Чтение онлайн

– Ты так и будешь обсуждать с ним этот религиозный бред или спросишь то, что нас действительно интересует, – в зеркале заднего вида показался Тим, рассерженный и суетной. – Просто спроси его, не надо строить из себя псевдо-философа, тупица!

– Дружище, ты рассказал, почему убираешь трупы животных, но не рассказал как ты их утилизируешь?

– Разве, Грег? – Изи остановил машину и вновь заглянул в глаза Грегори. Тот стушевался, но решил продолжить:

– В смысле, ты рассказал, что засыпаешь трупы щелоком, но не рассказал что с ними происходит после…

– Ты правда хочешь знать, Грегори?

– Следуй за белым кроликом, мудила. Ты нашел кроличью норку, теперь осталось выяснить, насколько она глубока.

И Грегори ответил:

– Да.

Грегори обуял голод, который он ранее никогда не испытывал. Кроме сраного бутерброда с тунцом, он больше суток ничего не ел. Он вытащил из трехкамерного холодильника сэра Стоуна все оставшиеся продукты. На огромной сковороде шкворчали яйца, бекон, помидоры, сыр, стручковая фасоль, бобы – все, что попало под руку.

Парень сидел за кухонным островком и буквально шпиговал себя едой, жадно давясь, откашливался, отрыгивал и тут же глотал. Остывшим кофе пропихивал еду глубже в нутро.

– Прям завтрак чемпиона! – напротив стоял Тим, который все так же давил свою мерзкую ухмылку.

С подбородка капали яичный желток и остатки жира, горло болело, нос был заложен, Грег задыхался, но продолжал есть. Капилляры в глазах полопались от напряжения, но еда успокаивала желудок и разум. Подгоревшим тостом Грег начисто обтер глубокую сковороду и отправил хлеб в рот, под аккомпанемент бессвязных шуточек мертвого грабителя. Нажравшись до отвала, он едва дошел до дивана гостиной, упав на который заснул глубоким, тяжелым, как ватное одеяло, сном.

Он вновь оказался в подвале, но не внизу. Парил под самым потолком, был прожектором, освещающим маленький кружок бетона под собой. Невидимый, неосязаемый. Наблюдатель. На свет вышла маленькая точка. Он опустился ниже, чтобы ее рассмотреть, и пятно света расширилось. Он увидел себя, маленького, напуганного, растерянного. Это был Грегори, но только 11-летний, заблудший в темный подвал Стоуна.

В полнейшей тишине он услышал звук. Очень знакомый звук мерно раскачивающегося тела. Он опустился ниже, чтобы рассмотреть лучше. И пятно света расширилось, выхватив из темноты ноги повешенной женщины.

– Ты знаешь, чем закончится этот сон, – раздался голос Тима.

– Нет, – ответил Наблюдатель. – Сейчас все по-другому.

– От смены точки зрения, общая картина не изменится, – заверил Тим.

– Ты уже стал экспертом в моих снах? Просто заткнись.

Тим молчал. Мальчик снизу выставил руку и толкнул тело. Наблюдатель приблизился, рассматривая тело мамы Грегори. Она не выглядела мертвой, скорее, заснула в очень странном положении. Тело раскачивалось взад-вперед, а мальчик мог только стоять, не говоря ни слова.

Тело мамы начало биться в судорогах. Ее руки рванулись к горлу, пытаясь отвязать ремень, но ничего не получалось. Маленький Грегори лишь стоял и смотрел, невластный над собой, неспособный пошевелиться. Наблюдатель не вмешивается, он лишь смотрит. И ничем не может помочь маленькому Грегори.

– Ты можешь прекратить это в любой момент.

– Но как, – спросил Наблюдатель.

– Ты никогда не оказывался сверху, не так ли, Грег? – голос Тима изменился. В нем появились успокаивающие интонации.

– Что мне сделать? Просто скажи!

– Перестань быть светом.

– Я не понимаю…

– Перестань быть светом! – спокойствие ушло из Голоса, он стал властным и требовательным.

Тело женщины извивалось в безумных конвульсиях. Она выгибалась, пытаясь нащупать пол под ногами, она до крови прокусила губы, и теперь ее ночнушка покрывалась маленькими красными капельками. Она безумно мотала головой, волосы спутались, больше походя на какую-то мокрую мочалку. Чем дольше он медлил, тем сильнее окрашивалась в красный ее светлая ночнушка. Брызги летели на маленького Грега, покрывая его лицо. Мальчик хотел закричать, он хотел сделать хоть что-то, но это было не в его силах.

– Сколько ты готов смотреть на это? Прояви милосердие, черт тебя побери! Прекрати его страдания! Перестань быть светом!

Конвульсии женщины перестали походить на человеческие. Так умирают раненые рептилии. Не люди!

– Так умирает детство, Грегори. Перестань быть светом! – в нетерпении требовал Голос.

И он перестал. Темнота. Вязкая, осязаемая, теплая. Звуки не прекратились, где-то там внизу все еще слышны попытки вдохнуть хотя бы немного воздуха, там внизу безумием скрипит кожаный ремень, на котором висело тело матери маленького Грегори. Но, по крайней мере, этого теперь не было видно.

– У тебя прекрасно получилось, Грегори. Добро пожаловать в Пустоту.

Утреннее солнце, заполнившее гостиную, назойливо пыталось просочиться сквозь веки. Тело было тяжелым и теплым, мышцы полностью расслаблены – Грег впервые хорошо выспался за последние несколько дней, его сознание освободилось от хаотичных мыслей. Грегори перевернулся, разлепив, наконец-то, глаза.

– Проснись и пой, вонючка! – Тим сидел на корточках возле дивана, как непоседливый ребенок в ожидании пробуждения своих родителей. – Думаешь, раз ты охеренно выспался, я покину твою бесполезную жизнь?

Вместе с образом мертвого вора в голову вернулись все воспоминания последних суток. Грег отодрал тело от дивана и направился в душ. Пальцы втирали шампунь в кожу головы, ногтями отдирали неотмытые ранее кусочки запекшейся крови Тима. Грег растирал мочалкой кожу, пока та не начала саднить, в слив вместе с серой пеной уходили его страхи и терзания. Кажется, впервые за столь долгое время он более-менее представлял, что ему надо делать. Тим стоял за стеклом, скрестив руки на груди и нервно отбивая ногой по кафелю.

Грег старался не обращать на него внимание. Этот… призрак – он здесь временно. Нужно только избавиться от тела, скрученного в полиэтилене в подвале дома сэра Стоуна. Вывезти его вон из дома, засыпать щелоком и залить водой. Дальше простой химический процесс сделает всю грязную работу за него.

– Где ты найдешь столько щелока? Думаешь, в Вирджинии есть магазинчик «Все для избавления от трупов»?

Грегори не ответил Тиму. Он вытерся полотенцем, накинул халат и пошел вновь осматривать первый этаж. Кровь на светлых стенах уже свернулась – придется повозиться со шпателем или растворителем. То же самое с полом, но он хотя бы лакированный – можно пройтись тряпкой с отбеливателем. С этими мыслями Грег отправился готовить завтрак и заваривать кофе. Из-за вчерашнего нервного обеда завтрак оказался скудным – надо закупиться на пару дней вперед.