Чтение онлайн

Перед нами поставили дымящиеся тарелки с французским луковым супом, кипящим сыром и божественно пахнущим. Пока я погружаю ложку в суп, рука Александра скользнула по моему голому бедру, где платье доходило до самого бедра.

— Это ужасно удобно.

Я бросаю взгляд на Вики, но она не обращает на нас никакого внимания. Но когда Александр просовывает руку мне между ног, я сжимаю их. Он наклоняется ко мне, его дыхание щекочет мне ухо.

— Либо раздвинь мне ноги, либо я нагну тебя над этим столом, и ты раздвинешь их для всех.

Меня охватывает волна похоти, и мои мышцы сокращаются. Он дразнит. По крайней мере, мне так кажется. С моим переменчивым мужем трудно сказать наверняка.

— Мы ужинаем, — бормочу я.

— И?

Я обвожу взглядом сидящих за столом и останавливаю взгляд на Чарльзе. — Твой отец…

— Не обращает на нас никакого внимания.

Это правда. Чарльз увлеченно беседует с Николасом. И Элизабет сидит слева от него. Справа от меня Кристиан рассказывает Вики какую-то историю, а Саския поддразнивает Тобиаса из-за его довольно безвкусного галстука-бабочки.

— Раздвинь ноги, Имоджен.

Меня переполняет трепетное чувство. Это неправильно, недозволенно, и всё же я не могу удержаться и раздвигаю бёдра на несколько сантиметров. Этого достаточно, чтобы Александр начал исследовать. Когда его пальцы ныряют мне в трусики, я судорожно вдыхаю.

— Ешь свой суп.

Как он ожидает, что я буду есть, когда его пальцы проникают в меня? Я либо обожгу рот, либо суп прольётся мне на подбородок.

Его большой палец скользит по моему клитору, кружит, щёлкает. Он сгибает пальцы, с шумом выталкивая воздух из моих лёгких. Вики бросает на меня взгляд.

— Жарко, не правда ли?

Она не ошибается, даже если имеет в виду суп, а не эксгибиционистские наклонности моего мужа. Мне так жарко, что я готова расплавиться. Капли пота стекают между грудями и по затылку. Мне остаётся только кивнуть, и, к счастью, она возвращается к разговору с Кристианом.

Александр, должно быть, владеет обеими руками, потому что он ест суп левой рукой, а правой рукой трогает меня, и при этом сохраняет самообладание.

Я уже в нескольких секундах от оргазма, когда Вики опрокидывает бокал с вином. Он падает мне на колени. Когда я вскакиваю, пальцы Александра выскальзывают, и я ударяюсь коленом о нижнюю часть стола.

— Ой…

— О боже, Имоджен. Мне так жаль, — Вики хватает салфетку и промокает моё промокшее платье. — Я такая растяпа.

— Всё хорошо, всё хорошо. Платье в порядке. — Но я не уверена, что смогу встать. Моё тело жаждет освобождения. Так близко. Так… близко.

— Я пойду переоденусь. Извините.

— Я тебе помогу. — Вики выталкивает меня из столовой, всё ещё бормоча извинения, но как только мы отходим за пределы слышимости, она бросает на меня неловкий взгляд. — Надеюсь, я поступила правильно.

Я нахмурилась. — Что ты имеешь в виду?

— Я видела, что Александр с тобой сделал. Фу. Какая свинья.

— То есть, ты… Ты намеренно пролила вино?

— Да, — она морщится. — Извини за платье. Это всего лишь белое вино, так что оно должно отстираться.

Меня разбирает смех, и, начав, я уже не могу остановиться. — О, Вики, ты такая хорошая подруга, но со мной всё было в порядке.

Ее губы поджимаются, это движение напоминает сосание кисловатого лимона, и в моей памяти всплывают слова Тобиаса, сказанные о ней на балу, заставляя меня смеяться еще сильнее.

— Тебе… понравилось?

Я ухмыляюсь. — Не сомневайся, пока не попробуешь.

Она морщит нос. — Жёсткий пас.

— Ты уверена? А что, если это был, ох, я не знаю… Николас?

Это рискованно, но я хочу, чтобы она знала, что может со мной поговорить. После того, что она видела, как Александр делал со мной в столовой, мы уже прошли черту неловкости.

— Николас женится на моей сестре.

— Я в курсе. Но… ты хотела бы, чтобы он женился на тебе?

Легкая заминка перед ответом длится, должно быть, всего секунду, но этого достаточно, чтобы я поняла, что я права.

— Как я уже говорила во вторник, Бет станет идеальной женой для Николаса. Именно поэтому он выбрал её, а не меня, и мои родители согласились.

— Но…

Она вздыхает, её плечи сгорбляются. — Так лучше.

— Для кого? Не для тебя.

Её улыбка наполнена такой грустью, что мне становится не по себе. — Я никому этого не говорила, но ты права. Я влюблена в Николаса. Давно, но ничего не поделаешь. Когда Элизабет исполнится двадцать один, они поженятся. — Она пожимает плечами. — Он сделал свой выбор, а не я. Для Николаса я не существую.

Несмотря на мокрую одежду, я обнимаю её. — Мне так жаль.

Она на мгновение прижимается ко мне, затем отпускает и пожимает плечами. — Что есть, то есть. Я люблю Николаса, но свою сестру я люблю больше, и пока он хорошо с ней обращается, я не буду жаловаться. — С ухмылкой она добавляет: — А это значит, что не стоит трогать её под столом за семейным ужином.

Я закусываю губу и усмехаюсь. — Теперь мы лучшие подруги.

Она берёт меня под руку и направляется к лестнице. — Лучшие подруги.

АЛЕКСАНДР

Моя машина останавливается у дома, и я потираю затылок. Вот это неделя! Незапланированная поездка в Россию по делам Консорциума не входила в мои планы, но когда совет зовёт, представитель каждой семьи обязан присутствовать. Это были мучительные семь дней вдали от жены, но теперь я дома и с нетерпением жду её.

Я достаю телефон из кармана и проверяю ее местонахождение. Она в конюшне, что меня не удивляет. Теперь, когда Эджертон уже не у дел, а все остальные проверки персонала дали положительный результат, я могу немного расслабиться.

Я передаю Ричарду портфель и куртку, а затем направляюсь в конюшню. Имоджен кормит морковкой одну из кобыл, но прежде чем я успеваю подойти к ней, во двор въезжает коневоз, и доносящийся оттуда шум вызывает у меня улыбку.

Идеальное время.

Пока я был в России, я сделал покупку. Великолепный жеребец паломино с проблемным характером. Похоже, мне понравится. Мои лошади мне нравятся так же, как и мои женщины. Вернее, одна женщина в частности.

Имоджен поворачивается, чтобы узнать, что там за шум. Её взгляд падает на меня, она вздрагивает, а потом расплывается в улыбке, от которой у меня внутри всё тает. Я больше не могу это отрицать.