какая компания. Если люди приятные, то обеими руками "за".
– Тогда доставай платье, сегодня я познакомлю тебя со своими друзьями. Мы идем на вечеринку!
– А может не надо?
– Надо. Я приеду за тобой через полчаса. Успеешь?
– Нет, как я уже сказала, я готовлю ужин. Сначала закончу с ним, потом уже только начну собираться...
– В таком случае, я буду у тебя через пятнадцать минут.
– Хорошо.
И я положила трубку. Было конечно приятно, что Бор хочет познакомить меня со своими друзьями, но я знала, что это богатенькие детки. Вряд ли они будут ко мне нормально относиться. К тому же я не знаю, как себя вести с ними. Мы ведь из разных миров! Они из мира, где доступно все, а я... Я копейки на продукты собираю. Нам просто не о чем будет говорить.
Как и обещал, Бор приехал через пятнадцать минут. Не успела я закрыть за ним дверь, как тут же оказалась прижата к ней.
– Ну привет.
– Сказала Бор, и тут же поцеловал меня, не давая возможности ответить.
– Спасибо за цветы. Они очень красивые.
– Всё же через какие-то время боевик отстранился от меня, и дал возможность говорить.
– Рад, что они тебе понравились. Показывай, что готовишь и как. Я займусь готовкой, а ты в это время пойдёшь собираться.
– А ты вообще умеешь готовить?
– Я опасалась, что еда будет не съедобна, потому и спросила.
– Учиться никогда не поздно!
– Хорошее заявление, а главное к месту...
Я показала, что и как делать, сказала, сколько времени держать на огне, а сама пошла наверх, выбирать платье.
Выбор был не велик. Я всегда предпочитала брюки, и платьев у меня было мало. Я выбрала чёрное облегающее платье, без рукавов, чуть выше колен. На талии была вставка из кружева, через которую был виден живот, а на груди узор в виде спиралей. Немного подумав, убрала волосы наверх, сделав узел с выбивающимися предками волос, которые спускались мне на плечи. Туфли, на высокой шпильке, закрывали щиколотку, но открывали пальцы. Образ дополняло золото. Браслет, серии, и колье. Я была готова выйти в свет.
Уже спускаясь по лестнице, я чувствовала запах пригоревшей картошки. Так и знала! Нельзя было оставлять приготовление пищи на Бора! Я зашла на кухню, и увидела, как Бор выключает плиту. Так как он старался готовить, я не стала сразу придираться, а просто стояла молча, и ждала, когда наконец боевик заметит меня.
Не прошло и минуты, как Бор справился с пригоревшей картошкой, выругался, повернулся ко мне, и застыл.
– Ты прекрасна.
Наконец подал голос парень, и снова застыл, изучая меня.
Я тоже рассмотрела Бора: чёрные джинсы, чёрная рубашка, и белый пиджак. Он выглядел шикарно. Его тёмные волосы все так же были убраны в хвост, а голубые глаза казались более яркими на фоне чёрного и белого цветов.
Я подошла к нему поближе, заглянула через плечо, и увидела почерневшую картошку. В этот момент Бор сократил оставшееся между нами расстояние, и погладил меня по руке. Я посмотрела ему в глаза, и засмущалась. В его глазах читалось желание обладать мной. Он хотел меня, но понимал, что я ещё не готова, а потому и держался на расстоянии.
Затем Бор наклонился и поцеловал меня, осторожно и нежно, чтобы не спугнуть. Я была не против, и ответила на ласку. Тут же мне на талию легла рука боевика, и он притянул меня к себе, заставляя прижаться нему всем телом. С каждой секундой поцелуй становился все настойчивее, а рука прижимала меня к твёрдому телу все сильнее. Затем, поняв, что я не сопротивляюсь, и даже наоборот, отвечаю на настойчивость, Бор опустил руку с талии на ягодицы, и сжал их, при этом дыхание боевика стало напряженным.
Спустя какое-то время, я сидела на столе, и как в прошлый раз, Бор оказался между моих ног. Бор взял меня за бедра, и пододвинул в плотную к своим. Я чувствовала его желание, и мне не хотелось его останавливать, когда его тёплые руки забрались мне под платье, и начали ласкать ноги и бедра. Мне совершенно не хотелось прерывать чувственные поцелуи в шею...
Но тут зазвонил телефон Бора. Сначала мы не обращали внимание на него. Бор продолжал меня целовать и ласкать, продолжал с силой прижимать мои бедра к своим, но потом я вспомнила, зачем надела платье, которое задралось неприлично высоко, и остановила его.