Первый шторм
Шрифт:
Командир, все! Последний подводник отправлен за борт! – отрапортовал неслышно появившийся за спиной Шамиль.
Ну и отлично. – Развел ладони в стороны Рябошеев.
– Двигай к нашему карманному капитану, пусть посудину разворачивает.
Слушаюсь! – приставил ‘лапу к черепу’ Иван и рванул ко входу в рубку, где уже во всю хозяйничал Игорь.
Прапорщик же переместился на другой борт и гаркнул:
Ёж!
Я! – чуть не подпрыгнул на месте часовой.
Ныряй в коробочку, отчаливаем!
Ну, наконец-то, а то я уже весь продрог! – расплылся в широкой улыбке парень.
Неженка! Чеши вовнутрь! Понабирают по объявлениям…
Первой чуть в сторону отошел БТР с единственным пассажиром внутри – остальные парни остались в катере, только вышли все на корму – потому как от запаха, все еще держащегося в салоне, слезились глаза и крутило кишки.
Катер было решено пришвартовать у причала, что возле Борта-70 – лаборатории, в которой были смонтированы энергетические отсеки атомной подводной лодки 670-го проекта, но без реактора, функции которого выполняла котельная. Именно ее сейчас с горем пополам реанимировали, хотя и в прошлой жизни, которая была до начала Беды, котельная неплохо справлялась со своими функциями, отапливая общежития Университета да и само здание учебного заведения. Кроме одного здания. Здание офицерского общежития было лишено отопления еще с 96 года. За какие провинности – не понятно, но жильцам, проживавшим в этом здании, приходилось обогревать свои помещения при помощи масляных радиаторов, отчего зимой частенько выбивало электрический щит, а то и вовсе полностью выгорала трансформаторная будка. И это не считая постоянно засоряющейся канализации, протекающей крыши и отсутствия горячей воды как таковой.
Властям города было абсолютно фиолетово на то, что офицеры, пенсионеры и ветераны военной службы могут жить в таких условиях. Не зря же говорят – проблемы индейцев шерифа не касаются.
Вот и сейчас это здание пустовало, Рябошеев не рискнул его заселять – без предварительного ремонта это было сделать невозможно, а сейчас было далеко не до ремонтов. Да и само население поселка значительно сократилось, так что и особых причин заселять пустующее здание просто не было.
Пока Игорь пытался безболезненно для немолодого катера пришвартовать тот к такому же немолодому причалу с обваливающимися кое-где кусками бетона, обнажающих покрытую ржавчиной арматуру, без необходимых амортизационных и защищающих борт катеров автомобильных покрышек, БТР вышел на берег там же, где и заходил в воду.
Ветер значительно усилился, море еще больше потемнело, напоминая уже мокрый асфальт после дождя, но на горизонте, где-то вдали, у кромки моря, виднелась полоска чистого неба.
Андрею сильно захотелось горячего чаю. На холодном ветру он так продрог, что, казалось, промерз насквозь, до самой души. С теплой одеждой были небольшие проблемы, ведь, уезжая в ‘спасательную экспедицию’, он и представить не мог, что придется задержаться.
Оставшись без отопления, здание промерзло моментально, хоть температура воздуха на улице и не опускалась ниже плюс десяти, но в помещениях было ужасно холодно. Грелись кто чем мог. Водкой, конфискованной в магазине, в том числе.
Доронин кивком головы поздоровался с мимо проходящими мужчинами и, потерши затылок холодной ладонью, направился в свои ‘покои’, где, кроме него, жили еще девять человек. Как только подходил к кабинету, находящемуся на четвертом этаже и переделанному в жилую комнату, он понял, что что-то не то. Тем более у дверей толпилось несколько человек, заглядывая через спины друг друга в тонкую щель, образуемую приоткрытой дверью.
Чего эт там такое?
Тссс! – обернувшись на голос, приложил палец к губам ближайший парень-студент. – Слушайте…
Андрей прислушался – из-за двери раздавались звуки, которые по задумке исполнителей должны были быть песней. Но то ли сказывались отсутствие слуха и голоса, то ли добрая концентрация алкоголя в крови портили весь эффект – слова еле понимались, но мелодия выдавала произведение группы Любэ вперемешку со всхлипами.
Отчего так в России березы шумят?
Отчего белоствольные все понимают?
А что это такое? Что за внеплановый концерт? И на какой это мове? А то я через слово все понимаю.
А это наши интуристы выступают…
Доронин вскинул брови в удивлении и попытался заглянуть в приоткрытые двери, бодро распихав впереди стоящих. Картина была достойной запечатления в памяти благодарных потомков – на казенной студенческой кровати, почти в обнимку, сидела классическая для американской пропаганды равноправия и толерантности компания – негр, араб и китаец – и с пьяными слезами на глазах горланили уже ставшую народной популярную русскую песню, коверкая слова каждый на свой манер.
Вы чем их напоили? – попытался узнать у хихикающих студентов капитан.
Да никто их не трогал. Сами они… - Даже немного обиделся один из стоявших в позе ‘зю’ салабонов.
Интуристы, то есть иностранные студенты, в малом количестве присутствовали в Университете – в основном, выходцы из Китая, Ирана, Египта и откуда-то из гордых и независимых Африканских республик, приехавшие в славный город изучать премудрости управления атомными станциями. Вот этой тройке и посчастливилось остаться в живых после начала зомбопесца в городе. Остальных менее удачливых соотечественников упокоили за время зачистки территорий.
По-русски ребята изъяснялись довольно-таки сносно, но иной раз понять их было тяжеловато. Особенно китайца с весьма многозначительной фамилией, как для русского уха, а уж сочетание фамилии с сокращенным именем так и вовсе резало слух и вызывало безудержное веселье. Имя у китайца было возвышенное и поэтичное, особенно, если знать, что оно означает – Нианзу – размышляющий о предках… В общем, не понятно, чем думали родители умного мальчика Нианзу, когда ласково называли его Ни и отправляли учиться в русскоговорящую страну. Потому как лаконичное Ни в сочетании с фамилией Хуянь давало просто адскую смесь и дикий ржач со стороны однокурсников. Ну, вы представьте – Ни Хуянь. И как его должны были называть добрые одногруппники с очень богатой фантазией?
С африканцем тоже были небольшие трудности… сначала он хреново шел на контакт, пока один из местных парней не проронил, что тот чем-то напоминает голливудского актера Уилла Смита – в частности торчащими как локаторы дальнего обнаружения ушами, о чем тот, конечно умолчал, остановившись просто на сходстве с актером. Подколки африканец не понял, но стал более раскрепощенным, сияя белозубой улыбкой на фоне темного как шоколад с семидесяти восьми процентным содержанием какао лица.
Ну, а араб влился в местное студенческое общество, как к себе домой, абсолютно не испытывая какого-либо дискомфорта по поводу чужбины и другой культуры, учитывая, что в студенческой общаге никакой культурой и близко не пахло – в отличие от носков и сигаретного дыма. Почитатель Магомеда, окунувшись в бурную студенческую жизнь, напрочь забыл все наставления пророка, особенно той части, что касалась употребления огненной воды и сала, а так же общения с противоположным полом, который просто млел от витиеватых комплиментов кареглазого араба.
И вот все трое представителей братских народов, назюзюкавшись в хламину, вразнобой пели песню, роняя скупые слезы… Каждый о своем.
Слушайте, а этот… как его… Саид! Он ведь муслим. Ему ведь вера запрещает того… - Андрей щелкнул себя по шее, показав известный всем жест.
Да! – Отмахнулся собеседник.
– Чем черт не шутит, пока Бог не видит!
Слушайте, ну нужно же разгонять эту гоп-компанию…. Чего их вообще к нам подселили? – продолжал возмущаться Доронин, которого порядком достали эти интуристы со своими тараканами.