Чтение онлайн

– Твой отец сильно рисковал, надеясь, что ты найдёшь его послание в такой оживлённой крепости… – отметил Тобу.

Эш уже убедился, что иногда секреты становятся слишком большими, чтобы их скрывать.

С самого начала он поделился колыбельной и тем, что каждый раз, когда он поёт, в ночном небе зажигаются звёзды, только с Луной. Мальчик боялся, что команда может подумать о нём дурно и что он подвергнет себя и Солнцестояние опасности, рассказав об этом. Но когда Сколл показал своё истинное лицо, Эш понял, от кого стоит скрывать свой секрет, а от кого – нет. Теперь он был уверен в Тобу и команде «Ледяного сердца». Откровения мальчика вызвали у команды самые разные реакции. Кто-то посмеялся, кто-то усомнился, но большинство просто приняли всё как есть, довольствуясь тем, что они не понимают загадочной силы Ткачей Песен. Впрочем, больше всего Эш опасался того, что подумает Тобу. Не было бы преувеличением сказать, что с йети могло быть… тяжело. Он знал, что Эш поднялся на борт «Ледяного сердца», чтобы найти своих родителей, но понятия не имел, что мальчик втайне следовал за словами колыбельной к скрытой крепости – Солнцестоянию.

– Ты… знаешь, где твои родители? – спросил Тобу, и только бегающие глаза выдавали множество мыслей, которые роились у него в голове.

– Мне так кажется. И, я надеюсь, сейчас я стал ближе к ним…

Тобу, похоже, не мог подобрать нужных слов.

– Значит, всё это время… тебя вела Ткань Мира…

– Н-наверное. – Эш до сих пор не понимал, что такое «Ткань Мира». Вероятно, это было что-то вроде мировой Песни, которая связывала всё и всех между собой, – и она много значила для Тобу. Тот обдумывал признание Эша насчёт колыбельной очень серьёзно, и мальчик не понимал почему.

Но сейчас они были всего в паре шагов от новых ответов.

– Кажется, Луна уверена, что знает этого первопроходца, – сообщил Эш Тобу, пока они пересекали площадь. – И мой папа не мог нас подвести; такого раньше не случалось…

Луна подвела их к статуе женщины, гордо стоящей в центре площади. Женщина, замершая в героической позе, смотрела на горизонт в подзорную трубу, а её волосы развевались на несуществующем ветру. В другой её руке был зажат свиток, а у ног свернулись два скрытня, которых изобразили очень маленькими в сравнении с величественной фигурой. Луна остановилась возле статуи и развернулась, уперев руки в бёдра.

– Эш, Тобу. С огромным удовольствием представляю вам… Первопроходца!

– Так это и есть Первопроходец?

– «Это», между прочим, самый первый следопыт в истории! – объяснила Луна, глядя на внушительную статую с искренним почтением. – Конечно же, по происхождению она Странник, и я бы в любом случае привела тебя сюда, чтобы ты выразил ей своё почтение! Она – та, с кого всё началось. Много сотен лет назад Первопроходец поняла: чтобы выжить, крепости должны держаться вместе, а это очень сложно, когда их разделяют бесчисленные километры снегов, кишащих чудовищами. Когда Первопроходец работала вместе с вулписами, у неё возникла великолепная идея – установить солнечный камень на судно, способное ходить по снегу, – и бам! Так родились первые сани следопытов. С тех пор следопыты и продолжают её доброе дело.

– Мудрый и мирный человек, – сказал Тобу. – Большая редкость.

– Впечатляет, – признал Эш. – Но как она связана с поисками моих родителей? – Голос мальчика дрогнул от досады. Он надеялся, что первопроходец будет живым человеком или хоть кем-то живым. Тем, кто сможет дать ему ответы.

– Понятия не имею, приятель. – Луна пожала плечами. – Думаю, это нам ещё предстоит выяснить. Прости.

– Ты уверен, что правильно понял подсказку? – спросил Тобу Эша.

– «Песня Первопроходца откроет судьбу твою», – повторил Эш строчку из колыбельной. – Эта статуя, случайно… эм… не разговаривает?

Луна пристально на него посмотрела.

– Нет, эта статуя не разговаривает, Эш.

– Х-хорошо. Нет. Ну, может, если мы походим и посмотрим вокруг, что-нибудь ещё бросится в глаза?

Троица начала кружить вокруг статуи в поисках чего-нибудь необычного, что могло бы послужить зацепкой. Луна даже несколько раз постучала по ней кулаком. Эш, в свою очередь, решил поближе разглядеть то, что висело у Первопроходца на поясе. Мешочки. Моток верёвки. Кинжал в ножнах. Солнечный камень. Это была обычная для следопыта экипировка, и только одна вещь привлекала внимание. Трубка с декоративными заглушками на обоих концах и маленькими углублениями, идущими по всей длине, с вырезанными в камне рунами из Прежнего мира.

– Что это такое? – спросил Эш у Луны. – Что-то археомеханическое?

– Честно говоря, этого никто не знает. Всякие бородатые учёные до сих пор не могут сойтись во мнениях, что это. Кто-то говорит, эта штука означает связь Первопроходца с Прежним миром и двигателями саней, которые она изобрела вместе с вулписами. Другие считают это волшебной палочкой, способной прогнать любого левиафана с пути…

Эш наклонился ближе к странной вещице. Протянув руку, он надавил на одну из рун-углублений. К его удивлению, раздался щелчок. Эш отдёрнул палец, готовясь к тому, что произойдёт дальше, но ничего не произошло.

– Кнопки? – прошептал он. – Луна, а как ты считаешь, что это?

– Я? Мне кажется, это очевидно, нет?

– Неужели? – спросил Тобу.

Эш был рад, что он не единственный, у кого не было никаких догадок.

– Очевидно, это просто модная фляжка для воды!

– Правда? – воскликнул Эш.

– Ага! Разумеется, фляжка для воды у Первопроходца должна быть круче, чем у остальных. Всё-таки она легендарный Первопроходец! А эти щёлкающие кнопки – вроде как отверстия для пальцев, чтобы фляжка удобно лежала в руке. – Луна перевела взгляд со скептического лица Эша на такое же скептическое лицо Тобу и обратно. – Ну, ребята, это же не санная инженерия!

– Может… – сказал Эш, отчаянно пытаясь поддержать разговор. – Я тут подумал… может, мне стоит спеть этой статуе? Всё-таки в колыбельной говорилось про песню первопроходца…

Тобу нахмурился, оглядывая людей на площади.

– Осторожно, мальчик. Вспомни, как люди относятся к Ткачам Песен. Мы же не хотим повторить историю в Небесном Мосте.

– Но теперь-то мы в Авроре! Я уверен, в такой замечательной крепости и люди понимающие. – Эш посмотрел на Луну, ища поддержки, но на этот раз ей, похоже, нечего было сказать, и девочка нервно переминалась с ноги на ногу. Тобу тихо зарычал, показывая своё беспокойство, но всё-таки кивнул, разрешая мальчику действовать.

Эш был уверен, что это безопасно, но на всякий случай прикрыл рот руками. Затем тихо, совсем шёпотом, он запел статуе – странному предмету на её поясе. Если эта штука – фляжка для воды, то он – мурсу. Вещица была важной, Эш это чувствовал. Конечно же, пел он свою колыбельную. Она отправила мальчика сюда, и, если отец оставил в этой статуе какую-то подсказку, колыбельная приведёт Эша к ней. Знакомая Песнь захлестнула его, согревая мальчика изнутри, волоски на затылке встали дыбом, а ледяное сердце на боку стало радостно подпевать, подбадривая Эша. Он сделал шаг назад, чтобы посмотреть, возымела ли песня на статую хоть какой-то эффект.

Насколько Эш мог судить – нет.

– Ничего. – Мальчика охватило разочарование. Какие бы секреты ни хранила статуя Первопроходца, пока она не хотела их выдавать.

– Ты какая-то тихая сегодня, да? – сказала Первопроходцу Луна.

Эш заметил взгляды, которые люди на площади кидали на них, тыкающих и щупающих почитаемую статую.

– Ну, уверена, вы успеете всё выяснить к тому моменту, как я вернусь, – сказала Луна.

– Погоди, ты уходишь? – спросил Эш.