Чтение онлайн

Впервые я попробовала испечь некое подобие хлеба, что на деле получилось большой и не слишком пышной лепешкой, а еще поставила кашу, чтобы она разваривались и томилась на углях в печи, как полюбил Арьян — с сушеными ягодами и медом.

Каждую минуту я подгоняла время, чтобы оно убегало быстрее и подарило мне долгожданный восход и возвращение моего Зверя.

Ночь была еще более невыносимой. Мое одиночество скрашивали только волки и Сыночек, которого я положила под бок, перебирая пальцами мягкую шерсть и наблюдая за тем, как он спит, блаженно вытянувшись своим небольшим тельцем.

Минуты тянулись бесконечно. Волки мирно спали у дома. А я не могла заставить себя уснуть, чтобы проснуться от поцелуя Арьяна, который вернется еще до того, как на небе покажутся первые лучи солнца.

Только небо стало светлеть, а его не было…

В груди стало тяжело и неспокойно, но я прилежно ждала, успокаивая себя тем, что солнце еще не встало.

— Ведь он сказал на рассвете. Сказал, что вернется на рассвете, — шептала я, не то обращаясь к волкам, когда снова вышла в морозное утро, зябко кутаясь в шкуру и вглядываясь в лес, чтобы отыскать его глазами и выдохнуть облегченно и протяжно, не то себе, чтобы успокоиться и заставить сердце биться ровно.

Вот только ничего не получалось.

Покоя не было! И с каждым мигом, пока солнце пробуждалось и поднималось молчаливым желтым глазом над лесом, меня обуревала самая настоящая паника.

Арьян бы никогда не нарушил своего слова!

Если он сказал, что придет с восходом солнца — значит, так оно и было!

Впервые я не радовалась рассвету, начиная метаться у домика в попытках понять, что же делать дальше, ведь я понятия не имела, куда уходил Арьян, начиная замечать, что и волки не спокойны.

Из-за меня, или потому что ощущали что-то, о чем я не могла знать, они не лежали вокруг домика, теперь собираясь группами и по очереди убегая куда-то.

— Найди его! Умоляю! Найди моего Арьяна! — измучившись от собственного бессилия и паники, которая сдавливала грудь так безжалостно, что мой голос осип и захрипел, я упала на колени перед белым волком, чьи желто-зеленые глаза остановились на мне.

Он понимал меня. Чувствовал каждую мою эмоцию.

Вожак издал вой, который подхватили волки перед домом. А затем где-то в глубине леса. И еще дальше. Словно весь волчий мир откликнулся на этот зов, отчего я всхлипнула, ощущая единство с этими благородными сильными животными, до дрожи в костях. До мурашек на холодной коже и слез из глаз. Словно весь мир утонул в этом протяжном сильном звуке, вплетаясь в мою кровь лунной дорожкой хрупкой надежды.

Волки разделились.

Часть из тех, кто все время был у домика убежали вслед за своим вожаком, но на смену им пришли новые волки, которые словно заменяли своих сородичей на посту, когда я услышала тот самый вой, от которого кровь стыла в жилах и волосы вставали дыбом.

Низкий. Зыбкий. Обволакивающий тьмой, и мраком первородного страха.

Это был Черный в своем волчьем обличии.

Огромный черный волк с синими глазами, который мчался из своего страшного леса, чтобы быть рядом, когда я разрывалась между тем, чтобы выдохнуть от облегчения, что он был рядом…и осознавая с холодом подступающей паники, что он не вышел бы из своего леса, не случись что-то воистину страшное!

Сердце сделало лишь один судорожный удар после повисшего нервной нотой воя Черного, когда я сорвалась вперед вслед за волками, которые уже скрылись в лесу.

Моя душа кричала и стонала от ужаса и колющего осознания того, что ошибки быть не могло — с Арьяном что-то действительно случилось!

Крепко держа в руках подол своего платья, я неслась вперед по следам волков, порой утопая в жалящем снеге, но уже не чувствуя холода. Оглушенная тем, как судорожно и затравленно бьется в груди сердце, я отчаянно молилась всем Богам о том, чтобы они не отбирали его у меня!

Только не его!

Судьба просто не может быть настолько кровавой и жестокой с одним человеком, чтобы отбирать по очереди всех, кого он любил!

Волки неслись вслед за мной, окружая плотным кольцом, не пытаясь остановить, но и не подходя настолько близко, чтобы заставить вернуться обратно, словно тоже понимали, что я не смогу сидеть и ждать новостей, пока все внутри меня скрутило в один тугой комок из ядовитой боли и отчаянной надежды.

Заснеженный лес казался бесконечным, а яркое солнце светило так радостно, словно в насмешку над болью, когда мое сердце остановилось, словно упав с обрыва.

…распластавшись на снегу, лежал мой Арьян.

Он уже не был тем маленьким худым мальчиком, изувеченным медведем, но увидев его сейчас, мне казалось, прошлое и настоящее сошлись в одном кадре кровавой жестокой действительности, где снова была кровь…

Так много крови!

ЕГО крови!

Казалось, что вся часть этого леса была в его крови! Она тянулась широкой полосой до его тела, которое почти сливалось со снегом.

Я не помнила, как кричала.

Как неслась к нему, захлебываясь и совершенно оглохнув, оттого, как колотилось мое сердце, отстукивая только его имя, пока по венам струилась не кровь, а битое стекло, оставаясь колючими режущими шипами внутри, отчего было так больно дышать!

В его мощном боку торчали вилы! А на теле было столько ран и порезов, словно его кромсали, как шкуру, пытаясь через порезы выпустить внутренности!

Упав на колени перед ним, я боялась прикоснуться, боялась сделать еще больнее.

Боялась даже просто дышать, пытаясь отдать свое дыхание ему, чтобы только он продолжал делать вдохи и выдохи. Едва слышные. Рваные. Судорожные.

Теперь я понимала, что след, который тянулся по лесу оставался оттого, что Арьян полз.

Из последних сил. На грани своей боли и полного беспамятства, от бессилия и страшной потери крови, пока сознание не покинуло его, оставляя в этой жуткой позе, словно его раздавили!

Где-то в глубине своего сознания он продолжал ползти — его пальцы все еще сжимались, готовые тянуть тело вперед, а веки дрожали, в попытках разомкнуть мокрые ресницы, но сил уже не было.

— Я с тобой, — мои пальцы дрожали так сильно, что я не сразу решилась коснуться его волос, приглаживая их нежно-нежно и боясь касаться, потому что казалось, будто все его тело было сплошной большой пульсирующей раной. — Я с тобой, слышишь? И больше никому не позволю обидеть тебя!

В висках гудело и пульсировало от жутких мыслей, как это могло случиться, ведь не было такой силы, которая бы могла сравниться с силой Зверя! В том, что это сделали люди — сомнений не было! Вилы вошли в плоть Арьяна так глубоко, что рукоятка покачивалась от каждого его вдоха, а кожа вокруг ран стала совершенно жуткого синевато-фиолетового цвета.

Боги! Что же я могла сделать?!

Я металась вокруг него, то падая на колени и продолжая шептать, что-то ободряющее и ласковое, то готовая кричать и звать на помощь, не представляя, что смогу сделать! Не в силах придумать даже, как его можно перенести до дома!

Я боялась, что время утекает с его кровью слишком быстро, и я теряю его, закричав так сильно, как только могла:

— ЧЕРНЫЙ!!!

Не было никаких сомнений в том, что он услышит.

Я знала, что он уже бежит в своем огромном волчьем обличии, чтобы помочь и спасти Арьяна. Снова.