Чтение онлайн

Круглолицый продавец оторопело уставился на Кресса.

— Щенка? Что-то непохоже на вас, Кресс. Почему бы вам не зайти? У нас как раз большой выбор.

— Мне нужен не простой щенок, — сказал Кресс. — Возьмите бумагу и карандаш, я опишу вам, как он должен выглядеть.

После этого Кресс набрал номер Иды Норредиан.

— Ида, — сказал он, — ты мне очень нужна сегодня вечером. Захвати, пожалуйста, свой голограф, я хочу записать сражение для одного приятеля…

На следующий день Симон Кресс долго не ложился. Он ощутил новую, довольно спорную драму в собственном сенсариуме, потом слегка перекусил, выкурил пару веселящих палочек и откупорил бутылку вина. Чувствуя себя великолепно, он по рассеянности забрел в гостиную. В руке он держал стакан с вином.

Свет в комнате был погашен. Красное свечение в террариуме делало тени густыми и тревожными. Кресс подошел поближе. Он хотел посмотреть, как идут дела у черных с починкой замка. Щенок его здорово повредил.

Восстановление шло своим чередом. Но когда Кресс, наблюдавший за суетой королей через увеличитель, бросил случайный взгляд на свое изображение, он был поражен.

Отшатнувшись, он потер глаза, сделал хороший глоток вина и посмотрел еще раз.

Да, это было его лицо, но как оно изменилось! Жирные, обрюзгшие щеки, кривая ухмылка. Лицо стало отвратительно злобным.

Потрясенный, он обошел чан, осматривая остальные замки. Везде произошла та же перемена, не считая мелких различий в характере.

Оранжевые короли оставили больше декоративных деталей, но общий результат был, жуткий — грубый, жестокий рот и бессмысленные глаза.

Красные придали его усмешке что-то сатанинское.

Белые — его любили! — изваяли тупое и злобное божество.

Стакан с вином полетел в другой конец комнаты.

— Так вы осмелились… — прошептал Кресс. — Теперь неделю будете голодать, чертово отродье… — От волнения голос у него стал визгливым. — Я вас проучу!

Его осенила великолепная идея. Выскочив из комнаты, он через минуту вернулся с антикварным мечом в руках. Длиной он был около метра и от времени не затупился. С улыбкой мести Кресс взобрался на чан и немного сдвинул крышку в сторону. Просунув руку в щель, он вонзил острие меча в самое сердце замка белых. Он бешено закрутил оружием, руша башни и стены, погребая белых солдат под обломками камня и песком. Потом прицелился и со всей силой воткнул острие меча в темное отверстие, где должна была находиться утробница.

Послышался тихий, лопающийся звук. Все белые солдаты скорчившись, застыли. Удовлетворенный, Кресс вытащил меч.

Он подождал еще немного. Интересно, убил ли я утроб-ницу, думал он. На острие меча осталось немного слизи. Наконец, белые солдаты начали оживать. Неуверенно, вяло, они все же двигались.

Кресс уже хотел задвинуть крышку и заняться следующим замком, как вдруг почувствовал что-то ползущее по руке.

Он вскрикнул и уронил меч. Стряхнул песчаного короля на пол и припечатал подошвой. Существо слабо хрустнуло. Потом, весь дрожа, он бросился в душ и осмотрел себя с головы до ног. Одежду бросил в кипяток.

Успокоившись и подкрепив силы несколькими стаканами вина, Кресс вернулся в гостиную. Ему было немного стыдно за свой страх. Но крышку он решил больше не двигать. Правда, ненаказанными остались еще три замка.

Кресс решил подстегнуть мыслительный процесс новым стаканом вина. И на него снизошло вдохновение. Допив стакан, он сделал несколько переключений на пульте контроля влажности и температуры.

Когда он, утомленный бурными событиями, уснул на кушетке, замки королей начали таять в струях искусственного дождя.

Разбудил Кресса сердитый стук в дверь.

Он сел на кушетке, морщась от пульсирующей боли в голове. Самое последнее дело — похмелье, он всегда так считал. Волоча ноги, он отправился в прихожую.

За дверью стояла Кэт Лейн.

— Ты… ты чудовище! — лицо у нее было опухшее, глаза красные от слез. — Я просмотрела полученную от тебя голограмму и всю ночь проплакала, будь ты проклят. Но теперь все, Симон, теперь все.

— Да не ори ты, пожалуйста. — Кресс сжал виски. — У меня голова с похмелья лопается.

Кэт оттолкнула его и вошла в дом. В прихожую заглянул волочильщик, привлеченный шумом. Она яростно плюнула в него и направилась в гостиную. Кресс напрасно старался успокоить ее.

— Да, погоди, — сказал он, — куда ты… нет, постой… Он вдруг замер, ошеломленный, увидев, что в левой руке

Кэт держала тяжелый молоток.

— Нет, — сказал Кресс.

Кэт направилась прямо к чану с королями.

— Ты ведь так обожаешь милых крошек, Симон? Ну и живи с ними!

— Кэт!!! — завопил Кресс.

Ухватив рукоятку обеими руками, она размахнулась, насколько это было возможно у чана. Звук удара эхом отозвался в голове Кресса. Он издал булькающий отчаянный звук. Но пластик стенки выдержал удар.

Кэт замахнулась еще раз. Послышалось громкое “Крак!”, и по стене зазмеились тонкие трещины.

Когда она размахнулась в третий раз, Кресс бросился на нее. Оба упали на пол. Кэт выпустила молоток и вцепилась Крессу в горло. Но он до кости прокусил ее руку. Тяжело дыша, они поднялись на ноги.

— Посмотрел бы ты на себя, — с ненавистью сказала Кэт. — У тебя изо рта кровь капает. Ты похож на своих милых питомцев. Как тебе кровь на вкус, Симон?

— Убирайся, — выдохнул Кресс. На полу от заметил метательный меч и поднял его.

— Убирайся, — повторил он, подкрепляя свои слова внушительным движением меча. — Не вздумай подходить к королям.

Кэт захохотала:

— Духу у тебя не хватит. Она нагнулась за молотком.

Кресс взвизгнул и сделал выпад. Прежде, чем он понял, что делает, лезвие вошло в живот Кэт. Она удивленно посмотрела сначала на Кресс, потом на меч. Кресс отшатнулся.

— Я не хотел… не хотел… — почти беззвучно шевелились его губы.

Истекая кровью, Кэт каким-то образом еще держалась на ногах.

— Ты чудовище, — с трудом выговорила она сквозь полный крови рот. Из последних сил она бросила тело на стенку чана. Поврежденная стенка не выдержала и подалась. Кэт Лейн исчезла под потоком мокрого песка и осколков пластика.

Истерически всхлипывая, Кресс взобрался на кушетку. Из кучи грязи на полу гостиной один за одним выбирались короли. Некоторые из них уже осторожно исследовали покрывавший пол ковер. Кресс посмотрел, как они выстроились в колонну, в живую, шевелящуюся массу королей. Они что-то несли. Что-то похожее на кусок сырого мяса величиной с человеческую голову. Оно пульсировало. Короли несли его прочь от разрушенного чана.