Чтение онлайн

— Ты будешь готовить нам на завтрак блинчики или вафли? — поддразниваю я, приподнимаясь на локте.

Но раскладушка пуста. Будто на ней и не спали.

Я сажусь и замечаю на полу миску с фруктами, флягу воды и записку:

«Если не вернусь к твоему пробуждению — подкрепись. В лесу, увы, не нашлось яиц Бенедикт.»

Ухмыляюсь, отбрасываю записку и набрасываюсь на свежие ягоды, дольки яблок и инжир. Затем жадно пью прохладную воду с привкусом дождя и земли — но мне плевать. Ночью во рту пересохло, и я умирала от жажды.

Пока я мою миску, земля внезапно содрогается от механического рыка. Высовываюсь из домика и вижу Дайшека на страже у подножия дерева, а затем — Кейна на мотоцикле. Он подъезжает к завесе из лиан, заглушает двигатель и маскирует транспорт под плющом.

— Яиц Бенедикт тебе не досталось! — кричу сверху.

Он усмехается, почесывает Дайшека между ушами и начинает подниматься.

— Я бы согласился на кофе, — говорит он, добираясь до входа.

— Где ты был? — Когда он выпрямляется во весь свой внушительный рост, мое внимание приковывают темные круги под глазами, всепоглощающая усталость. — Ты снова не спал всю ночь, да?

Но сквозь эту тьму и груз бессонницы я вижу созвездие.

— Да. Мне нужно было выполнить еще одно дело… чтобы ты могла спать спокойно каждую ночь.

В его голосе — облегчение, нежность, отпущение.

Что он сделал?

Он заводит непослушную прядь волос за мое ухо, проводит костяшкой пальца по скуле.

— Я вернулся в лечебницу, чтобы освободить Чекисса и Найлза. Теперь они в безопасном месте, у них есть все необходимое, пока мы снова не сможем встретиться.

— Ты… что?

Из меня вырывается звук, похожий на писк маленького животного — всхлип, полузадушенный вздох.

— Они свободны, Скайленна.

Я отшатываюсь, смотря на него в изумлении и благоговении. Как он мог сделать это в одиночку? Он освободил моих друзей. Мою семью.

Мгновение — и я уже на коленях, рыдая от радости и громаднейшего облегчения в жизни.

Они свободны. Свободны.

Кейн опускается рядом, поддерживая меня, пока я рассыпаюсь на части от благодарности и покоя.

— Ты спас их, — бормочу я, уткнувшись в его грудь. — Ты освободил их.

Теперь я вижу это: лицо Чекисса, когда Кейн распахивает его дверь, выводит на свежий воздух, разрывает цепи. И Найлза — с обещанием, что никогда больше не придется терпеть процедуры.

А в мысленном взоре — ее редкая улыбка. Та, что почти всегда была заменена вечным недовольством. Слезы радости в зеленых глазах.

Мы сделали это, Скарлетт.

Мы сидим на краю домика, наблюдая, как солнце достигает зенита, как деревья танцуют под симфонию ветра, и вместе вдыхаем воздух, который заслужили. Воздух вдали от города, от процедур лечебницы.

Когда Кейн гладит мои волосы и целует макушку, я поворачиваюсь к нему с улыбкой, которую берегу только для него. Для его общества. Для знакомых космически-темных глаз.

— Мы свободны, — наконец говорю я.

Но, осмысливая мои слова, он зависает. Слова, которые, как я думала, вызовут отражение моих чувств. Его лицо обмякает, будто он заснул с открытыми глазами. Его сосуд пуст. Никого нет дома.

— Кейн?

Он моргает. Единственный признак, что тело еще работает. Я даже не уверена, дышит ли он.

Наклоняюсь ближе, разглядывая холодные, безжизненные глаза, теперь черные, как уголь. Он… он снова сменяется?

— Дессин?

Как удар током — темные пронзительные глаза впиваются в меня. Широкие от тревоги, но медленно сужающиеся с подозрением. Морозный пот пробегает по спине, когда он медленно наклоняет голову. Веки полуприкрыты, в его взгляде — желание и любопытство.

И у меня сокрушительное подозрение, что человека, который смотрит на меня сейчас, я никогда не встречала.

— Ну разве у тебя не прелестный ротик? — Его голос медленный, шелковистый, элегантный, с новым акцентом. — И не путай меня с тем извращенцем снова.

Он проводит пальцем по моему подбородку с интимной лаской. Но не из-за близости или нежности.

Его прикосновение соблазнительно, заставляя волосы на шее встать дыбом, а живот — согреться и вздрогнуть. Палец скользит вниз, к декольте, останавливаясь прямо у края. Он медленно поднимает взгляд, затуманенный возбуждением, скользя им по моему телу, с порочными мыслями в глазах.

— Разве я похож на того социопата?

Я почти давлюсь слюной.

— Ты… не Кейн и не Дессин? — спрашиваю с ледяной осторожностью.

Он отвечает ухмылкой.

— Третий альтер? — выдыхаю я, бездыханная, бесхребетная, отделенная от тела.

— Меня зовут Грейстоун, — его палец снова зацепляет мой подбородок, приподнимая лицо. — И альтеров куда больше трех, красотка.

Продолжает следует...