Первый Павел: Воссоздание радикального провидца из-под иконы консервативной Церкви
Шрифт:
Вот кем стал Павел благодаря своей жизни во Христе. Это завидное состояние: он научился довольствоваться тем, что попадалось ему на пути, быть голодным или сытым, иметь достаток или быть в нужде при любых обстоятельствах. Трансплантация Духа Павла прошла успешно.
Второй текст из Филиппийцев, возможно, является наиболее полным кратким изложением богословия радикального Павла. В послании к Филиппийцам 2: 1-11 говорится о том, какой должна быть жизнь “во Христе“, и подчёркивается что ”Христос распят“ и "Иисус Христос есть Господь". Он также содержит то, что большинство ученых считают гимном, написанным Павлом или его предшественником. Мы думаем, что это, вероятно, исходит от Павла; но даже если это было написано предшественником, это свидетельствует о сути мысли Павла, поскольку Павел одобрял его. И независимо от того, написан он Павлом или его предшественником, он представляет особый интерес, потому что это самый ранний христианский гимн, который у нас есть.
Текст начинается с серии советов о поведении для те, кто “во Христе”:
«1 Если жизнь с Христом для вас опора, если любовь Его для вас отрада, если есть у вас общение в Духе, если есть милосердие и сострадание, 2сделайте радость мою еще полнее! Будьте всегда и во всем согласны, равно любите друг друга всей душой, одинаково и чувствуйте, и мыслите!3 Ничего не делайте из своекорыстия и тщеславия. 4 Пусть каждый смиренно считает другого выше себя! Пусть каждый из вас думает не о собственном благе, а о благе других!" (Флп 2:1-4)
Текст продолжает описывать ум, который они должны иметь - ум, который они должны иметь во Христе-в том, что они видят в Иисусе: "Пусть мысли и чувства ваши друг к другу будут у вас, как у Христа Иисуса" (2:5). И какое же это ум?
Затем текст цитирует или вторит гимну про ум, который они должны иметь. Мы показываем Гимн в трех частях, разбив на строфы:
Он, по природе Бог,
не держался за равенство с Богом,
но добровольно лишился всего,
приняв природу раба
и человеком родившись.
Он был во всем человеку подобен
но еще больше себя
умалил и так был послушен,
что принял и смерть саму
— смерть на кресте.
3а это Бог вознес Его над всеми
и имя даровал
превыше всех имен,
чтобы пред именем Иисуса
всякое колено преклонилось
на небе, на земле и в преисподней
и всяк язык провозгласил, что Иисус
Христос — Господь,
во славу Бога Отца.
(Флп 2:6-11)
Этот гимн - резюме истории Иисуса. Конечно, в истории Иисуса есть многое из того, что мы знаем из Евангелий, и чего здесь нет. Но то, что здесь есть инкапсулирует самые центральные убеждения Павла об Иисусе
Вторая и третья части (строфы) акцентирует - “Христос распят” и”Иисус Христос есть Господь " —которые, не случайно, являются названиями двух наших глав. Обратите внимание, что во второй части, когда Павел ссылается на то, что Иисус становится “послушным до смерти”, он добавляет конкретно: “даже принял смерть на кресте". Для Павла Иисус не просто умер - он был распят имперской силой своего времени в качестве защитника видения жизни, отличной от имперской, и видения жизни, отличной от «мудрости этого мира».
Третья часть, возможно, является самым триумфальным провозглашением "Иисус Христос есть Господь" в Новом Завете. Сразу же после упоминания Иисуса, умирающего на кресте, гимн провозглашает "поэтому Бог вознёс его" (как первый плоды воскресения) “и дал ему имя выше всякого имени". Далее в тексте говорится о трехэтажной Вселенной древнего мирма "так что во имя Иисуса каждое колено должно приклонится, и на небе, и на земле, и под землей". Гимн завершается словами, которые прямо противопоставлялся римскому имперскому богословию " и всяк язык провозгласил, что Иисус Христос — Господь, во славу Бога Отца". Иисус есть Господь, а император-нет. Иисус — Господь, а правители этого мира-нет.
Посмотрите еще раз на первую часть гимна и начало второй:
Он, по природе Бог,
не держался за равенство с Богом,
но добровольно лишился всего,
приняв природу раба
и человеком родившись.
Он был во всем человеку подобен
но еще больше себя умалил
Фрагмент полон контрастами. То, что мы видим в Иисусе, сильно отличается от того, что мы видим в ком-либо другом. Кто считал "не держался за равенство с Богом" или "за что нужно ухватиться”, как выразился другой перевод? И о чем было “лишил себя всего" Иисуса?
Этот отрывок по-разному понимается современными учеными. Чаще всего предлагались две возможности, к которым мы добавляем третью. Одна из возможностей заключается в том, что это контраст с Адамом. Согласно книге Бытия, искушение, которому Адам и Ева поддались, было желание "быть как Боги". Таким образом, то, что мы видим в Адаме (как символе всего человечества) - это желание быть богоподобными. Иисус жил другим путем: он не стремился к равенству с Богом. В поддержку этого понимания отметим, что Павел в другом месте говорит о контрасте между "первым Адамом “(Адам бытия) и” вторым Адамом“ или ”последним Адамом" (Иисус; Рим. 5:12-14; 1 Кор. 15:45-49). В этой интерпретации, грех Адама и Евы был гордыня, греческое слово, обычно переводимое как "гордыня". Гордыня означает не просто хорошее чувство достижения, но и то, что ты делаешь себя центром существования, раздувая себя (или свое дело) до чрезмерных размеров. Вот что сделал “первый Адам". Второй Адам представляет нам другую модель - Иисуса опустошил себя.
Второй способ понимания контраста этого текста, как относящийся к предсуществующствованию Христа, до рождения. Или, говоря языком Иоанна, "слову", которое было с Богом с самого начала и которое воплотилось в Иисусе (Иоанна 1:1-14). Для этого понимания, воплощение означало, что существовавший Христос, слово, очистил себя от своих божественных качеств, чтобы стать человеком во Христе. Стать человеком означало стать уязвимым — даже до такой степени, чтобы быть казненным силами, которые правят этим миром. Это понимание обычно называют "kenotic“, от греческого слова kenosis, что означает "опустошение". Христос, который был с Богом с самого начала, опустошил себя, чтобы быть среди нас.
Есть и третья возможность. Кто в мире Павла утверждал, что он “по природе Бог” и кто считал “он равен Богу"? Ответ вполне очевиден: римский император, провозглашённый императорским богословием божественным, Господом, Сыном Божиим и Спасителем мира, принёсшим мир на землю.
Нет необходимости принимать решение какое из этих толкований правильное. Они все могут присутствовать, даже если мы думаем, что третье наиболее вероятно. Если взять противопоставление с Адамом и Евой, то мы должны вспомнить, что они были родителями не только убитого Авеля, но и убийцы Каина, который, согласно Бытию, основал первый город и, таким образом, системы господства, которые начались пять или шесть тысяч лет назад. Если же взять противопоставление с предсуществующим Христом, то возникает аналогичный момент: Бог, опустошённый и воплощённый в Иисусе, был страстно увлечен не властью и контролем, а справедливостью и миром, распределительной справедливостью .
И если есть противопоставление между Христом и Кесарем, то другие смыслы не нужно исключать. Все смыслы одновременно присутствуют. То, что мы видим в Иисусе—распятого и воскресшего Христа как “Иисуса Христа Господа” это путь, стезя. Это, говорит Павел в этом отрывке, и есть тот разум, которым должны обладать последователи Иисуса. То, что мы видим в Иисусе, - это путь, стезя личного преображения. И это путь, стезя пропаганды образа жизни, очень отличного от и противоположного нормальности "этого мира". И это, конечно, будет стоить жизни Павлу.