Чтение онлайн

— Чего я не понимаю, так это того, что если твой дедушка убил моего, зачем ему сдавать эту землю в аренду моей бабушке? Он должен был знать, зачем ей эта земля. И что еще хуже, зачем ему сдавать ее в аренду за гроши?

Солнце начало жечь мою незащищенную кожу на плечах, но я не обращала внимание и продолжила разговор. У него все еще не было желания устраиваться поудобнее, и, судя по гневу и негодованию, которые парень проявлял с тех пор, как мы начали разговаривать, я не представляла, что он хотел бы затянуть разговор надолго.

— Ну, из того, что я поняла, земля изначально принадлежала моему прадеду. И после того, что сделал мой дед, его отец записал собственность на его имя в качестве наказания.

Дрю издал язвительный смешок.

— Наказания? Этот засранец убил человека и получает большой участок земли за бешенную сумму денег?

— Это еще не все, но в принципе, да. Он был лишен финансовых средств и исключен из завещания. Все, что у него было — это эта земля. Это должно было стать постоянным напоминанием о том, что он сделал. И я, возможно, неправильно поняла, но думаю, что он сказал моей маме, что твоя бабушка и мой дедушка встречались до ее отъезда.

От отвращения у него сморщилась переносица.

— Нет никаких шансов, что он был отцом моего отца, верно?

— Насколько мне известно, нет. Но полагаю, что именно поэтому он сдал землю ей в аренду. И, кажется, это мой прадед придумал смехотворно дешевые условия в качестве части наказания, гарантируя, что дед никогда не получит большой выгоды. — Я прикусила внутреннюю сторону щеки, пробегаясь по всем ключевым моментам, которые планировала ему рассказать. — Моя мама почти уверена, что именно поэтому дед начал пить в первую очередь — из-за чувства вины.

— Прости, но мне плевать на его вину. Мне все равно, как тяжело ему пришлось потом. Моему отцу пришлось вырасти с пропавшей половиной своей семьи, так и не узнав, что случилось с кем-то из них. Так что мне все равно, как плохо он себя чувствовал. Он заслуживает всего, что получил.

Дрю сделал шаг назад и сосредоточился на том, чтобы выровнять дыхание. Было ясно, что рассказ подействовал на него сильнее, чем я ожидала. С другой стороны, вся эта тайна в основном была навязчивой идеей его семьи в течение последних сорока с чем-то лет.

— Итак, это все? — спросил он, сжимая руки в кулаки по бокам. — Из-за этого ты проделала весь этот путь, чтобы сказать мне?

Я кивнула, не зная, что еще сказать или сделать. Парень был бомбой замедленного действия, готовой взорваться в любую секунду. Я, конечно, не хотела попасть под прицел, но в то же время не смогла бы смотреть на себя в зеркало, зная, что буквально свалила все это ему в руки, а затем сбежала. Ему нужен был друг, и независимо от того, насколько непостоянно он себя вел, я чувствовала сильное желание быть для него таким человеком.

— Что ж, спасибо. Я ценю правду. Извини, что ты проделала весь этот путь ради такой короткой поездки, но хотя бы никто не пытался задушить тебя во время визита. Я могу сказать это по собственному опыту. — Это был идиотский комментарий.

На самом деле я никогда не была из тех, кто плачет, но в глубине моих глаз горела угроза слез. Я не была уверена, было ли это из-за его неприятия, или гнева, или моей вины за то, что именно моя семья причинила ему такую боль. В любом случае, мне нужно было уйти, пока Дрю не стал свидетелем моего самого слабого момента.

К счастью, долгая прогулка от причала до моей машины, позволила мне привести в порядок лицо и мысли. Я смогла обуздать свои эмоции и запереть их — по крайней мере, до одинокой поездки домой, где у меня было бы все время мира, чтобы разобраться в них. Но когда я свернула с дорожки на стоянку, то чуть не споткнулась о собственные ноги.

Последним человеком, которого я ожидала там увидеть, был Дрю. И все же он был там, прислонившись к багажнику моей машины, небрежно засунув руки в передние карманы шорт. Я предположила, что он вернулся ко второму раунду, поэтому не стала утруждать себя предоставлением ему такой возможности. Если ему было что сказать, он мог бы сделать это без подсказки.

— Я тут подумал… — Каким-то образом за то время, что мне потребовалось, чтобы пройти четверть мили, его поведение полностью изменилось. Исчез ненавистный незнакомец, и на его месте был Дрю Уилер, которого я встретила месяц назад. — Ты знаешь, что это значит?

— Что значит? О чем ты думал? Я немного боюсь отвечать на этот вопрос.

Парень засмеялся и покачал головой.

— Нет, что все это значит. — Он обвел рукой в воздухе, указывая на все вокруг нас, включая его и меня. — Ты сама сказала, что шансы на то, что мы двое столкнемся после истории между нашими семьями, были невелики. И все же, именно это и произошло.

— На что ты намекаешь?

— Наши бабушка и дедушка потеряли свой шанс быть вместе. И вот мы здесь.

Мне нужно было, чтобы он объяснил мне все это по буквам.

— Я все еще не понимаю.

— Я уже говорил это раньше, но не думаю, что ты мне поверила. Что ж, теперь у тебя нет выбора, потому что это смотрит нам в лицо. Судьба всегда победит и все исправит. Нам дали шанс, который был украден у наших бабушек и дедушек.

Думаю, мне нужно было больше между тем, чтобы увидеть его гнев и… что бы это сейчас ни было. От этого у меня чуть не случилась хлыстовая травма и закружилась голова. Часть меня затаила дыхание, ожидая продолжения неприятных комментариев. Но большая часть меня хотела закрыть глаза и спрятаться, боясь, что этот момент не реален.

— Кенни… — Его хриплый голос прозвучал ближе, так близко, что я могла бы поклясться, что почувствовала жар своего имени на своем лице.

Только когда Дрю взял меня за руки, я поняла, что на самом деле закрыла глаза. И когда открыла их, он был рядом. В моем пространстве. В моем пузыре. Успокаивающий меня нежным взглядом и прикосновением.

— Что случилось, Дрю? Ты фактически сказал мне уйти, а теперь ведешь себя так, будто этого разговора вообще не было.

Его губы изогнулись, а глаза заблестели.

— Что я могу сказать? Я ничего не могу с собой поделать. Эта земля проклята. Это заставляет меня хотеть целовать тебя все время и постоянно прикасаться к тебе. И заставляет умолять тебя остаться и никогда не уходить.

— Тогда сделай это.

Его улыбка в мгновение ока стала шире.

— Не уходи.

Сжав в кулаке перед его рубашки, я приподнялась на цыпочки и очень нежно коснулась губами его губ, прошептав:

— Хорошо.

Прижавшись спиной к столбу на причале, я смотрел, как фейерверки освещают ночное небо над стеклянной поверхностью озера. Два коротких года назад я был убежден, что никогда не найду счастья и что застряну здесь навсегда. Ну, технически я все еще был здесь, но не застрял.