Чтение онлайн

— У меня мама двоюродная сестра Алексея Алексеевича, — улыбнулась она.

— А ты где был?

С этим вопрос к нам подошла японка.

— А тебе какое дело? — немного грубовато ответил ей.

— Хочу с тобой спарринг.

— Ясно, — я кивнул больше для себя, — вечно кому-то что-то хочешь доказать.

— Да я просто…

— Андрей! — услышал я голос тренера. — Хорошо, что зашел. А вы почему не работаете?

Зная, что за этим последует, я поспешил вмешаться.

— Сергей Петрович, это я позвал Таню.

— Хорошо, отмазка засчитана. Юми, сто отжиманий и тридцать подтягиваний. Выполнять!

Японка, бросив на меня непонятный взгляд, направилась выполнять приказ тренера.

— Андрей, а ты зачем покрасил трость? — тренер глядел на мою руку с зажатой тростью. — Раньше она лучше выглядела.

Я хотел было рассказать ему обо всем, но в последний момент передумал. Не хочу грузить хорошего человека своими проблемами. Если потребуется совет, тогда и можно рассказать.

— Зато так брутальней, — с небольшим пафосом ответил я, на что тренер тихонько рассмеялся.

Со стороны отжимающейся японки услышал фырк. Пискнул телефон, говоря о пришедшем сообщении. Оказывается, бластер все-таки нашли и требуют руководителю нашего отделения гильдии прибыть в Оренбург для передачи оружия. Отписался, что сделаю это через три-четыре дня. Никаких дел на сегодня я больше не наметил, поэтому после посещения любимой мороженицы, отправился домой.

А на следующий день поехал в Москву.

Земля, темная лока, пригород города Карбакс.

— Кто-нибудь успел разглядеть его лицо? — Келл Дукс, появившийся здесь спустя всего пять минут после произошедшего, обвел взглядом всех.

— У него лицо было закрыто, — ответил командир группы охраны.

— А аурный след кто-то запомнил?

На этот раз ответил ученый.

— Господин, работала установка по пробою границы. В фокусе ее луча ничего энергетического разглядеть нельзя.

— Как он смог уйти? И вообще, как сумел обнаружить этот пробой?

— Он действовал слишком быстро, а мы не ожидали ничего подобного, — ответил все тот же ученый. — Но я могу поклясться, что установка прекратила работать, когда он еще не перешел на ту сторону.

— То есть, его разорвало на переходе?

— Конечно, — уверенно произнес он. — Я не слышал, чтобы кто-то выжил, хотя есть немало свидетельств аналогичных явлений.

— А как он обнаружил этот пробой?

— Скорее всего, случайно, господин.

— Сколько эмиссаров успело перейти на ту сторону?

— Всего двое, но одна из них ваша протеже Гатта.

— Ключ с кем отправляли?

— С ней, господин. Я уверен, что скоро появиться канал.

«Это очень хорошо, — подумал Келл Дукс. — Не зря ее купил и хорошо, что не испортил товар». Но всего два эмиссара это было очень мало для тех затрат, которые ему пришлось выложить за две новых установки пробоя. Но он прекрасно знал, что чем больше будет соблазнено в соседней локе людей на работу с ними, тем легче будут осуществляться пробои. Надо лишь подождать какое-то время, постоянно совершая новые пробои. Он также прекрасно знал, не он один нацелился на этот соседний мир.

Земля, Уральск.

Поезд был скорым, ехать целые сутки, но я все равно успевал к сроку. Правда, в наличии имелся билет в купейный вагон только первого класса, что дорого, зато комфортно, пусть и полка у меня верхняя. Я только расположился, как в купе вошла женщина лет сорока.

— А ты что здесь делаешь? — с порога начала она возмущаться.

— У меня билет в это купе.

— Какой еще билет? Почему мужчина в купе?! — чуть ли не на весь вагон кричала она. — Мне обещали, что мужиков в купе не будет!

К нам подошла проводница.

— Этот вагон смешанного типа, то есть в одном купе могут ехать и мужчины и женщины, — спокойно ответила молодая женщина в форме. — Я не знаю, кто вам обещал подобное. Советую вам прочитать внимательно правила, чтобы в дальнейшем не удивляться, если вас высадят из поезда.

— Мне кассирша обещала, — ответила та, — я еще разберусь с ней. А ты почему сидишь на моем месте? — это было адресовано уже мне.

Я видел, что проводница хочет вразумить эту пассажирку, дескать имею право, что написано в правилах проезда, но я отрицательно покачал ей головой и вышел в коридор. Там стояли две девушки лет шестнадцати-восемнадцати, внешне похожие на женщину. Проводница с благодарностью мне кивнула и поспешила к другому купе, где тоже намечалась свара. Девушки вошли внутрь, и двери тут же закрылись с такой силой, что я подумал было, что они сломаются.

Вагон заполнялся быстро и спустя всего десять минут все пассажиры заняли свои места. Кроме меня, разумеется. А спустя еще это же время поезд тронулся. Я смотрел, как он ускоряется, и вскоре мы выехали за пределы города.

— Ты так всю дорогу будешь здесь стоять? — отвлек меня от созерцания знакомый голос проводницы. — Не переживай, если она продолжит докучать, ее просто высадят на первой же станции. Ты завтракать будешь в ресторане или принести набор в купе?

— Ресторан.

— Могла бы не спрашивать, усмехнулась она. — Завтраки с девяти до одиннадцати, обеды с двух до четырех. Это касается входящих в стоимость билета, а так ресторан работает с восьми до двадцати четырех ноль-ноль.

Она постучала в мое купе и спустя секунду вошла. Злобная тетка, наверное, прочитала правила, поэтому вела себя тихо, и только своим тоном показывала свое отношение ко всему. Через двадцать минут направился завтракать. Когда вошел в ресторан, треть столиков уже была занята, чему я несколько удивился. Сев у окошка, показал официантке свой билет, на что она недовольно скривилась. Когда заканчивал трапезу, за мой стол сел пожилой мужчина.

— Молодой человек, это же ваша трость? — я кивнул. — А вы знаете, что в свое время именно подобные модели служили оружием? Я уверен, что нижняя ее часть заканчивается острием.

— Верно, — я улыбнулся этому словоохотливому старику.

— Позвольте представиться, профессор истории московского государственного университета Михаил Тимофеевич Остранский.

— Андрей Петров.

— Не могу понять, чем вы занимаетесь. Камуфляж вроде как говорит о военной стезе, но вы никак не ассоциируетесь у меня с военными. К тому же трость это точно не про них.

— Не военный я, а трость просто нравится. Прошу прощения, но мне надо идти. Прощайте.

— До свидания, молодой человек.

Я вернулся в купе, под недовольное бурчание тетки залез на свою полку, и занялся там просмотром новостей. Прорывов после оренбургского больше не было, полное затишье, словно перед бурей. Почитал различные новости. Затем долго размышлял о своих дальнейших действиях.

День прошел, в целом, нормально. Буйная соседка по большей части спала, вероятно, потратила много сил на ругань, а ее дочери занимались своими делами. Под мерный стук колес, как только на улице потемнело, я уснул.