Песнь о Рювии Светлобородом
Шрифт:
Я вас здесь боле не держу –
Уже неделю как слежу,
И ныне вам сказать готва,
Что абсолютно вы здоровы.
А потому поторопитесь
И люду своему явитесь»
И, не покинул Рювья шок,
Как выперли, да за порог.
А там уже толпа встречала –
Король не воспринял сначала.
Настолько поражённый был,
Что на крылечке и застыл.
Но дальше всё позакрутилось.
Проблема с гидрой объявилась:
Ведь приручить-то приручили, а позаботиться забыли.
Но очень быстро всё решили,
Болот в округе, благо, тьма.
А гидра умною была –
Она чешуйку отдала,
И та в язык вождя вросла.
С тех пор, когда бы он ни звал –
Тот глас до гидры прибывал,
И появлялася она
По первым мыслям короля.
Но вот вам – новая забота:
Как обуздать-то им болото?
Равиль, известно всем, подрос
И сунул далее свой нос.
А там (логично что) – трясина.
Тут гидра им и подсобила:
Землетворенье натворила.
Пред нею расступилась тина,
Пред нею воды улеглись,
И новы территорьи для Равиля
Тогда на свет и родились.
Конечно, Рювья сороковка
Вполне бы тоже так могла,
Да долго б место выбирала,
И долго б делала дела
Во стройке тоже помогла:
Плеяда домиков сосновых,
Что для семей готова новых,
Всего за месяц родилась.
И дальше стройка понеслась!
Там понастроили такого…
И всякого, того-сягого,
И даже сделали дворец,
Чтоб Рювий жил там наконец,
То полагает должность – он «земель отец»,
И в плюс – солидность вырастает,
Когда таким строеньем королевство обладает,
Политика-то всё ж велась.
Но дума Рювия неслась
Чуток не в этом направленьи:
Он пребывал во впечатленьи.
Стих 6
Ах, Ефаина!
Ах, краса!
Пленила Рювия она
Своими умными очами,
Своими нежными речами,
Своею толстою косой,
Своей чистейшою душой.
Единожды увидев он
Вдруг позабыл покой и сон
И, вот, собравшись, чтоб не выдало лицо,
Явился прямо на крыльцо.
Всё сразу девица смекнула,
А потому и сказанула, мол:
«Рювий. Ты мне люб и мил.
Но ты, должно быть, позабыл
О том, что ты правитель»
«И?»
«Ах, милый, правда, не груби.
Послушай, ведь не всякая девица
На королевы роль сгодится»
«Ты в корне неправа, считаясь недостойной ею быть!»
«Приятны одобрения твои, но лучше этих слов любви
Ты удостой другую»
«Не вижу я иной жены»
«Сочувствую»
«Я протестую!
Ты, Ефаина, прямо мне скажи,
Про тайну девичьей души»
«Раз так, напомню, Рювий: волошбую.
Меня народ боится и обходит стороной,
И ропщут, будто магией чарую…
Нет, Рювий, лучше будь с другой!»
«Коль толки я угомоню, со мною будешь?»
«Рювий, я тебя люблю…»
«Так отчего в словах тех скрытый смысл слышу?»
«Да оттого, что он в них есть.
Всех толков и не перечесть,
Угомонить ты их не сможешь.
Тебе же хуже будет как итог»
«Творец! Кто б с этой женщиной помог…»
«Моли хоть всех Небесных Дев по кругу – не поможет»
«Нет, Ефаина, если кто и сможет
Всё это изменить – так это я,
А потому дождись меня!»
И Ефаина грустно усмехнулась.
«Ищи другую, Рювий» – говорит,
И ход в девичий дом пред лидером закрыт.
Так сватовство и завершилось.
И свадьба хрупкой веткой обломилась.
А, впрочем – рано говорить.
Ну а пока ушёл король грустить.
И пребывал в разбитых чувствах до обеда,
Потом собрался – таки он король,
Да и она сказала: любит,
А толки он уж угомонит
Стих 7
Недолгою печаль была – на завтра началась война
Угроза с юга подошла, и время всё отобрала
Пока домчался Рювий до границы –
Враги едва ли не добрались до столицы
Им нужен торф с каполом, девки и рабы
Такому вряд ли были б рады вы.
Вопрочем, бросив много сил,
Король стан неприятеля разбил.
И никого при этом не убил:
Ни недругов, ни другов – живы все
Каким-то чудом
(Ефаиной в том числе)
А неприятель подкреплением грозил.
Пять сотен, тыща и ещё одна.
Такая армия плыла,
И враг решил Равильцев взять измором.
Но Рювий тут хитрее был:
В переговоры он вступил,
Продемонстрировал весомый аргумент,
Что неприятель отступил в момент:
Увидев гидру, враг промолвил «понял»,
И больше к ним не заходил.[1]
Но это с юга – справа-то прибыло:
Сто сумеречных эльфов, все прекрасны, как один
И каждый хоть разок, но по сердцу девичьему схватил.[4]
И сто девиц отправились на запад, оставив бравых воинов ни с чем.
«Мда… Вот засада» – молвили тогда-то.
«Хоть Ефаина тут осталась насовсем» –
Подумал Рювий, но осёкся.
Он позабыл, что вот уже полгода
Ни разу с ней не говорил
Её не видел и не знал,
Кто что с Любовью сотворил.
Но смел надеяться, что та хотя б жива.
На счастье, Ефаина знать дала, мол:
«Государь, со мною всё в порядке»
В ответ на его робкое письмо.
«Надеюсь, дело ваше идёт гладко,
А я на севере. Лечу»