Чтение онлайн

Вспомнил все. И — улыбнулся.

Солиндцы не поняли моей улыбки, но это не имело значения. Пусть думают, что хотят: пусть судят обо мне по тому, что видят перед собой. Со временем все прояснится.

Я был не один в зале. Почетную стражу я намеренно набрал из Чэйсули. Финн, Дункан и еще шесть воинов выстроились по обеим сторонам от трона на возвышении.

Их лица были спокойными, стояли они? молча, а странные желтые глаза их неотрывно следив ли за вошедшими.

Роуэн, который ввел в зал послов Солинды, представил их всех по очереди.

Герцог такой-то, барон такой-то… я не знал титулов солиндской знати. Мой молодой капитан, полу-Чэйсули, полу-хомэйн, справлялся с этим прекрасно. Тон у него был ровный, спокойный, как и подобало, и лишь иногда в нем проскальзывала тень снисходительности: мы были победителями, они — побежденными, и пришли они в мой дворец.

Эссиэн. Самое высокое положение из всех посланников — он держался с соответствовавшей этому положению надменностью. На нем, разумеется, были темно-синие одежды, но кто-то спорол герб Беллэма, нашитый слева на шелковую тунику, силуэт восходящего солнца выделялся чуть более темным цветом — тонкое оскорбление, настолько тонкое, что с этим ничего нельзя было поделать: внешне он не отказывал мне в подобающем почтении. Если бы я упрекнул его — он заговорил бы о том, что после столь тяжелой и кровопролитной войны трудно найти лучшие одежды. И мне было бы нечего возразить. А потому я позволил ему его маленький бунт — теперь я мог позволить себе это.

Его темные волосы были зачесаны назад, открывали высокий лоб, руки не дрожали — но в карих глазах не было ни почтения, ни уважения, когда он склонился передо мной.

— Мой господин, — тихо произнес он, — мы пришли, как посланцы Солинды, чтобы признать власть Мухаара Кэриллона.

— Известны ли вам наши условия?

— Конечно, мой господин, — он бросил на остальных пятерых быстрый взгляд.

— Условия эти были обсуждены. Как известно господину Мухаару Кэриллону, Солинда проиграла эту войну. Не осталось никого, кто мог бы принять корону Солинды…

Он умолк на мгновение, стиснул зубы:

— У нас нет короля… нет Солиндского короля, — его глаза встретились с моими, и я увидел в них горечь. — И мы почтительно просим Мухаара Кэриллона принять венец Солинды.

— Разве Беллэм не оставил наследников? — я сдержано улыбнулся — вежливой многозначительной улыбкой. Разговор сейчас шел о том, что, бесспорно, знали все — но правила предписывали обсудить и это.

— Конечно, Эллик умер несколько лет назад, но ведь у Беллэма наверняка были незаконнорожденные потомки.

— Без сомнения, — угрюмо согласился Эссиэн. — Но ни один из них не может стать ныне опорой страны. Найдется много… недовольных, — он выдавил некое подобие улыбки. — А мы хотели бы избежать подобных осложнений — особенно сейчас, когда наш король… умер. Господин Мухаар Кэриллон показал, что он… в достаточной мере подходит для того, чтобы занять этот трон.

В достаточной мере. Эссиэн говорил в странной манере, его речь изобиловала паузами и полунамеками — не понять которые, впрочем, мог только человек, непривычный к дворцовому обхождению. Я, выросший при дворе короля, с детства окруженный его прислужниками и советниками, понимал его речи без труда.

— Что ж, хорошо, — согласился я, выдержав паузу: Эссиэну пришлось долго ждать моего ответа. — Я постараюсь и впредь оставаться… в достаточной мере подходящим для этой роли. Но у нас была еще одна… просьба.

Лицо Эссиэна застыло:

— Да, господин мой Мухаар, вопрос о законном наследовании, — он глубоко вздохнул: колыхнулись складки синей туники. — В знак нашего полного согласия с тем, что Солинда покоряется власти господина Мухаара Кэриллона, мы предлагаем ему в жены принцессу Электру, дочь Беллэма и его единственную законную наследницу, — его ноздри раздувались. — Сын, рожденный в этом браке, станет наследником трона Солинды.

— Законное наследование, — задумчиво повторил я, Хорошо, мы берем ее в жены. Ты можешь передать ей слово Мухаара Кэриллона — у нее есть месяц, чтобы подготовиться к свадьбе и собрать прислугу и свиту. Если же она не явится в назначенный срок, мы пошлем за ней Чэйсули.

Эссиэн и прочие прекрасно поняли, о чем идет речь. Они видели восьмерых воинов — одетых в кожу и варварски сверкающее золото, и — вооруженных. Кинжал, лук и лиир. Чтобы понять, достаточно было взглянуть на лиир.

Эссиэн склонил голову в знак того, что понял мое приказание. Казалось, разговор окончен, но у меня оставался один вопрос напоследок:

— Где Тинстар?

Эссиэн вскинул голову и пригладил волосы нервным, видимо, привычным жестом. Его кадык дернулся — раз, другой, он быстро оглядел остальных — но никто из них явно не знал ответа.

— Я не знаю, — наконец, ответил он очень отчетливо. — Кто может сказать, куда пойдет Айлини? Кто знает? Он просто идет, господин мой, — в бледной улыбке Эссиэна проскользнула легкая тень насмешки и торжества, — Несомненно, он намеревается препятствовать господину Мухаару Кэриллону в исполнении его замыслов, но что замышляет он сам, я не могу сказать. Тинстар — это… Тинстар.

— И, без сомнения, он найдет поддержку, — так же спокойно прибавил я. — В Солинде Айлини имеют большую власть — пока что. Но их сила — его сила — станет лишь тенью прежней, ибо теперь у нас есть Чэйсули.

Эссиэн прямо взглянул на Финна:

— Но в Солинде мы слышали и другое. Что Чэйсули теряет свою силу при встрече с Айлини, — он снова перевел взгляд на меня. — Или это не правда?

Я улыбнулся — Почему бы не спросить Тинстара? Он-то, вероятно, сумеет объяснить, что происходит между двумя этими народами.

Я вглядывался в его лицо. Я ожидал — надеялся — прочесть в нем что-то, что выдаст его мысли, быть может, он знает больше, чем говорит. Если он что-то знает о Тинстаре, он выдаст это — даже не проронив ни слова. Но в его глазах не было торжества. Он только нахмурился, словно было что-то, что он хотел бы знать — но узнать не мог. Он не солгал.

Я поднял руку, показывая, что разговор окончен:

— Хомейнский некий регент будет жить в городе Лестра. Ройс — человек неподкупный, ему можно доверять. Он будет править Солиндой от нашего имени, представляя наш Правящий Дом, покуда у нас не родится наследник престола.

Служите же верно нашему регенту, и вы увидите, что ваш господин справедлив.

Эссиэн стиснул зубы:

— Да, господин мой Мухаар.

— С ним мы пошлем Чэйсули, — я улыбнулся, увидев, что солиндец понял меня верно. — Теперь вы можете идти.

Они вышли, я же оглянулся на Чэйсули. Дункан медленно улыбнулся:

— Финн оказался хорошим учителем.

— Но приходилось мне нелегко, — на лице Финна появилась привычная кривая ухмылка. — Однако, судя по тому, что я увидел, время было потрачено не зря.