Чтение онлайн

В принципе если собаки тоже зомбировались, то ничто не мешало им мутировать…

Мутант выпрыгнул на стену здания и на какое-то мгновение завис на ней вертикально, вцепившись когтями в бетон. Андрей тут же подкорректировал линию огня, но откормленный зомбак начал резво взбираться по отвесной стене, не хуже чем граф Дракула в культовом романе Брэма Стокера. Несколько пуль ушло рикошетом в сторону, но, слава богу, никого не задело.

– Еще один! – гаркнул Андрей. – Слева!

– Справляешься? – послышался за спиной крик Шамиля, который суетливо переводил дуло автомата с одного окна на другое, боясь пропустить очередную атаку.

– Пока да! Этих тварей как минимум две!

– Еще один! – послышался рев сержанта Васильева с другой стороны БТРа, перекрываемый треском автоматной очереди. – Командир, они нас зажимают, как духи в ущелье. Выходить надо!

– Трое, мать их так! – зло прошипел Доронин, облизав вмиг пересохшие губы.

На этот раз морфособак действовал хитрее – заходил со стороны солнца, чтобы то слепило в глаза вооруженному человеку, отражаясь от многочисленных торчащих осколков огромных окон.

Андрей открыл огонь, предварительно проведя в голове мгновенный анализ – куда же тварь может прыгнуть, чтобы уйти от огня. Как у него это получилось, он и сам был не в состоянии объяснить, но несколько пуль вошли точно в район хребта мутанта, выбив несколько фонтанов с кровью. Пес-переросток, сам того не понимая, попытался привычно приземлиться на стену, впившись в нее когтями, но из-за перебитого позвоночника, который нужен был мертвецам для тех же целей, что и живым, задние лапы отказались подчиняться, и мутант кубарем полетел на землю, прямо на торчащие арматурины. Стальные прутья шестнадцатимиллиметровой арматуры насквозь пронзили тело морфопса, пригвоздив того, словно бабочку. Мутант задергался было, пытаясь высвободиться – живучий оказался! – но Андрей двумя очередями разнес его голову в клочья, забрызгав ее содержимым прилегающую стену здания.

– Минус один!

– Капитан, не щелкай клювом. Это еще не все! – проорал Рябошеев.

Атака вдруг прекратилась. Куда делись морфы – непонятно, но это дало хоть какую-то передышку и возможность перегруппироваться.

– Так, мужики, тихонечко, выходим за «коробочкой» на открытое пространство. Чует моя печенка, что еще ничего не закончилось.

– Эти твари на нас открыли охоту… – послышался голос Макса в динамике гарнитуры. – Попомните мое слово. Не мы на них охотимся, а они на нас.

– Макс, не истери!

Хлыст медленно начал продвигаться по «ущелью», держа направление на зеленый палисадник, где, по крайней мере, нападения сверху ждать не стоило. Парни двигались вслед за бронетранспортером, ощетинившись во все стороны автоматами. Андрей снова перезарядил свое оружие. Так же поступил и Шамиль, воспользовавшись временной паузой.

– Шамиль, прикрой, мне магазины дозарядить надо!

– Давай, – кивнул тот, – только быстро…

Доронин повесил на плечо автомат дулом вниз, а сам начал быстро дозаряжать в полупустые магазины недостающие патроны, вынимая последние из кармана. От прилива адреналина тело начало слегка подрагивать, руки и вовсе ходуном ходили, как у завзятого алкаша. Последний патрон, как назло, не хотел ложиться прямо – все время норовил то из пальцев выскользнуть, то криво войти…

– Ну что там? – на всякий пожарный поинтересовался капитан у Шамиля.

– Пока глухо. Ты скоро?

– Да, уже!

– Долго там еще?

Шамиль прикрывал левый задний фланг, поэтому двигался спиной и не мог знать, как много еще нужно пройти.

– Да еще пару-тройку метров, и выедем… Сверху!

Мутанты снова напали. При этом не как раньше – по одному, а все сразу. Их было четверо – трое привычных бесхвостых «бабуинов» и еще один хвостатый, некогда бывший беспородным бобиком, судя по сохранившейся расцветке шерсти, хоть и весьма не мелких размеров.

Первый прыгнул с пятиметровой высоты на землю, но немного не подрасчитал и, неудачно приземлившись, кубарем перекатился через голову, быстро поднялся и понесся огромными прыжками прямо навстречу Рябошееву, Горе и Ежу, тогда как второй, наоборот, взбирался выше по стене. Старший прапорщик Рябошеев и старший сержант Васильев открыли шквальный огонь, целясь в приближающегося морфа, пока Ежов искал прицелом скрывшегося мутанта.

На левом же фланге собакоморф, сиганувший из разбитого окна, приземлился на крышу небольшой пристройки основного здания и скрылся из поля видимости бойцов. Четвертый попытался прыгнуть прямо на Андрея, но был вовремя встречен огнем КПВТ [20] , разорвавшим мертвяка практически пополам.

– У меня готов! – послышался в наушнике голос Макса.

– Ты его как котлету на фарш порубил. Маладца! Красавчик!

– У нас тоже, – подтвердил Рябошеев, перезаряжаясь. – Но один скрылся. Ушел куда-то вверх.

– Тут еще один где-то, – Шамиль оглядывался по сторонам, ища скрывшегося из вида собакоморфа. – Как бульдог перекормленный.

– Ага. Домашний любимец Николая Валуева.

– Хлыст, малым ходом вперед. Нужно как можно быстрее выбраться из этой западни.

– Кто-нибудь видит двоих потеряшек?

– Нет…

– Шифруются, сволочи.

– Черт! Мне еще солнце прямо в глаза отбивает, – пожаловался Гора, прикрывавший тылы своей подгруппы.

Рябошеев, шедший чуть впереди своей группы, обернулся к Ежу:

– Нужно будет подумать о солнцезащитных оч…

– Командир! – в один голос закричали Еж с Дорониным, глядя, как огромная туша выпрыгивает из крайнего окна, сминает под собой не успевшего договорить прапорщика и тащит его под собой несколько метров.

Наступило несколько секунд тишины, которая тут же сменилась сумасшедшей стрельбой и матерными выкриками. Парни понимали, что командир не жилец, но злость вперемешку со страхом образовали смертоносный коктейль в крови солдат, пускавших пули одну за одной в мощную тушу твари, которая начинала неуклюже подниматься на лапы, абсолютно не обращая внимания на обмякшее, словно тряпичная кукла, тело под ней.

Одного взгляда хватило, чтобы понять, что командир мертв – огромная рана на груди, распоротой острыми когтями, и кровавое месиво вместо головы не давали ни единого шанса выжить.

Парни стреляли как заведенные. Пули, попадая в цель, вгрызались в мертвую плоть, выбивая фонтанчики крови и плоти, некоторые даже попадали в голову, но пока ни одна из них не повредила мозг, отвечающий за жизнедеятельность мертвой твари. Все-таки некоторые выстрелы легли в цель, ранили конечности монстра – тот заметно прихрамывал, волоча перебитую заднюю лапу, пытаясь уйти с линии огня.

– Да черт! Где у нее мозг? Смотри, блин, какая бошка плоская, будто его и нет там совсем! – вопил Ежов. – Не атрофировался же он?

– Макс, мочи его, гада! Чего ждешь? Уйдет ведь, падла! – проорал в микрофон Доронин. – Шамиль, Гора, не отвлекайтесь! За вами тылы! Здесь еще один шастает, мать его так! И даю зуб, что он вот-вот нападет!

Затарахтела КПВТ – в дело вступил сержант Антонов, параллельно с основным орудием нажав электроспуск курсового спаренного пулемета ПКТ [21] и тем самым увеличив плотность огня. Подранка буквально снесло выстрелами, измолотившими тело в мелкий фарш – хоть в пельмени заворачивай. Морф несколько раз дернулся и затих.

Еж и Доронин бросились к командиру, но тому уже было ничем не помочь. Даже упокаивать не пришлось – от головы осталось сплошное кровавое месиво с растекшимися по потрескавшемуся асфальту мозгами и кровью. «Титановка» на груди оказалась разодрана и пропитана вмиг набежавшей кровью, левая рука была согнута в локте, а правая, которой инстинктивно пытался прикрыться покойный Рябошеев, висела буквально на одном сухожилии, оторванная от тела во время первого удара.

– Его словно самосвал переехал… – нервно сглотнул Ежов, пытаясь не смотреть на распластанное тело, но глаза постоянно возвращались к черному пятну на сером асфальте.