Чтение онлайн

– Так эти два придурка шмаль курили, когда я пришел. Вот, оставил окно открытым – пусть проветрится.

– Еще веселее. Нет, ну просто замечательно. Ты, я так понимаю, действовал как Минздрав и доходчиво им объяснил, что курить – здоровью вредить? – хохотнул Димка.

– Объяснил, – согласился с ним Андрей. – Как бы у одного рана опять кровоточить не начала – я ему лекарства выписал.

– Бывает. Я Марину предупрежу – она присмотрит. Так что с ними теперь?

– Леха решать будет. Все-таки одно дело, когда два придурка траву курят, а другое – когда самострелы устраивают. Как им оружие доверять? Сегодня они друг в друга пуляют, а завтра мне в спину прилетит? Или вон ему? – кивнул Андрей в сторону понурого Сашки. – Ему еще с ними в одной санчасти лежать. Кстати, Саня, как твоя нога?

– Да нормально. Я бы уже и выписался.

– Димон, выписывай его отсюда. А то эти двое ему житья не дадут. Ночь еще пусть в палате посидят, а Леха завтра решит, что с ними делать – на губу их или еще куда.

– Ну ладно… Марина! – заметил девушку старшина. – Подготовь все документы для выписки Смирнова.

– Дмитрий Саныч, так вы же нам говорили, что все выписки только утром…

– Марина, делай, что говорят!

– А волшебное слово? – решила пошутить девушка, но ее шутку старшина не оценил, поэтому ответил не совсем то, на что рассчитывала девчонка.

– Бегом!

– Поняла. – Девушка перестала улыбаться, кивнула и побежала в сестринскую за документами.

– А меня мама всегда учила, что волшебное слово – это «пожалуйста»… – хмыкнул Сашка.

– Саня, послужишь в армии с мое – поймешь всю соль сурового армейского юмора. Иди вещи собирай!

– Как он там?

– Да… – покачала головой Анна. – С физической точки зрения он здоров, рана затягивается быстро. Даже на удивление быстро. Будет, конечно, шрам, но это ведь не смертельно…

– А?.. – Сергей Сергеевич многозначительно прикоснулся указательным пальцем к виску.

Аня смысл жеста поняла и неопределенно пожала плечами. Что тут ответишь? Разве можно понять, что случилось? Почему всегда такой рассудительный и смелый капитан Никитин вдруг решился на самоубийство? Почему произошла та трагедия?

Хотя Аня предполагала, каков будет ответ на этот вопрос. Точно ответить без судебной медицинской экспертизы было затруднительно, но медсестра предполагала, что вся трагедия произошла из-за того, что Артемка – новорожденный сын Виктора и Алены – умер и обратился.

Что послужило причиной смерти? А кто его знает! Можно предполагать все что угодно – от синдрома внезапной детской смерти до того, что, заснув во время кормления, молодая мама сама случайно задавила ребенка. Такое тоже случалось. Редко, но случалось.

Только этим можно было объяснить все то, что произошло в комнате на третьем этаже огромного дома, который занимали милиционеры с семьями.

– А вот с этим сложнее. Сами понимаете, что человеческий мозг – штука тонкая. Малейшие неполадки, и…

– Ну так как Никитин-то?

– Ох, Сергей Сергеевич, я же не врач и уж тем более не психиатр. Моя зона действия как раз в противоположном направлении от головы… – вздохнула бывшая медсестра гинекологического кабинета районной поликлиники.

– Ну, Анна Михайловна, вы все же к этому ближе, чем я или кто-то из наших молодчиков. Их познания в медицине – максимум лупить так, чтобы почки не отбить и синяков не оставить. Так что вся надежда только на вас. – Полковник криво усмехнулся. – Анечка, ну хотя бы в общих чертах…

– В общих чертах, выражаясь фигурально… Я бы даже сказала, очень фигурально – он слегка не в себе. Как будто его сознание в другом месте. Я не знаю, чем можно помочь… Можно, конечно, узнать в санчасти, может, тут психиатр какой-никакой есть, может, среди спасенных кто-то найдется. Но я думаю, если бы среди беженцев был доктор, то ему уже давным-давно нашли бы дело.

– Понятно… А пока как быть?

Аня пожала плечами и растерянно развела руками:

– Пока не трогать его. Может, само пройдет.

– Понятно…Минус один боец.

– Сергей Сергеевич! Виктор… Виктор Иванович, он же не просто боевая единица, он ведь человек! – чересчур горячо воскликнула медсестра и тут же смутилась, неловко улыбнувшись.

– Анна Михайловна, вы меня неправильно поняли.

– Извините меня, пожалуйста, за мою несдержанность. Просто я…

– Да я все понимаю… Мы все после похорон такие. Даже дети, хоть их и пытались от всего этого хоть как-то отгородить, ведут себя тише воды ниже травы.

– Время сейчас такое, что отгородить уже не получится. – Аня скрестила на груди руки, инстинктивно закрывшись от собеседника.

– Да. В этом вы правы. Вон дочь Киреева сама еле спаслась от восставшей матери. Но молодец девчонка, держится.

– Детская психика более гибкая… – пожала плечами Анна. – Сергей Сергеевич, а своих вы собираетесь перевозить?

– А то! Вот сегодня и отправимся с парнями. Еще нужно подумать, как с Сашкой связаться…

– А кто это?

– Сын мой.

– А где он? – по инерции и скорее из вежливости спросила медсестра.

– В последний раз, когда я с ним связывался, он в университете своем застрял, был ранен при зачистке… Но я узнавал у мужиков местных – те сказали, что в Голландии вэвэшники окопались, целый гарнизон организовали, людей туда свозят спасенных.

– Это хорошо… – Аня вдруг подумала, что если на той стороне бухты тоже есть военные, то, может, и ее родителям удалось спастись.

– Еще бы! У них там под боком реактор ядерный. Он хоть и учебный, но в случае чего жахнуть может хорошо – все ночью светиться будем, как чернобыльские кузнечики.

– А я и не знала, что у нас в городе такое есть.

– Чего у нас в городе только нет. Вот ты знала, что в самом центре, близ кинотеатра «Дружба», есть тактические склады с продовольствием?

– Не-а, – помотала головой Аня.

– Теперь знаешь…

– Сергей Сергеевич, а вы не могли бы предложить командованию одно дело?

– Ну говори…

– На Большой Морской возле узла связи есть медицинская библиотека. Если вдруг те самые склады, о которых вы говорили, будут реквизировать, то не мешало бы и библиотеку вывезти. Все-таки медиков осталось мало, а лишние знания нам не повредят. Может, что по Виктору… Ивановичу станет более понятным.