Чтение онлайн

Они понимали: не будь мы такими непослушными, ничего подобного бы не случилось. Мне было стыдно. За то, что в который раз не оправдала ожидания родителей. За то, что поддержала идею очередного побега. Хотя, на самом деле, вряд ли в этом была моя вина. Что-то странное случилось с Пэрри, и ни я, ни Адам, ни даже Ванда не смогли бы этого изменить.

– Мишель, - начала мама. Мы ехали в машине по заснеженным дорогам.
– Мы предупреждали тебя, что если что-то пойдет не так, тебе придется соблюдать наши правила. Мало того, что мы простили тебя за ложь про работу, так мы ещё и разрешили тебе ехать в этот лагерь, но ты и тут умудрилась что-то натворить...

– Мам, но я не виновата...
– неуверенно возразила я.

– Мишель, не важно, кто виноват. Ты замешана в этой жуткой истории. Ты, а не кто-то другой. Почему ты общалась с этим парнем? Ведь он мог и к тебе начать приставать.

– Мам, Пэрри хороший... Ну, то есть он был хорошим. Я не вру. Это правда. И я понятия не имею, что с ним случилось вчера... Если бы я только знала, да я бы никогда...

– Что никогда?
– заговорил папа.
– Никогда бы не стала с ним общаться? Мишель, а если бы ты знала, что твоя сестра сбежит из дома, ты бы не стала с ней ругаться? А если бы знала, что мы узнаем о твоём вранье про «Форджес»? Тоже бы не стала?

– Пап, ну не надо. Прости меня, пожалуйста. Пап...

– Рон, не будь таким жестким.

Папа сделал глубокий вдох.

– Вот что, Мишель. Я понимаю, ты уже взрослая, - мягко заговорил он.
– И мы с мамой желаем тебе только лучшего. Но мы очень и очень переживаем за тебя. Как ты этого не понимаешь?

– Я понимаю, пап...

– Дорогая, - поддержала его мама, - мы не запретим тебе ходить в «Форджес» и общаться с теми, с кем ты хочешь. Но впредь ты должна быть осторожнее. Если ты хочешь быть взрослой, ты должна вести себя как взрослая.

– Простите меня ещё раз. Да, я была очень глупой. Но я обещаю, что не буду больше влезать в дурацкие истории...

– Не будет она, - папа посмеялся.
– Тебе семнадцать и влезать в глупые истории ты ещё будешь. Уж поверь мне.

– Рон, - мама улыбнулась.

– Научись находить из них выход. Вот что главное, - продекламировал папа, и мы въехали в город.

– Научусь, пап, я правда, научусь...
– я была рада от того, что родители не посадили меня под домашний арест, не запретили работать и общаться с друзьями. В тот день я поняла, что у меня самые лучшие на свете мама и папа. И больше я не хотела их подводить. Никогда.

Следующую неделю я работала над новым проектом. Пенная вечеринка с живой музыкой - так он назывался. Это был огромный, но безумно интересный проект, который нас пригласили организовать в ресторане «Нью Тайм». С Алексом мы общались всё так же. Он много времени проводил с Эшли, а я утонула в подготовке пенной вечеринки. Виделись мы только в школе. Иногда вместе сидели за партой, делали совместные проекты, обсуждали уроки и Джей. Алекс сказал, что видел её на днях. Она даже не поздоровалась. Ходит гордая, задрав голову. Ну и ладно, мне и дела нет до неё.

Однообразные рабочие будни скрашивали постоянные встречи с Адамом. Мы нашли друг друга в Интернете, списались и теперь каждый день ходили в сквер, кино или кафе. Однажды я даже привела его в «Лорен Хаус». Место, в которое кроме Алекса и Джей, ни с кем не ходила.

Часами напролёт мы болтали обо всём на свете. На секунду мне даже показалось, что теперь Адам - новый Алекс. Ведь сейчас именно он был рядом. Но я знала, что совсем скоро Адам уедет, и ничего этого не изменит. Я часто спрашивала, почему он собирается уезжать, но он всегда отшучивался или переводил тему.

Как-то раз я вышла в магазин - Деб попросила купить несколько образцов материала для костюмов. Наш офис находился в самом центре города, и обычно я не встречала никого из знакомых, кроме тех, кто там работали. Но в этот раз, уже по пути обратно в агентство, я мельком увидела Адама. Он куда-то спешил. В одной руке у него был большой пакет с продуктами, а в другой - кукла Барби.

Я и не планировала за ним следить, но так получилось, что шли мы с ним в одну сторону, но на приличном расстоянии. Кричать я не стала, а догонять не было возможности и сил - я была на высоких каблуках.

Пройдя ещё несколько десятков метров, мой новый друг свернул и скрылся за большими стеклянными дверями. То были двери центральной городской больницы.

Глава 26

Через пару дней после случайной встречи мы снова гуляли с Адамом. Сидели в парке на деревянной лавочке с резными перилами и протягивали горячий кофе - так мы пытались согреть себя в морозный февральский день. Но несмотря на дикий холод, людей на улице были толпы. Они спешили туда, где тепло. Но согреет ли это тепло их души и сердца?

Я хотела спросить своего друга про поход в больницу, но чувствовала: за этим кроется секрет, который он вряд ли хочет раскрывать. С другой стороны, почему бы ему не поделиться своими переживаниями? Помощь друзей никогда не бывает лишней. Как бы то ни было, я решила рискнуть.

– В этом красном берете ты вылитая красная шапочка в изображении футуристов, - говорил Адам.
– Теперь обязательно напишу сценарий по этой сказке и не отступлюсь, пока его не примут в театре, а тебя не назначат актрисой на главную роль.

– Безусловно, - захохотала я.
– Адам...
– добавила я через несколько секунд, когда порыв смеха уже был позади.
– Не пойми меня неправильно, но я не успокоюсь, пока не узнаю.

Лицо Адама стало серьезным.

– Позавчера я видела, как ты зашёл в больницу с куклой и пакетом продуктов. У тебя все в порядке? Я очень переживала все это время, но боялась, что мои вопросы расстроят или обидят тебя...

– Мишель, - он смотрел в даль и держал в своей теплой руке мою замерзшую ладонь.
– Это сложно...

– Ну а ты попробуй упростить. Я обещаю, что все пойму. Ты мой друг, и я приму любой твой секрет как должное.

– Я не уверен, стоит ли...
– неуверенно продолжал он.
– Не хочу забивать тебе голову.

– Адам, ну не мучай ты меня... Я места себе не нахожу. Ты, больница, кукла Барби... К кому ты ходил, Адам?

Вместо ответа он сжал мою руку, встал с лавочки и повел меня в сторону клиники. Идти здесь было минут пять. Всю дорогу мы молчали. Слушали уже не друг друга, а нескончаемый шум города: болтовню людей, ожидающих, пока загорится заветный зелёный свет, выкрики уличных торговцев, предлагающих купить очередную бесполезную вещицу, сигналы машин и ругань бунтующих в пробке таксистов.