Чтение онлайн

— Я… въехала в дырочку. Маленькую. Я не знаю, или почему не получился лутц, — речь была не очень связной, да и не было это уже так важно.

— За короткую программу Дарья Калинина получает 84.79. На данный момент она занимает первое место.

Даша прикусила губу. Вроде и баллы хорошие, но удовлетворения… совершенно нет.

Оценки слышала и Катя. И теперь она понимала, что для того, чтобы обойти Дашу, прокат должен быть безупречным. Это ей поставили 84, а на Гран-При влепили девяносто. У неё никогда таких баллов с помарками не было.

Спокойствие. Только спокойствие.

— Пойдём, — Катю буквально тащили за руку в противоположную от арены сторону. Она послушно следовала за главным тренером, но, даже если бы не хотела, не смогла сопротивляться его силе. Денис Русланович выглядел так, словно зацепился за идею фикс.

В целом, все примерно так и было.

Они дошли до каких-то складских помещений, оказавшись очень далеко от людей. До Кати было ещё две фигуристки, Денис Русланович буквально недавно вернулся после проката Даши.

— Что мы тут?..

Катя оказалась прижата к каменной стене, холод от которой слегка чувствовался даже через теплую кофту. Она даже не успела испугаться, а мужские губы уже были на её губах. Что бы это ни значило, она не стала отпираться. Руки несмело прикоснулись к шее Дениса. Был страх, что их кто-то увидит.

А его губы были сильнее всякого страха, поэтому вскоре Катя совершенно забыла о том, что они скрываются. Просто поддалась, тело обмякло, а мужские руки, придерживающие её за талию, стали такими горячими, что она чувствовала их тепло через одежду.

Поцелуй закончился так же неожиданно, как и начался. Денис просто прижал её к себе, практически лишая её возможности чувствовать землю под ногами.

— Что ты…?

— Я люблю тебя, — её перебили этой фразой. Сердце внутри перевернулось. По телу прошёлся ток, мурашки вылезли вообще везде. Казалось бы, обычная фраза, но смогла заставить Катю дышать по-другому.

— И я те… — она практически договорила, но ей зажали рот рукой.

— Нет. Расскажи мне это прокатом.

<center>***</center>

— Екатерина Панкратова!

В груди всё ещё бушевал шторм после поцелуя. Душа кричала о любви, она так хотела, чтобы Денис её услышал. Выражать свою любовь придётся через тело и жалкие три минуты программы. Словно ей бы хватило этого времени для того, чтобы описать всё то, что она чувствует.

Денис сурово смотрел на фигуристку. Тонюсенькие ножки и ручки, очертания ребер. Хватит ли сил в этом теле на тройной аксель и завтрашние четверные прыжки?

А в голове ещё и фраза Тамары Львовны, сказанная прямо перед выходом Кати на лёд.

— Она в отличной форме. Вы молодцы!

Да уж… В отличной форме, падает в обмороки и вообще выглядит как живой скелет. Странные у Тамары Львовны понятия «отличной формы».

Денис сделал всё, что мог, чтобы у Кати остались силы на прокат. Правда сам за это поплатился. Губы горели, а смотреть на то, как Катя начинает свою программу, было невозможно. Хотелось прикоснуться к ней, и вообще убрать её с глаз. Уехать домой. Только сейчас он полностью осознал, что живет с любимой девушкой. Пусть и с той, которую изначально приютил по доброте душевной. Они не так часто пересекались, у них не было душевных вечеров в гостиной. Редкие взгляды, разговоры, редкие поцелуи. Тем они и ценны. Но, только сейчас Денис начал это все ценить.

И, вероятно, будет ценить ещё сильнее, когда девушка откатает программу и покажет все, что чувствует. Она ведь совсем малышка.

На шестиминутной разминке все было не так хорошо, как могло бы быть. Тройной аксель она не разминала до пятой минуты. И, когда казалось, что его уже не будет, на последней минуте Катя наштамповала два подряд тройных акселя.

Пришло время показывать свои чувства через прокат. Сейчас важны только они и то, что будет происходит в следующие три минуты.

Первая нота музыки и Катя уже старается выложить в ней все, что хочется сказать. Даже не сказать. Кричать.

Внутри вспыхнуло то, что никогда не горело. Чувства, огонь в сердце, который был адресован не только фигурному катанию, но и Денису. Человеку, который стал таким важным в её жизни. Без него Катя не смогла бы продолжать заниматься фигурным катанием, без него она бы до сих пор жила у Даши, смущая её своим присутствием. Без него она бы никогда не почувствовала, что значит любовь.

Они не были типичной парочкой. Их любовь была на другом уровне: на уровне взглядов и легких прикосновений. Денис не смущал Катю, не заставлял что-то делать. Они двигались по течению.

Тройной аксель.

Сделано!

Катей невозможно было не любоваться. Сейчас на льду она рассказывала настоящую историю. И, смотря на это, Денис ни разу не жалел о том, что сделал. Он вдохнул жизнь в эту программу. Ещё никогда она не звучала НАСТОЛЬКО чувственно. Катя замирала в некоторых местах, делая акцент на движениях. А эти огромные глаза, наполненные трогательной влагой, ещё далекой от слёз…

Тройной флип.

Денис не успел рассмотреть ребро на флипе. Слишком засмотрелся на женственные движения, перетекающие из одного в другое. И даже слишком тонкие конечности совсем не портили картину.

Единственное, в волчке была видна линия позвоночника… Но, Денис умело закрыл на это глаза. Ничего, он всё исправит. Это просто детская травма, и он обязан спасти Катю.

Тройной лутц.

Тройной тулуп.

А дальше дорожка шагов, в которой Катя выкладывается на двести процентов. Такая изящная и чувственная, она доделывает абсолютно все задуманное. Горит не только её сердце, горит тысяча сердец. Тех, кто смотрит на неё прямо сейчас. Фанаты, родственники, друзья… Даже те, кому предстоит выступать потом. Но, её сердце горит только для него одного.

Того, кто смотрит за технической составляющей дорожки.

В голове не было и мысли о победе, о высоких баллах. В голове только мысли о том, как показать свою любовь. Эта любовь была неправильной. И когда-то придётся рассказать о ней. Все будут считать датой объявления момент, когда они дадут комментарий журналистам. Но, на самом деле, в первый раз прокричала о любви Катя именно сегодня.

Заклон с нелюбимым бильманом, который дался сейчас на удивление легко.

И её рассказ о любви окончен.