Песня русалки
Шрифт:
Я пообещала воспользоваться им, как только заподозрю неладное, ведь дорога из столицы все равно займет время. Даже если воспользоваться магическим порталом. Как объяснил Анкер, портальные станции располагались в нескольких храмах рядом с крупными городами, но до ближайшего было полдня пути. Он очень просил меня не тянуть до последнего, а действовать решительно в случае надвигающейся опасности для моей чести. Пришлось несколько раз уверить его, что все будет хорошо. Легкомысленно давая обещая, я и подумать не могла, что кулон действительно мне скоро понадобится…
Подъехав к знакомой синей двери, мы остановились. Анкер вышел из кареты первым и галантно подал руку. Стоило нам оказаться в доме утех, как он переменился, снова надев на лицо маску холодного безразличия. Вежливо проводил меня до комнаты, кивнул на прощание и ушел. Я понимала, что чем меньше интереса ко мне проявляет Анкер прилюдно, тем лучше. И все же мне было немного жаль, что он не зашел попрощаться по-настоящему…
Я вытащила шпильки из прически и с наслаждением распустила волосы, массируя пальцами кожу головы. И замерла, осознавая, что не знаю, как выбраться самой из платья. Можно было, конечно, пойти к Ирме и обратиться за помощью, но тогда нужно будет и рассказать все о нашем свидании с Анкером. А мне не хотелось пока этого делать. Как будто от пересказа события побледнеют, став просто еще одним воспоминанием. Поэтому пришлось бороться с лавандовым шедевром самостоятельно, проявляя чудеса гибкости. К счастью, благодаря упорству, мне все-таки удалось справиться с рядом крючков и освободить себя из батистового плена. Накинув ночную сорочку я аккуратно расправила платье и повесила в шкаф, не отказав себе в удовольствии еще несколько секунд полюбоваться на него, поглаживая медальон на шее.
Сколько приятных сюрпризов выпало на мою долю сегодня! Я чувствовала себя, как ребенок после дня рождения. Счастливая, уставшая и все еще взбудораженная, от чего трудно уснуть.
Но оказавшись под одеялом, сама не заметила, как яркие картинки сегодняшнего дня, которые я прокручивала в голове, плавно сменились сновидениями. И всю ночь мне снилась мелодия скрипки, под которую сильные мужские руки кружили меня в танце.
Проснулась с улыбкой и зверским аппетитом. Вчера я так увлеклась беседой, подарком и танцами, что только поклевала аппетитные блюда. Теперь об одном воспоминании о морских кушаньях во рту прибавлялось слюны. Быстро умывшись и одевшись в самое удобное платье, я заплела привычные косы и пошла звать Ирму на завтрак. Она ответила на стук в дверь с пятого раза.
— Ты чего-о-о так рано подорвалась? — спросила заспанная девушка, позевывая в кулак.
— Я страшно голодная! — честно призналась. — Тебя что, вчера Анкер голодом морил? Вроде ужинать ходили… — задумчиво протянула Ирма, пропустив меня в комнату.
— Кормил, да только не до еды было… — я почувствовала, как щеки предательски заливает краска.
— О, даже так. — она тут же с интересом обернулась, продолжая завязывать юбку на поясе. — Ладно, пошли, оголодавшая жертва страсти. Сейчас поедим и все расскажешь.
Мы пошли в заросший зеленью дворик, куда меня уже водил Анкер. По пути Ирма поймала Конрада и попросила подать нам завтрак туда. А еще — поторопиться, потому что мы очень голодны. Я с благодарностью посмотрела на подругу, которая быстро все устроила. Я еще не настолько освоилась в доме утех, чтобы давать кому-то распоряжения. Конрад в целом заставлял меня робеть, со своей вечно прямой, будто шпагу проглотил, спиной и постным лицом он выглядел не слугой, а владельцем дома, только сдающим комнаты.
Ирма заметила, каким взглядом я проводила его, и спросила:
— Ты что, Конрада боишься?
— Не то чтобы боюсь… Просто мне неловко к нему обращаться. Он всегда держит такой строгий и недовольный вид.
— Плюнь и разотри. Конрад когда-то мальчиком служил у богатого лорда, это было сто лет назад, но до сих пор корчит рожи, будто не работает, а одолжение делает. Как будто какие-то богачи только и ждут, чтоб старика взять на работу. А платят ему даже чересчур щедро, Анкер всем жалованье повысил, как пришел.
— А выглядит расчетливым и строгим… — задумчиво протянула я.
— Анкер? Он такой и есть. Спрашивает по всей строгости, но если вкалываешь, не скупиться. Он пару ленивых служанок уволил, а Конраду за расторопность прибавил. В результате Орлан только в плюсе остался, за что он Анкера и ценит.
Тут мы дошли до садика и с сожалением обнаружили, что позавтракать в одиночестве не получится.
На кушетке уже устроилась Анна в роскошном зеленом платье с вызывающе глубоким декольте. Ее бюст, как пышное тесто, в которое переложили дрожжей, пытался перевалиться через край корсажа. Но тот держал крепко, поэтому грудям не оставалось ничего иного, как приподняться и прижаться друг к другу двумя сдобными булочками. Я даже порадовалась, что Анкер в столице, и ему не удастся насладиться этим зрелищем.
Рядом с Анной сидела хрупкая светловолосая девушка со вздернутым носом и длинной косой. Приглядевшись, я вспомнила, что уже видела ее — в тот самый вечер, в объятиях танцора Мрака.
— А вот и лучшие подружки, — вместо приветствия произнесла Анна, — я смотрю, вы предпочитаете проводить время вдвоем?
В ее словах чудился какой-то неприятный намек, хотя сами по себе они были безобидны. Ирма, видимо, лучше понимала, о чем речь, поэтому ответила быстрее меня — Так и вы, я погляжу, парой сидите. — моя подруга презрительно поджала ярко-вишневые губы, — Выкладывайте, чего хотели. Не просто так же нас поджидаете.
— Ты как всегда груба. — Анна поморщилась. — Мы с Орлой хотели провести вместе завтрак и мило побеседовать. Насколько я помню, у нас с Селиной был небольшой спор…
Тут все встало на свои места. Я уже и забыла о том, что мы заключили пари. А ей, очевидно, не терпелось разобраться, кто же победил. Судя по кошачьей улыбке, Анна рассчитывала на свою победу. Правильно, она же не видела меня в зале…
— Все верно. Нам нужно определиться с победителем. Спасибо, что не забыла. — мой голос источал нежность. — Давайте позавтракаем вместе и все решим.
— С удовольствием, — с улыбкой согласилась Анна. Ее подруга Орла молча кивнула.
Конрада не пришлось долго ждать. Я тут же накинулась на принесенный им омлет и чуть не заурчала от удовольствия. Видимо, почувствовав, что разлучать меня сейчас с едой будет фатальной ошибкой, никто не пытался завести разговор, пока мы не покончили с едой. Тогда уже я сама, сделав глоток травяного настоя, обратилась к Анне:
— Ну что же, давай разберемся с нашим спором. Я продемонстрировала свой талант тем вечером.
— Когда же? — подарила она мне недоверчивую кошачью улыбку.
— В тот момент, когда мужчины обезумели и бросились на вас. Так действует мой голос. Ты, наверняка, успела услышать мое пение.
— М-м-м, какая интересная история… Только не припомню пения. Орла, ты что-то слышала? — она обернулась на подругу, но та только пожала плечами. — Да и тебя в зале не было. Прости, Селина, но нет никаких подтверждений твоим словам.
Пришел мой черед улыбнуться.
— Это мы легко можем устроить.