Чтение онлайн

Я посмотрел на неe как родитель на капризное и взбалмошное дитя, которое каждый раз выкидывает выкрутасы. В то же время ты настолько любишь его, что давно махнул на всe рукой.

— Это не блажь, и хватит так бровью делать! — запротестовала она, сорвавшись на мелкий нервный смешок. — Мне и правда так легче, я начну всe сама, как обычно.

— Ты ещe не собралась?

— Уже иду, — она скорчила рожу и показала язык.

— Вот видишь, Ицхак, одни женщины готовы тебя до нитки обобрать, и их природа понятна, но эта решила выделиться по-другому: она захотела съесть мой мозг.

— Артeм! — раздался протестующий голос из-за двери, мы вышли в коридор, чтобы не мешать. — Чему ты учишь ребeнка? Ты не обязан за меня всё делать. Когда ты был бедным, я ничего не просила и сейчас не буду…

— Святая женщина? — картинно потёр подбородок Ицхак.

Я прислонил указательный палец к носу и прошептал.

— Или очень хитрая.

— Я всe слышала! — она открыла дверь уже одетая и вручила мне громоздкий серый чемодан.

Я помог его вытащить по ступенькам вниз, где мы распрощались со старенькой морщинистой домовладелицей, смахивавшей на лубочную сказительницу былин. Она перекрестила нас и проводила до кучера.

— Выезд из города в другой стороне, — почему-то шепнула мне Софи, когда мы покатили по морозным улицам Бастиона, а потом протестующе хлопнула меня по ноге. — Мы что в мастерскую? Артём! Ты же обещал…

— Мы поедем в новое место втроём.

— Вчетвером, — поправил Ицхак.

— Прости дружище, да ты прав, мы поедем туда вчетвером. Софи, мы же обсуждали это. Я хочу, чтобы вы помирились.

— Хм, — девушка демонстративно отодвинулась к окну и после быстрых сборов Ривки встретила внутри соперницу холодным, как японское лезвие, взглядом.

Впрочем, та тоже предпочла сделать вид, что не замечает блондинку, и назло ей схватила меня за левую руку, пока мы тряслись по зимней дороге. Софи увидела это и закатила глаза. В пути разговаривали в основном мы с Ицхаком, иногда вставляла словечко и Ривка.

— Прошу, — сказал я, открывая широкие облупленные ворота моей новой собственности.

Слуга, кстати, изволил желание и дальше продолжить службу на старом месте. Я был не против, и Феликс заключил с ним новый контракт. Пропустив своих дам, я вручил чемодан дворецкому и устроил гостям обход по придомовой территории.

— Это всё теперь твоё, да Артём? — восхищённо спросил Ицхак и побежал вперeд, осматривая каждый уголок с громкими обсуждениями своих находок.

Ему такой огромный дом после мастерской казался чем-то невероятным, хотя нельзя было сказать, что Гольдштейны бедствовали.

Просто усадьба — это совсем другое. Три этажа с высокими потолками, мансарда, балконы, здоровенная огороженная территория вокруг и куча вспомогательных построек. Это была маленькая крепость, государство внутри государства, каких в Российской империи множество.

Каждый род имел свою историю, древнюю или совсем юную — неважно. Главное — это причастность к дворянскому сословию, где существовали свои правила игры.

Одно из них: иметь личную территорию. С момента прибытия в этот мир я мыкался по разным местам. Где-то жилось хуже, где-то лучше, но теперь у меня есть дом. В нём я буду устанавливать свои правила.

— Вы должны помириться, — я таки свёл их друг напротив друга и заставил для начала пожать руки. — Вам тут обеим жить, так что забываем про разногласия. Весной, после «Северной» сыграем две свадьбы.

— Это ты так предложение делаешь? — скрестила руки на груди Софи.

— А что, кто-то против?

— Я за, — сразу же отозвалась Ривка, её обычно спокойное лицо сейчас зарумянилось, она не удержалась и поцеловала меня.

— «Я за», — передразнила Софи и дeрнулась, как больной нервным тиком, умела она выразительно кривляться. — Нарожаю тебе семнадцать детишек, будем держаться за руки и умрём в один день.

— Хватит, — я сгрeб еe правой рукой, а в левой держал прильнувшую Ривку, — язычок свой ядовитый попридержи. Ну как вам дом? Подзаработаю ещё, сделаем ремонт и как заживём!

Стоя посередине, я чувствовал их напряжение. Софи демонстративно отворачивалась, но не похоже, что еe тело избегало близости. Скорее она играла свою роль неосознанно. Я поцеловал Уварову, и сам не заметил, как руки с талии опустились ниже, жадно хватая округлости обеих избранниц.

Наблюдать за реакцией удивлeнно выпрямившейся Софи было забавно. Ривка же отнеслась спокойней и тоже получила свою порцию ласк. В прошлой жизни, каких только постельных утех у меня ни было, и я не собирался ограничиваться каждой из будущих жён по отдельности.

Я уже хотел плюнуть на все условности и взять обеих девиц прямо здесь, тем более они сами потянулись кто к рубашке, кто к штанам, но снизу послышался топот.

— Артeм, где вы? Артeм! — раздалось с первого этажа усадьбы. — Я там целую конюшню нашeл, представляешь? — в комнату вбежал Ицхак, и мы успели разойтись в стороны.

Девчонки сделали вид, что с интересом рассматривают интерьер и съеденные молью гигантские шторы.

— Нечего себе, — ответил я, ловя жадные взгляды любовниц, и кивнул обеим, чтобы остались поговорить. — Идeм, показывай, я тут ещe не всe осмотрел. Слушай, ну тогда, как ни крути, придeтся покупать рысаков, хочешь со мной к заводчикам съездить?

— Будем спать через день, — холодно отрезала Софи, когда шаги еe жениха стихли. — Сегодня я, завтра — ты и так далее. Никаких дружб, ты для меня никто. Тебя в нашей постели не будет. Мы друг друга поняли?

Ривка поправила волосы, скатившиеся на глаза.

— Согласна.

— Да ты у нас покладистая девочка, я погляжу, — с насмешкой заметила Софи. — У тебя что, своего мнения нет? Что ты всe время соглашаешься? Бесишь. Хоть раз бы не притворялась…

— Я не притворяюсь, ты меня неправильно поняла.

— Хм.

Ривка стрельнула по Софи коротким взглядом и прошлась к потрескавшемуся столу, на котором виднелись засохшие круглые пятна от кофейных чашек. Еe подушечки пальцев скользнули по старому лаку.

— Чтобы чувствовать себя независимой, мне не обязательно кричать об этом, я и так знаю, кто я такая. Зачем мне быть сильной с тем, кого я люблю?

— Ну да, удобно усесться на шею и свесить ножки, чего уж там?

— Я жалею, что с тобой тогда так поступила. Я думала, что готова разделить Артёма с кем-то, но, когда ты приехала — я испугалась. Мне показалось, что всё, что я с ним создавала, разрушится за секунду. Одно дело обсуждать, а другое — столкнуться с этим вживую, — подобные переживания были знакомы Уваровой. — Я это сделала не специально и прошу прощения. Это раз.