Чтение онлайн

Наконец, меня разыскал Лахлэн: он был очень серьезен и озабочен. Леди в его руках не было, зато с ним была моя сестра. Сперва я думал, что они пришли с пожеланиями счастья, оказалось, у них были новости о Финне.

— Он забрал волка и ушел, — тихо сообщил Лахлэн. — Коня не взял.

— Облик лиир, — угрюмо сказал я.

— Он был… странным, — Торри была бледна. — Он не был самим собой. И не отвечал на наши вопросы, — она сделала беспомощный жест. — Лахлэн играл для меня на своей Леди. Я увидела, как вошел Финн. Он… скверно выглядел. Он сказал, что должен уйти.

— Уйти! — у меня сжалось сердце. — Куда?

— В Обитель, — ответил мне Лахлэн. — Он сказал, что ему нужно очиститься после чего-то, что он сделал. Он сказал также, чтобы ты не посылал за ним и сам не ехал следом…

Арфист бросил короткий взгляд на Торри. — Он сказал, что это дело Чэйсули, и что клановые узы иногда бывают превыше всех прочих. Внезапно я ощутил дурноту:

— Да. Но он лишь изредка вспоминал о них… — я остановился, вспомнив звериный дикий взгляд и утробное рычание Финна. — Он говорил, сколько пробудет в Обители?

У Торри были испуганные глаза:

— Он говорил, что длительность очищения зависит от тяжести нанесенного оскорбления — а оскорбление было тяжелым, — ее тонкая рука легла на горло. Кэриллон… что он сделал?

— Пытался убить королеву, — мне показалось, что эти слова произнес кто-то другой. Я видел их потрясенные глаза.

— Боги! — выдохнул я, — Я должен отправиться за ним! Вы не видели, каким он был…

Я шагнул к двери — и чуть не сбил с ног Роуэна.

— Мой господин! — он схватил меня за руку. — Подожди…

— Не могу, — я высвободил руку и хотел пройти, но он снова остановил меня.

— Роуэн…

— Мой господин, вести из Солинды, — настаивал он. — От Ройса, твоего регента в Лестре.

— Хорошо — нетерпеливо сказал я, — это может подождать? Я вернусь, как только смогу.

— Финн сказал, что ты не должен следовать за ним, — повторил Лахлэн. — Без сомнения, у него были на то причины…

— Кэриллон, — Роуэн оставил почтительные выражения и титулы, и я понял, что дело серьезное, — Тори Атвийский. Он снова готовит вторжение.

— В Солинду? — я уставился на него в изумлении.

— В Хомейну, мой господин — Роуэн выпустил мою руку, как только понял, что я не собираюсь уходить. Теперь я просто не мог уйти.

— Вести достигли Лестры, и Ройс немедленно прислал вестника. Ройс говорит, что есть еще время, но Торн не изменит своего решения. Мой господин… — он чуть помедлил. — Ему нужен ты. Ему нужна Хомейна. Это месть за смерть его отца и всех атвийцев, погибших в войне Беллэма. Посланник принес весть, — на его юном лице было многозначительное выражение. — Торн намеревается взять Хондарт…

— Хондарт! — взорвался я, — Ноги его не будет в хомейнском городе, пока я жив!

— Он собирается воспользоваться поддержкой Солинды, — Роуэн говорил теперь совсем тихо. — Они хотят пройти по суше через Солинду и на кораблях через Идрийский Океан, направляясь к Хондарту.

Я подумал о южном городе на берегу Идрийского Океана. Хондарт был богатым городом, живущим рыболовством и торговлей с другими странами. На коне до него добираться две недели, пешим — и того дольше. Пешие переходы замедлят продвижение армии…

Я на миг закрыл глаза, пытаясь привести в порядок воспоминания, чувства и мысли. Слишком многое вместил в себя этот день. Финн, рождение моей дочери теперь еще и это.

Я положил руку на плечо Роуэна:

— Где этот посланник?.. И собери всех советников, кого сможешь. Пошли за теми, кто отправился в свои владения. На это уйдет время… о боги, если мы опять отправляемся на войну, нужно вновь собирать войско, — я потер глаза, Финну придется подождать.

Когда у меня нашлось время, я сбежал от военных советов и наконец отправился в Обитель. И, проезжая по равнинам, встретился лицом к лицу с Финном.

Он ушел из Хомейны пешком, возвращался же на коне — наверняка взял его в Обители, а может, то был один из его собственных коней, он не сказал. Он вообще мало говорил, замкнувшись в себе, и я видел, что на его сердце легла глубокая темная тень. Взгляд его желтых глаз был странен.

Мы встретились под свинцово-серым небом, затянутым тяжелыми тучами. Вскоре должен был пойти дождь. Наступала осень, месяца через четыре землю покроет снег. Было еще не так уж холодно, но я был в кожаной охотничьей одежде и кутался в темно-зеленый шерстяной плащ. Финн был без плаща, руки обнажены. Он остановил коня. Ветер развевал его волосы, черные, как вороново крыло — я мог бы поклясться, что в них появилось серебро седины. Он казался много старше и как-то жестче, чем прежде — но, может быть, раньше я просто не замечал этого в нем?..

— Я хотел приехать, — сказал я. — Лахлэн говорил — не нужно, но я все же хотел приехать. Ты был таким… — я передернул плечами, его молчание заставляло меня чувствовать себя неуютно. — Но тут прибыл посланник из Лестры…

Я не окончил фразы — лицо Финна казалось высеченным из камня.

— Я слышал.

Его конь переступил на месте — гнедой конь с белым пятном на морде, чуть косящий на один глаз. Финн, казалось, не заметил этого движения — только чуть пошевелился в седле.

— Ты поэтому вернулся?

Он показал головой куда-то вдаль:

— Мухаара там. Я еще не вернулся.

Голос был сухим и ровным, без интонаций. Я попытался понять его мысли — но Чэйсули хорошо умеют скрывать свои чувства.

— Но — собирался? Его лицо дернулось.

— Мне больше некуда идти. Это ошеломило меня — я ведь знал, где он жил все это время.

— Но… Обитель…

— Я ленник Мухаара. Мое место с ним, а не с кланом. Дункан сказал… — он замолчал и почему-то отвернулся. — Дункан не… освободил меня от того, что я сделал. Шар тэл говорит: от страха можно избавиться только встретившись лицом к. лицу с тем, что вызывает страх.

Волосы упали ему на лицо, так что я не мог разглядеть его выражения.

— А потому я возвращаюсь, чтобы вновь встретиться с ним лицом к лицу. Я не мог смириться со своим страхом — и-тоша-ни не был завершен. Я… нечист.

— С чем ты собираешься встретиться? — спросил я несколько нервно. — Я бы предпочел, чтобы ты не встречался с Электрой.

Он посмотрел мне прямо в глаза своим странным взглядом:

— Я тоже предпочел бы ее не видеть. Но ты взял ее в жены, а мое место рядом с Мухааром. У меня нет выбора, господин мой.