Песнь кинжала и флейты
Шрифт:
– А попозже? – весело скакала она по разные стороны от него.
– Нет, – оставался тот столь же непреклонен, сколь и немногословен.
– А вечером? – не унималась девочка.
– Нет, – старался обогнать её гном.
– Ну, а завтра? – спешно топая, догоняла она Брома.
Юная флейтистка пыталась не отставать, не желая терять Лилу из поля зрения в окружении едва знакомых и странных типов. Да ещё опасалась, что норд-чародей что-нибудь выкинет эдакое, когда девочка его вконец достанет.
– Слушай, – аккуратно взял за запястье мимо проходящую Диану тихо басящий полуорк. – Просто не мешайся, ладно? Если твоя помощь вдруг понадобится, мы скажем. А так наблюдай за компанию. Вникай, что к чему. Никуда не влезай опрометчиво.
– Ну, хорошо, – сдержано кивнула та, и он разжал свои громадные пальцы, приподнимаясь и застёгивая элементы своей брони, после чего неспешно побрёл к остальным и попутно поправил ремни, удерживавшие щит на спине.
Внутри неё взвивались и переплетались весьма противоречивые ощущения. С одной стороны, она действительно отнюдь не рвалась быть главной участницей операции по спасению сокровищ. С другой – было даже обидно, что её вот так ни во что не ставят и просят не вмешиваться, не путаться под ногами, просто смотреть и не проявлять никакой инициативы. Хотелось быть и вправду отряду не обузой, а чем-то полезной.
И даже к этому типу были какие-то двойственные чувства. Ей не понравилось, что он сказал и как её недооценивал, однако тот вёл себя вполне деликатно и ничуть не сдавливал её руку в процессе. Не грубил, не угрожал, а просто с серьёзным и требовательным видом заявил, чтобы она не лезла на рожон. Она явно опасалась его, ведь теперь девушке было известно о его криминальном прошлом. Впрочем, чем она, юная воровка, была лучше него? Глядишь, даже найдут общий язык, думала Ди. А ещё его ей было даже жалко оттого, что все кругом сыплют шутками о тупости орков, а он это вынужден терпеть в такой компании. Не удивительно, что, по словам Фариса, он иногда срывается.
А вот Лилу беззаботно прыгала по узорам, петляя солнечными дорожками так, будто воображала, что золотистое пространство вокруг – это болотная трясина, кипящая лава или кислотные озёра, вышагивая исключительно по тёмным очерченным линиям.
Сокровища Стеллантора
Первым из-под моста выглядывал Фарис, вышедший раньше всех и поджидавший отряд. Свою левую, судя по всему – ведущую руку, он то и дело сжимал на гарде с изящной дужкой, готовясь достать свою рапиру. Смуглые мужские пальцы перебирали по рукояти. Покрытое лезвие то и дело чуть-чуть показывалось из узких длинных ножен со спиральными завитками и даже какой-то россыпью мельчайших камней, поигрывающих гранями на солнце.
– Никаких паникующих толп, господа, – обратился он к остальным, завидев, что все в сборе. – Никто не должен помешать нам сбиться с маршрута, но вы всё же держитесь друг друга, будьте добры.
– Если кто-то из вас, малявок, потеряется, я искать вас, как сбежавших из будки шавок, уж точно не буду! – прогремел гном, практикуя магию желтоватыми переливами молний между пальцами, сложенными у груди.
– Отсюда обходим главную площадь, движемся вдоль ратуши ко дворцу, – напоминал людоящер Хрисс. – Обходим по левому боку здания до садовых клумб и по мощённой дорожке мимо кипарисов и можжевельника двигаемся к решётке подземелья.
– Проверка боевой готовности! – завопил бородатый гном, направив пульсирующий энергетический шар с рыжей сердцевиной и малиновым окружением ауры в одну из величественных каменных статуй неподалёку.
Грациозный нагой мужчина с копьём в руке и соболем на плечах треснул напополам, обвалившись на площадь, теряя от столкновения с брусчаткой вооружённую руку и обрамлённую лавровым венком кудрявую голову. На постаменте осталась стоять лишь нижняя его половина со стройными босыми ногами и немного рельефным торсом.
– Быстрей! – поманил рукой их Фарис, двигаясь к ратуше.
И они всей вереницей, почти друг за другом, нырнули с лучезарного солнца в тень от трёхэтажного сине-зелёного здания, покрытого слоем мраморной плитки и имевшим две бронзовых изваяния уже одетых стражников-копейщиков у главного входа. Правда, отряд двигался как раз с противоположной стороны здания, что позволяло обогнуть площадь и выйти непосредственно ко дворцу короля самым простым маршрутом.
Роскошный сад расцветал розовыми лепестками миндаля, белыми каштанами и ароматной сиренью. По раскрасневшемуся, набухшему лицу и поведению то и дело чихающего полуорка было видно, что у Хагора на что-то из этого была явная аллергия.
Они поспешили по самой широкой мощёной дорожке к арочному, выделанному крупным камнем спуску к решёткам. Те подняли за рычаги, а с последней с помощью магии ловким заклятьем справился гном, дабы не терять ни на что времени.
Никакой прислуги и стражников по пути им не встретилось, хотя у центрального входа было несколько советников и знатных дам в бордовых платьях, обсуждавших последние события. Их компания же заходила сбоку и не столько во дворец, сколько глубоко вниз, в его подземелья.
– Так, здесь вот эти штыри тянем парно, – махнул людоящер полуорку, чтобы они крутанули винты крупных дверей.
А затем их ждала деревянная платформа, корзина-противовес с грудой камней и несколько прочных тросов, при помощи которых нужно было спустить себя на нижний ярус. Там было темно, ибо никто не зажигал факелы. Наплавление прямо выводило в подземный данжеон, темницы для пленников и преступников, а им нужно было в совсем другую область.
– Огоньку не найдётся? – снял один из факелов Фарис, протягивая пропитанной горючей смесью намотанной тряпочкой к лицу гнома.
– Чтобы сладко стало сердцу, съем с утра острого перцу! Хе-хе! – дунул тот огнём, словно дракон, заполыхав глазами, ну а таскарец быстро поджигал просмоленную паклю или мешковину на расставленных верхах коридоров палках с обеих сторон, едва дотягиваясь – уж больно высоко те были подвешены.
Небольшой петляющий коридор с кучей дверей, ни в одну из которых никто не заглядывал, был и вправду крайне высок и выводил в сторону кухни. Одной из нескольких. Понятное дело, что в таком дворце их было не меньше пяти и располагались они на нескольких ярусах в самых разных концах комплекса. Оттуда раздавались голоса, шипение масла на сковородках, аромат выпечки и жареной ветчины. Кажется, у кого-то на обед ожидались поросята на вертеле.
– М-м-м, – провёл сине-фиолетовым языком ящер по своим бледно-зелёным «губам», – у них такой изысканный шалфей, а ещё базилик, майоран! Гарнир с веточками розмарина. Цикорий и горячий шоколад с палочками корицы! – определял он всё по запахам сквозь закрытые широкие дверцы.
– Ненавижу корицу, – пробубнила вслух Диана.
– Не обольщайся, она тебя тоже, – подшучивал гном.
– Корица? Хм… – призадумалась Лилу. – Кажется, была у меня тётушка по имени Корица…
– Хм, а лавр? А шпинат? Щавель, мускат, тимьян? – дивился и расспрашивал Фарис. – Мята хотя бы? – Бабуля моя вот всегда дома имеет запасы разной душистой зелени.