Чтение онлайн

— Кто? — попытался включить дурака полицейский.

— Ваш друг. Кто он?

— Да так, просто друг. Слушайте, парни. Я же отменил свой запрос. К чему такая суровость?

— Кто ваш друг? — повторил свой вопрос агент.

— Это я его попросила, — влезла в разговор Джо, возмущенно толкнув спрашивавшего агента.

— Кто вы? И на каком основании пытаетесь выяснить личность этого человека? — тут же вцепился в нее второй агент.

— Я репортер федерального канала. Этот человек угрожал мне, и я решила выяснить, кто он такой, чтобы знать, на кого подавать в суд, — ответила Джо, пытаясь придерживаться предложенной приятелем версии.

— Вам придется проехать с нами, — произнес агент, жесткой хваткой сжав ее локоть.

— Уберите свои лапы! Вы не имеете права! — принялась трепыхаться Джо, но агенты уже просто несли ее к выходу, зажав с двух сторон своими шкафообразными телами.

Джо запихнули на заднее сиденье огромного джипа с тонированными стеклами и куда-то повезли. Все ее попытки воздействовать на агентов словами, угрозами или уговорами разбились об их мрачное спокойствие. Именно эта молчаливая угроза напугала Джо больше всего.

Она попыталась понять, куда ее везут, но уже через несколько поворотов окончательно запуталась. Знание города никогда не было ее сильной стороной. Обычно за рулем их студийного фургона сидел профессиональный водитель и мастер на все руки Эрл. Она просто называла нужный адрес, и он привозил их туда.

Спустя сорок минут Джо оказалась сидящей за железным столом в мрачном помещении с зеркальной стеной. Напротив нее сидели двое агентов и молча разглядывали ее документы, периодически сверяясь с данными из досье. Джо пришлось несколько раз повторить историю, произошедшую в аэропорту. После первого пересказа агенты ткнули ее носом во вранье, которое она допустила, и потребовали правдивого рассказа. Убедившись, что этим ребятам известно все, Джо рассказала правду. Но им этого показалось мало. После нескольких уточняющих вопросов они заставили повторить все с самого начала. Она пыталась возмущаться, но ее возмущения никто не стал слушать. Один из агентов, женщина с миловидным, но злым лицом, недолго думая, отвесила Джо такую оплеуху, что звон пошел по всей комнате. Рука у агентессы оказалась на удивление тяжелой. Еще обиднее для Джо было то, что ее лупила женщина. С самого детства она привыкла сама расправляться со всеми своими обидчиками, среди которых частенько оказывались даже мальчишки. Но в этот раз все шло не так. После полученного внушения Джо перестала возмущаться и принялась честно отвечать на все заданные вопросы. Последней каплей, переполнившей чашу ее терпения, стали слова агента мужчины:

— Если хотите и дальше жить, занимаясь своим делом, забудьте про этого человека. Это — первое и последнее предупреждение.

— Или что будет? — не удержалась Джо, тут же пожалев о своих словах.

— Иногда люди гибнут, попадая в разные неприятные ситуации: автокатастрофы, например, или тонут в собственных ванных, — небрежно пожал плечами агент, и Джо поняла, что это не шутка.

Зябко передернув плечами, она попыталась что-то ответить, но из пересохшего от страха горла вырвался только судорожный всхлип. Она постаралась взять себя в руки, но агенты не дали ей собраться с мыслями.

— Слушай внимательно, тупая сука, — прорычала женщина, нависая над Джо как ангел мести, — если ты только попробуешь еще раз сунуть свой поганый нос не в свое дело, я лично, с большим удовольствием, вырву тебе язык и переломаю пальцы, чтобы ты никому не могла ничего рассказать. Безопасность страны стоит намного дороже жизни десятка таких неудачниц, как ты. Можешь не сомневаться. Я это сделаю. И даже спать буду спокойно. Ты меня поняла?

Судорожно кивнув головой, Джо попыталась отодвинуться подальше от страшной агентессы, но стул был привинчен к полу. Все, чего она добилась, это странные дерганые телодвижения, после которых она оказалась на полу.

Агенты подхватили Джо под руки и молча куда-то поволокли. Испуганная, безвольная, она висела между ними, как тряпичная кукла, и механически переставляла ноги в такт их шагам.

Тем временем виновник всех ее бед с мрачным видом стоял за зеркальным стеклом, внимательно наблюдая за допросом. Стоявший рядом с ним мужчина средних лет с интересом следил за его реакцией. После того как агенты утащили Джо, мужчина повернулся к седому и с легкой усмешкой спросил:

— Ваше мнение?

— Она не успокоится. Такие, как она, относятся к категории людей, не способных понимать человеческий язык. Она продолжит копать и не успокоится, пока не найдет что-нибудь.

— Что ж! Значит, у Салли есть возможность сдержать свои обещания, — пожал плечами мужчина и, сделав приглашающий жест, направился к дверям.

— Директор Сторм, вы ведь пригласили меня сюда не для того, чтобы показать, как АНБ заботится о моем благополучии, — неожиданно сказал седой, не двигаясь с места.

— Вас сложно обыграть, старина, — усмехнулся человек, которого седой назвал директором.

Он действительно был директором этого отдела вот уже много лет подряд. Именно он когда-то принял решение нанимать для выполнения особо деликатных поручений людей со стороны, не имеющих с АНБ постоянных контрактов. И теперь он снова был вынужден обратиться за помощью к одному из таких людей.

— И не нужно этого делать, директор, — спокойно пожал плечами седой. — Вы же знаете, я не прощаю таких вещей. Играйте в открытую. Дешевле обойдется.

Недовольно поморщившись, директор неопределенно пожал плечами и, открыв дверь, ответил:

— Нам предстоит серьезный разговор. Продолжим в кабинете.

Чуть пожав плечами, седой молча двинулся следом за ним. Всю дорогу до кабинета директора они молчали, но он и так уже представлял, что ему предстоит. Когда директор устраивал подобные спектакли, дело, которое он после этого поручал, оказывалось особенно пакостным.

Войдя в кабинет, Сторм сдвинул в сторону кусок столешницы и, нажав несколько кнопок, удовлетворенно кивнул:

— Вот теперь мы можем спокойно поговорить.

— Похоже, у вас возникла очередная деликатная ситуация, в которую правительство не желает вмешиваться, — усмехнулся седой.

— Это так очевидно? Или у вас есть какая-то информация? — насторожился директор.

— Все еще проще. Мы слишком долго с вами общаемся. За годы общения привыкаешь к начальству, как к любимой или нелюбимой жене. Начинаешь понимать многое по крохотным приметам.

— Значит, и меня можно просчитать? — мрачно спросил директор.

— Конечно, — пожал плечами седой. — Как не крути, но вы — тоже живой человек, со своими привычками и пристрастиями.

— Это плохо, — недовольно протянул директор. — Люди моего уровня не должны быть просчитаны.

— Что поделать, — криво усмехнулся седой. — Чтобы избежать этого, вам пришлось бы стать невидимкой или роботом. Но вы вызвали меня не за этим. Что случилось? Вы отлично знаете, что я отошел от дел, но снова вызвали меня. Показали спектакль, завели разговор о привычках. Это плохие симптомы. Похоже, дело настолько мерзкое, что вы даже не знаете, как его описать.

— Черт! А ведь вы и вправду научились меня просчитывать, — удивленно проворчал директор, смущенно потирая лоб. — Даже не знаю, как теперь и начать.