Чтение онлайн

— В качестве идиотки!

По Ольгиным глазам было видно, что ей ужасно хочется заметить: «Тут уж, извините, ничего не поправишь! Природа есть природа». Однако она сдержалась и спокойно продолжила:

— А мне кажется, от вас чего-то хотят. Каких-то действий, поступков, информации. Вас по какой-то причине нельзя убивать, иначе вся эта канитель давно бы закончилась… Возможно, то же самое справедливо в отношении меня.

Однако основные действия разворачиваются вокруг вас… Остается только разобраться, чем и кому вы можете быть полезны. Тогда все встанет на свои места.

— Но Оля! — Я стремительно повернулась и до боли стиснула кулаки. — Некоторые-то вещи никак не встанут на свои места! Ни при каком раскладе!

— Какие, например?

— Рука на моей подушке!

— Ключи от вашей квартиры у кого-то из команды Серого.

— А его появление у подъезда Леры?

— За вами могли следить.

— А то, что он ждал нас у дома Бирюкова?

— Так он ждал вас или все-таки появился там после того, как вы вышли из подъезда?

— Ладно, пусть это тоже слежка… А как же аэропорт? Он что, днюет и ночует под моим порогом? И потом, опять же рука! Никого не было в радиусе ста метров вокруг, когда Наталья бросала ее в помойку, — это во-первых! Никто вообще не мог знать заранее, что мы ее выбросим, а не спрячем, например, на балконе, — это во-вторых!.. Вам, вообще, не кажется сюром, что какая-то банда начинает рыться по мусорным контейнерам, ради того только, Чтобы эффектнее напугать двух и так смертельно перепуганных дур? Или ограничиться одной открыткой с паршивой собачкой им показалось как-то несолидно?

— Опять нервничаете. — Ольга выбросила окурок в урну, поправила волосы и надела капюшон. Становилось и в самом деле холодно. — А надо думать! Не можем объяснить как, надо объяснять почему… Кстати, никто из присутствовавших на том дне рождения Человека в сером тоже почему-то не помнит.

— И не удивительно! — заметила я со свойственным мне в последнее время пессимизмом. — Никто ничего не помнит, никто ничего не видит, никто ничего не может понять. В один прекрасный день меня просто найдут с проломленной головой — вот и все! И мне тогда уже будет глубоко плевать, кто меня убил — реальные бандиты или веселенький коллективчик местных вампиров.

К остановке подошел автобус, забрал очередную партию пассажиров и уехал.

Под пластиковым тентом с рекламой «Нескафе» Остались только парень с девушкой.

На черной куртке парня была нарисована красная дьявольская морда с крутыми могучими рогами.

— Как вы относитесь к тому, чтобы прогуляться пешком? — поинтересовалась Ольга. — До метро не так уж далеко. Я вас провожу, а заодно и договорим.

Я отнеслась к ее предложению положительно. Тем более, что сатанинская рожа на спине парня еще и зловеще фосфоресцировала. Пешком так пешком, надо договорить, значит, надо договорить. Правда, свои способности к дедуктивному мышлению я, оценивала как весьма средние. Ольгины, впрочем, тоже. Зато она, похоже, чувствовала себя едва ли не аббатом Фариа.

— Давайте, Женя, вспомним все с самого начала. Ольга шла вдоль самого бордюра, отгородившись от меня своим капюшоном, и неспешно размышляла вслух:

— Все это началось после моего звонка. До этого вам никто не угрожал, никто не преследовал? Вы не замечали ничего подозрительного, никаких странных, необъяснимых вещей?

— Да, тогда у меня еще не было паранойи, — кисло реагировала я.

— Вы не вкладывали деньги ни в какие финансовые пирамиды? Не работали на лохотронах? Не находили сумок с документами?

— Нет! Нет! И еще раз нет!

— Не говорили с кем-либо о денежных махинациях, о наркотиках или о чем-то подобном?

— Да нет же. Господи! — завопила я так громко, о даже спугнула дремлющую на дереве ворону. — Я вообще ничего не понимаю в таких делах! Дебеты-кредиты по вашей части. Максимум, на что я способна, — это пересчитать деньги в своем собственном кошельке!

— Вы никогда не становились свидетелем преступления?

— До приезда в ваш благословенный город, слава Богу, никогда!

— И никто из ваших знакомых…

— И никто из моих знакомых тоже не связан с мафией! Так уж странно получилось, что нет у меня друзей-бандитов. Все больше актеры. А-а! У одной новосибирской подружки муж — милиционер. Участковый! Старушек от метро гоняет, чтобы огурцами не спекулировали. Может, это как-то с его делами связано, как вы думаете?

На мои жалкие юмористические потуги Ольга не отреагировала. Отогнув рукав, взглянула на циферблат часиков и так же спокойно расправила обшлаг.

— Если так, то вы что-то не то увидели или услышали в ночь, когда убили Вадима. — На последних словах голос ее сорвался, но минуту спустя снова обрел прежнюю тихую силу. — Теперь вспомните, пожалуйста, все по порядку. Вы заходите в комнату, где отмечается день рождения, видите Вадима Петровича и актеров.

Были ли там люди, которые показались вам подозрительными? Может быть, кто-нибудь ходил по коридору? Просто заглядывал в дверь?

— Да нет… Вроде ничего такого… Из чужих, похоже, была я одна. Все друг с другом общались, одна я как на необитаемом острове сидела.

— А кто-нибудь особенно насторожился при вашем появлении? Я пожала плечами:

— Женщины занервничали, конечно…

— Это понятно! — Ольга невесело усмехнулась.

— Аладенская как-то запсиховала… Впрочем, нет! Не больше других! Из баб, пожалуй, только Наталья ко мне нормально отнеслась, и то потому, что сильно пьяная была. Она и не соображала, по-моему, ничего толком.

Мимо нас по Проезжей части пронесся автобус.

На задней площадке стояли те самые парень с девушкой. Они целовались.

— Ну, что дальше?.. Дальше мы с Бирюковым пошли в соседнюю комнатку, он поставил мне кассету, попросил называть его на «ты»… В общем, все, как вы и говорили.

— Кассета с самого начала была та, что нужно? Он ничего не перепутал?

Может быть, поставил сначала . одну, потом быстро вытащил? Или бумаги какие-нибудь на диване лежали? Вспомните, Женя! Это очень важно!

— Да нет же? — взмолилась я, изламывая брови горестным домиком. — И кассета была та, что нужно, и бумаг я никаких не видела.

— Может быть, какие-нибудь фотографии? Или блокнот?.. У вас же страсть к чужим записным книжкам!

— Не брала я ничего! Пальцем ни к чему не прикасалась!

— А о чем он с вами говорил?

— О сыне. О том, что они с ним выглядят как ровесники. О том, что мы обязательно должны достичь взаимопонимания, о том, что ему нужна именно такая актриса… — И все?

— Все! Клянусь!

— Дальше?

— Дальше актеры ушли, он со всеми простился и спустился вместе со мной в зал. Усадил меня в первом ряду, а сам начал оборудовать сцену…