Чтение онлайн

"Но теперь я завершил свои труды в этих краях и надеюсь, что мне удастся исполнить многолетнее желание 24 и по пути в Испанию увидеть вас и хотя бы отчасти насытиться общением с вами. А потом, надеюсь, вы окажете мне помощь в том, что мне понадобится для этого путешествия". (Рим. 15:23-24). И это спустя всего двадцать лет - скажем, с середины 30-х до середины 50-х годов - Павел закончил на востоке и повернул на Запад Римской Империи. Как он может делать такие заявления? И что это говорит нам о городской миссионерской стратегии Павла?

Он мог сделать это поразительное утверждение только в случае его особой тактики. Из общего числа возможных городов он сначала сосредоточился на не евангелиезированных городах «я ставлю перед собой цель возвещать благую весть не там, где Христос уже есть был назван» (Рим. 15:20). Затем в рамках этой группы городов он обращал внимание на столицы римских провинций. И, наконец, в них он нацелился на языческих приверженцев синагоги, "богобоязненных" или "чтущих Бога" книги «Деяния Апостолов». Кстати, сам Лука, возможно, был одним из них. На основе такой сфокусированности Павел мог, спустя всего двадцать лет, претендовать на то, чтобы бы говорить о законченной на Востоке миссии и быть готовым к миссии в Западную часть Римской Империи.

Общины Павла. Думаем ли мы, что Павел работает ремесленником в магазине, или идёт на разведку в местную синагогу, что бы познакомится с чтущими Бога, оба вида деятельности вовлекали его в сеть связей. Язычники, привлекаемые иудаизмом, с которыми он общался в синагогах, имели друзей как язычников так и евреев с их связями. Действительно, многие из его обращённых евреев, возможно, происходили из этой пересекающейся группы язычников и евреев. Его работа в мастерской соединяла бы его в первую очередь с языческой сетью городского ремесленного класса, а также с другими язычниками в окрестностях магазина.

Общины Павла были небольшими. Есть две причины думать так. В упомянутом выше исследовании раннего христианства Родни Старка его оценки роста предполагают около двух тысяч христиан во всей Римской Империи к 60 году, к этому времени большинство или, вероятно, все подлинные письма Павла были уже написаны. История Пятидесятницы в Деяниях предполагает гораздо более высокую цифру. Там нам сказали, что в первый день христианской проповеди “около трех тысяч” крестились (деяния 2:41). Но это преувеличение. Лука, как и другие древние писатели, часто использовал гиперболические числа. Более реалистична оценка существенно ниже.

Предполагая, что около тысячи были в еврейской стране, другая тысяча была бы распространена на остальную часть империи, в основном в Сирии, Малой Азии, Греции, предположительно Египте и до Рима. Таким образом, в любом из городов, где Павел создавал общины, число христиан вряд ли было больше сотни, а может быть, и нескольких десятков.

Второй причиной того, что общины Павла были небольшими, ограниченность пространства. Здания, специально спроектированные как церкви, появились только через два-три столетия, и поэтому общины Павла встречались в существующих «пространствах». Обычно говорят о «домашних церквях», но более вероятно, что мы должны думать о «торговых церквях» - то есть группы христиан собирались в мастерских, которые обычно находились на первом этаже многоквартирных домов. Магазины были маленькие, большинство не больше 3 на 6 метров, а некоторые даже меньше. Болшие собрания были бы возможны, если бы некоторые из новообращенных были богатсты, чтобы владеть Виллой и устраивать там сходки, как в Коринфе. Но по большей части мы должны думать о небольших собраниях. И возможно, даже вероятно, что в данном городе было несколько “цеховых церквей".

Павел никогда не ставил перед собой задачу всесторонне описать, какой должна быть жизнь в этих общинах. Он не писал руководства по общинной практике. И поэтому есть многое, чего мы не знаем. Например, мы предполагаем, что они часто собирались. Раз в неделю? Чаще? Тот единственный намек, который мы получаем, - это отрывок о сборе денег, которые Павел собирал у своих христианских язычников для христианских евреев в Иерусалиме :

«Теперь о сборе денег для народа Божьего. Что я велел делать общинам Галатии, то делайте и вы. 2 Пусть каждый из вас в первый день недели откладывает дома кто сколько может, в зависимости от заработанного, чтобы не надо было заниматься сборами тогда, когда я приду». (1 Кор 16:1-2)

Мы вернёмся к этому сбору денег в нашем эпилоге. На данный момент этот текст подразумевает, по крайней мере, еженедельный сбор, но не обязательно означает, что они собирались только один раз в неделю. Действительно, учитывая, что это были небольшие и интимные сообщества, состоящие из очень преданных людей, живущих по соседству с магазином, мы предполагаем, что члены были в частом контакте друг с другом.

Мы знаем, что они праздновали «Вечерю Господню», потому что Павел упоминает об этом в 1 Коринфянам 11:20. Они делали это каждый раз, когда собирались, или только в первый день недели? Мы знаем, что крещение было обрядом посвящения в новую общину. Мы не думаем, что это было что то легкомысленное, мы представляем себе (но не знаем), что это был довольно длительный период обучения и инструктирования. В Деяниях обращённых иногда крестится сразу после того, как они слушают "слово", что очень трудно представить себе на практике. Ведь, став частью христианского сообщества Господа, распятого империей, они начинали совершенно иной образ жизни, который противостоял нормальности имперской цивилизации. В остальной части этой книги мы будем, прямо или косвенно, восстанавливать жизнь сообществ из писем радикального Павла.

Глава 4. "Иисус Христос есть Господь"

До рождения Иисуса, или даже если бы он никогда не существовал, другой человека уже был провозглашён Сыном Божьим и, конечно, Бог воплотился в том же первом веке нашей эры и в том же средиземноморском мире. Фактически, почти все священные термины и торжественные титулы, которые мы могли бы считать христианским творчеством или даже изобретениями Павла, уже были связаны с Цезарем Августом, правителем Римской Империи, с 31 г. до н. э. по 14 г. н. э.

Август был Божественным, Сыном Божьим, Богом и Богом от Бога. Он был Господом, освободителем, Искупителем и Спасителем мира, не только Италии или Средиземноморья, заметьте, но и всей обитаемой земли. С ним же ассоциировались такие слова как: «справедливость» и «мир», «Богоявление» и «Евангелие», «благодать» и «спасение». Даже «грех» и «искупление» были связаны с ним. Гораций вопрошал в одной из своих од «наши дети стали меньше из-за грехов их родителей . . . кому Юпитер поручит искупление нашей вины?» Его ответом был - Август, в котором Гермес-Меркурий, посланник небес, «принял на земле облик человека», и который, как «наш вождь, Цезарь», остался бы с Римом, если бы боги снова не “разгневались на наши грехи” (1.2.29–52).

Теперь наша проблема ясна, как солнечный свет на покрытом пиниями средиземноморском склоне. Все эти утверждения, термины и титулы были обычными в римском имперском богословии и воплотились в Кесаре Августе до того, как они появились в христианском богословии Павла и воплотились в Иисусе Христе. Тогда такой вопрос: в чем именно принципиальная разница между Кесарем и Христом? Даже до того, как человек уверует в то или иное, какое именно он делает различие между ними? Мы акцентируем главное: в чем заключается основное, фундаментальное и определяющее различие между этими божественными притязаниями и трансцендентными титулами, которые Рим делал для Кесаря, а Павел - для Иисуса Христа?

Мы начинаем эту главу с сравнения описаний двух божественных человеческих существ середины 50 - х годов. Один-Иисус Христос, другой - император Нерон, и оба они провозглашают, что приносят мир на эту беспокойную землю. Наш конститутивный вопрос об общих титулах для Христа и Кесаря в этой главе будет сфокусирован вокруг темы «мира на земле».

Какая разница в конкретном содержании «установление мира» для императора такого, как Нерон и «установление мира» для еврейского крестьянина, как Иисус? В ответ мы внимательно изучим то, что означал мир сначала в римском имперском богословии, а затем в христианском богословии Павла. Затем, мы исследуем немного глубже, поднимая эти вопросы, оставшиеся незавершёнными в конце главы 2.