Чтение онлайн

Отец ребенка, мгновенно оценив итог атаки жены, набросился на врага сзади, работая ножом на уровне глаз врага. И снова раздалось уже самое настоящее рычание. В следующий миг неизвестная сила отбросила от незнакомца родителей в стороны. И она же повалила мальчика на землю. Он начал отползать спиной назад, думая как убежать от него. Внезапно его рука нащупала…

Иномировая тварь очутилась рядом и за шкирку подняла мальчика.

— Какое лакомство, — оскалился незнакомец.

И мальчишка увидел, как прямо на глазах начали удлиняться клыки твари. Он медленно приближал ребенка к себя, стараясь вызвать у того страх, а еще лучше ужас, но к его удивлению этого не происходило. Да, он чувствовал, что мальчик все же боится, но не этого хотел незнакомец.

В следующий миг мальчишка ударил тварь прямо в глаз папиным ножом, который нащупал рукой. Его желание убить врага было настолько велико, что ребенок почувствовал, как внутри него родилось нечто, выплеснувшись наружу через холодное оружие.

Он еще успел заметить, что из глаз незнакомца брызнуло что-то на него, ощутил полет, в котором потерял сознание.

К месту происшествия полиция прибыла только рано утром, когда в парк вышли на пробежку спортсмены.

Следствие длилось долго, но установить причину смерти трех людей, не удалось. Слова мальчика, что на них напал не человек, следователи отнесли к шоку, а дело перенесли в архив под названием «Нераскрытые преступления», который работники учреждения называли не иначе, как «Висяки». Самого же ребенка отправили сначала на реабилитацию, затем определили в детский дом.

С тех пор минуло одиннадцать лет.

Земля, город Уральск, детский дом.

— Петров, поздравляю тебя с совершеннолетием, — сарказм так и струился в голосе директора детского дома. — Рада сообщить, что теперь ты свободен и можешь уходить на вольные хлеба.

— Эльвира Самойловна, по закону я могу проживать в приюте еще два года, — ответил ей.

Да, я прекрасно знал, что в шестнадцать лет стану совершеннолетним и администрация детского дома за меня не будет отвечать. Да, это так сказать первое совершеннолетие, а потому как бы неполное. Но неполнота заключалась только в том, что я не имел права работать в некоторых сферах. Например, даже, если я закончу полугодичные или годичные специальные курсы, до восемнадцати лет работать в полиции не смогу. Есть еще некоторые области, но в остальном я полноправный гражданин. И как раз до этих восемнадцати лет я имею право не только проживать в детском доме, но и завтракать. А вот на обед и ужин должен уже зарабатывать сам.

— Если ты так хорошо знаешь законы, то должен помнить, что первый же твой проступок на территории детского дома лишает тебя права здесь ночевать.

По ее тону я понял, что она будет делать все возможное, чтобы сделать хоть какое-то мне замечание. По-простому — будет придираться к любой мелочи, чтобы из нее раздуть большой скандал.

— Помню, — спокойно ответил ей. — Если вы меня выгоните, то обращусь в службу опеки, чтобы они прекратили финансирование одного человека.

— Твое право, — усмешка едва коснулась ее губ, а я понял, что у нее там надежные связи.

— Правда придется добираться в Оренбург, но на билет я заработаю, — сделал вторую попытку.

А вот сейчас я увидел, как зло сверкнули ее глаза. Значит, вправду ходили слухи, что Уральск со столицей губернии не дружат. Точнее, администрации и некоторые богатые рода. Попал, что называется, в яблочко. Не имело смысла уточнять, что мой случай полного исключения из детского дома будет разбираться самым тщательным образом. Я прекрасно осознавал, что до меня всем им нет никакого дела, но вот прищемить нос соперникам или вообще противникам желания хоть отбавляй. Надеюсь, что мой эпатаж сохранит хоть какое-то время спокойную для меня обстановку.

— Эльвира Самойловна, а…

— Держи, — перебила она меня, — комм и планшет.

Она достала из-под стола две коробочки, передав их мне.

— Спасибо, — поблагодарил женщину, не желая больше конфликтовать.

— Постарайся не драться.

— Постараюсь.

Я не стал напоминать ей, что все драки в детском доме, в которых участвовал, начинал не я. До семи лет жилось еще более-менее нормально, но с началом учебы в школе проблемы налетели снежным комом. А все из-за того, что, начиная с этого возраста нам стали выдавать карманные деньги. Небольшие, но мы могли побаловать себя покупкой чего-то вкусненького. Поэтому старшие начинали наезжать на мелких, собирая с них дань. Отбирали они не все деньги, поэтому почти все молчали, боясь исполнения от них угроз. И судя по всему, директора нашего все устраивало. Я же с самого начала отказался отдавать, поэтому местная братва решила устроить мне темную.

Я ждал чего-то подобного, и когда ночью ко мне потянулась чья-то рука, схватил ее и укусил со всей силы. На крик прибежал дежурный воспитатель, и экзекуция меня отменилась.

Утром директор распекала нас, но почему-то по большей части меня. А тот момент, что делали старшаки в блоке для младшеклассников ее по какой-то причине не волновал. Вот только какими только словами не называла она меня за то, что я почти до кости прокусил руку.

Несколько дней меня не трогали, но было понятно, что не отвяжутся. Но я подготовил им очередной сюрприз. Я видел, как наш завхоз ставит капканы на крыс, вот один стащил и каждую ночь ставил у кровати. Тут главное ночью не забыть и самому не попасться в него. И вот однажды я проснулся от жуткого крика, что даже подскочил в кровати.

И снова у нашего директора я был виноват во всех смертных грехах.

Третий раз меня подловили на улице и хорошо так избили. После этого решил заняться единоборствами в спортивном комплексе, за которым был закреплен наш детский дом. К сожалению, рукопашного боя, которым владел отец, там не было, зато мне приглянулась секция, где учились работать с подручными предметами: палки длинные и короткие, лопата, грабли, табурет. И в конце нож. В общем, через год от меня отстали.

За этими размышлениями я подошел к проходной. По пути я надел комм на левую руку и активировал его. Планшет тоже распаковал, и убедился, что это продукция одной и той же фирмы демидовского электротехнического завода.

— Петров, тебя вон ждут, — сообщил мне странную новость охранник.

На улице я сразу приметил мужчину, который увидев меня, направился в мою сторону.

— Здравствуй, Андрей, — поздоровался он со мной. — Ты, наверное, меня не помнишь?

Я покачал головой и он продолжил:

— Мы служили с твоим отцом, и я помню тебя совсем крохой. Сейчас хочу поздравить тебя с совершеннолетием.

— Спасибо.

— Сразу после смерти твоего отца мы собрали немного денег и положили в банк, чтобы сегодня сделать тебе подарок. Вот карта, — он передал мне ее. — Подключи ее сразу при мне, чтобы избежать инцидентов.

Разумеется, я сразу воспользовался советом. Да, комм был самым дешевым в линейке демидовского завода, но в сравнении с другими моделями его можно отнести ближе к середнячкам по ценовой категории. Форму он имел тонкого стильного браслета, достаточно качественную голограмму, но не интерактивную, так что набирать команды надо либо голосом, что у меня не настроено, либо мучиться на браслете, либо на соединенном с коммом планшете. Разумеется, у меня был последний вариант.

Сделав свое дело, я не удержался и посмотрел на сумму денег на счете. Почти семьсот рублей! С учетом того, что зарплата отца была всего сто восемьдесят, это очень большие деньги.

— Спасибо большое.

— Не стоит. Ты уже решил, куда пойдешь учиться? — сменил он тему.

— Еще нет, — чуть покривив душой, ответил я.

Разумеется, что я учиться пойти хотел в школу для одаренных. Я ведь помню, как одиннадцать лет назад почувствовал в себе нечто. Да, с тех самых пор мне не удалось больше активировать это, но я знал, как можно это сделать — снова сразиться с демоном другого мира. Этим летом я стану охотником на потусторонних тварей.

Кстати, сейчас особо не скрывается тот факт, что периодически людям приходится сталкиваться с неизвестными тварями. А ведь мне тогда никто не поверил!