Чтение онлайн

— Руки за спину, — приказал инквизитор.

Надо же было так влипнуть! Вашеку стало страшно, по-настоящему страшно. В Доме Веры он часто слышал рассказы о жестокости инквизиторов, особенно по отношению к ним, к старообрядцам.

— Дважды не повторяю, — злобно прошипел толстяк и резким движением вывернул и без того ноющее ухо паренька.

Вашек вскрикнул от боли и завел руки за спину.

— Так-то лучше, — защелкивая наручники, хмыкнул инквизитор.

Через несколько минут паренек лежал на траве, скованный по рукам и ногам. Страх ледяной коркой окутал его разум так, что Вашек попросту не мог сопротивляться. Толстяк неторопливо, по-деловому, обыскал паренька, вытаскивая из его карманов все содержимое: несколько золотых монет, пару медяков да небольшой перочинный нож. Убегая из дому, Вашек почти ничего с собой не взял, рассчитывая на свои магические навыки, и надеясь, что быстро отыщет нового Коричневого Лорда.

— А это что у нас? — толстяк заметил на шее юного мага золотую цепочку с медальончиком.

— Не тронь! — задергался Вашек.

Медальон — это все, что осталось у него от отца, и за эту, на первый взгляд безделушку, паренек готов был драться до конца. Хмыкнув, инквизитор рванул за медальон со всей силы. Цепочка лопнула. Вашек взвыл и задергался еще сильней, пытаясь лягнуть своего обидчика скованными ногами.

— Замри, паразит, — инквизитор встал и пнул Вашека ногой в живот.

Парень закашлялся от резкой боли, пронзившей все тело. На смену страху пришла ярость. Вашек и не догадывался, что может так злиться. За память об отце он готов был просто размазать инквизитора по земле. Собрав всю свою магическую силу в единый кулак, Вашек нанес мощный удар по толстяку. Тот, не ожидая такой прыти от парня, не успел уйти из-под удара и всей тушей приложился об землю. Но что может мальчишка против опытного, видавшего виды мага? Это все равно, что на велосипеде идти против танка. Разъяренный толстяк вскочил, предварительно включив щиты, и с озверевшим лицом принялся избивать Вашека ногами, не разбирая, куда наносит удары.

Выплеснув злость и порядком подустав, инквизитор тяжело дыша отошел в сторону. Кровь залила лицо паренька, но он этого не чувствовал — потерял сознание.

Мой отряд устало топал по дороге, ежась от утренней прохлады. Одну из малышек бережно нес на руках Валдек, вторую — я. Кира долго пыталась отобрать малышку Мизи у меня из рук, утверждая, что ей будет ничуть не тяжелее, чем мне. Я упорно сопротивлялась. Ну, откуда Кире знать, что Меч наградил меня такой силой, что я и Валдека легко пронесу на руках не одну сотню километров?

— Найяр, — позвал меня оруженосец, — надо бы пожалеть девочек, они скоро на ходу засыпать начнут. Посмотри — идут еле-еле.

И без его подсказок это было прекрасно понятно, только вот я ничего путного придумать не могла. Если только палаточный лагерь разбить…

«Говорили тебе светлые умы, не ввязывайся в эту авантюру, — подал голос Меч, — Теперь думай, как маскировать этот цыганский табор. Думаешь, что вам так долго удастся идти, не привлекая к себе внимания?».

Сволочь же ты, Меч… Хотя… Погоди, погоди… Нет, не сволочь, наоборот — умничка! Спасибо за подсказку! И как я раньше не догадалась? Наверное, потому, что думала только о том, чтобы подальше уйти от воспитательного дома. Я вспомнила, как Валдек рассказывал, что в детстве обожал смотреть выступления бродячих циркачей. Ну, а мы чем не цирковые артисты?

«Ой, кто бы сомневался. Я тебе уже давно сказал — цирк уехал, клоуны остались. Верней один клоун, но зато какой!» — съязвил Феликс.

«Это ты о себе?», — невозмутимо поинтересовалась я.

Вскоре на дороге появилась просторная кибитка, запряженная парой гнедых. Мои пионерки, как по команде, забрались вовнутрь и с блаженными улыбками тут же улеглись на мягкие тюфяки, которые я не преминула материализовать. Мы с Валдеком и Кирой уселись на козлы, и мой оруженосец, со знанием дела, дернул поводья. Наш дом на колесах плавно покатил вперед.

Кира какое-то время пыталась сидеть рядом с нами, упорно борясь со сном, но вскоре сдалась на милость победителя. Сладко позевывая, она отползла вглубь кибитки и сразу же уснула под монотонное покачивание.

— Шла бы и ты отдохнуть, Найяр, — предложил Валдек.

— Спасибо за заботу, но не забывай, кто сидит рядом с тобой, — улыбаясь как можно милее, ответила я.

Наверное, так улыбаются крокодилы или саблезубые тигры перед тем как начать разделывать жертву, поскольку во взгляде моего оруженосца читалось недоумение.

— Я что-то не то сказал? — поинтересовался он.

«Эллочка-людоедка и то милее тебя улыбается», — гоготнул Феликс.

«Заткнись!»

«О, Боже, дай этой юной особе хоть каплю женственности», — не обращая внимания на меня, взмолился Меч.

Я в очередной раз пожалела, что не могу пнуть эту железяку, когда он сидит в моем позвоночнике.

«Руки коротки», — деловито заметил Феликс.

Не обращая больше на него внимания, я вернулась к нашему с Валдеком разговору.

— Все так, все так. Это я не умею нормально говорить с людьми, — слова Феликса в какой-то мере задели меня, — Я ведь кто? Коричневый Лорд, и могу обходиться без сна много времени. А вот тебе точно необходимо составить компанию нашему пионерскому отряду. Иди, поспи. А я пока порулю этой колымагой.

— Справишься? — только и спросил Валдек.

— Если что, Феликс подскажет, — успокоила я оруженосца.

Феликс на эти слова то ли хмыкнул, то ли хрюкнул, но, в общем, согласился и пообещал Валдеку вправить мне мозги в случае возникновения ситуации «если что».

Подпрыгивая на мелких камушках, обильно раскиданных по дороге, наш дом на колесах мирно катил вперед.

«Интересно, который сейчас час?», — мелькнула в голове самая простецкая мыслишка.

Достав из кармана джинсов мои «а-ля» золотые, я с сожалением, посмотрела на них. В этом мире от них толку мало, но не выкидывать же их? Все-таки память — покупка с первой зарплаты. В конце концов, я маг, или китайский пчеловод? Взяла и наколдовала себе часики местного производства. Ровно на тридцать шесть часов. Кругленькие такие, с золотыми стрелками, красными рубинчиками рядом с цифрами и сапфировым стеклом, как у швейцарских. Надев на запястье свое новое приобретение, я минут пять любовалась часиками, вытянув руку чуть в сторону и поворачивая ее то влево, то вправо. Рубинчики переливались под лучами Цейла. Красиво! Мне понравилось.

«Значит, теперь ты предводитель бродячего цирка, я так понял? — завел беседу Меч. — И с какими же номерами, позвольте полюбопытствовать, вы собираетесь выступать? Воздушные гимнастки? Или эквилибристки? А, нет, позволь угадать? Дамы с собачками!»

«Армянское радио никто не включал», — огрызнулась я.

«О-о-о, я, кажется, понял, — самозабвенно продолжал хохмить Феликс. — Номер будет называться „Поглощение меча“. На глазах у изумленной публики, ты будешь доставать меня и убирать обратно. Так? Неплохой номер получится, можно столько бабла срубить!»

Я задохнулась от возмущения и решила обидеться на Феликса. Сказано — сделано. Оп! И вредная железяка одета в розовые пушистые наушники. Ти-ши-на.

Сидя на облучке и ритмично покачиваясь из стороны в сторону, я невольно прислушивалась к легкому постукиванию колес. За спиной раздавалось приглушенное похрапывание Валдека. Глядя на поводья в руках, я невольно усмехнулась. Всю жизнь мечтала научиться водить машину, и нате вам. В голове промелькнули услышанные когда-то и где-то слова. Кажется, они предшествовали какой-то песенке:

«— Эй, извозчик!

— Я не извозчик.

— А кто же ты?

— Я водитель кобылы».

Вот, и я теперь никто иной, как водитель кобылы. А вернее парой гнедых. Феликс молчал, «забаненный» розовыми наушниками.

Тракт, по которому передвигалась наша кибитка, пролегал среди широкой равнины. Пейзаж, раскинувшийся по обе стороны дороги, вызывал скуку и желание закрыть глаза. Ни тебе деревца, ни цветочной пестроты. Серость сплошная. Даже странно как-то — казалось бы, климат тут такой, что все должно цвести и пахнуть, ан нет. Трава, почему-то вся пожухла, старая какая-то, словно с прошлого года осталась. Размышляя о странном состоянии травы, я и не заметила, как вокруг постепенно стал сгущаться туман.