Чтение онлайн

– Хотя бы для того, чтобы поделиться! Это же ненормально! Веточка, у нас с тобой не должно быть никаких секретов друг от друга. Знай, что ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку, абсолютно во всем.

– Вот я так и знала, что ты слишком сентиментально на это отреагируешь. Я в полном порядке, – будто, выстукивая каждое слово по отдельности, ответила она. – И давай к этой тебе мы больше не будем возвращаться, хорошо?

– Если тебе так будет легче – ладно.

Виолетта вернулась в горизонтальное положение, и вновь водрузила шляпку себе на лицо. Не издавая ни звука, Илья окинул ее взглядом, полным непонимания, и тихо лег рядом.

С самого момента их знакомства и по настоящее время, семья его девушки, и взаимоотношения ее членов были для Ильи, словно, темный лес. Он не понимал, что происходило на самом деле между ней и ее родителями. Каждый раз, оказываясь в ее отчем доме, он наблюдал спокойствие и умиротворение. Но, учитывая тот факт, что количество раз, когда Илья бывал там меньше, чем пальцев на двух руках, он не мог сделать четких выводов об атмосфере, царящей в этой семье. Какие у этих людей были моральные ценности на самом деле?

О членах семьи Виолетты Илья знал не так много. Александр Николаевич Ланской, ее отец, уже лет двадцать работал в российском филиале какого-то крупного финского концерна, название которого он никак не мог запомнить. Вроде, это было связано с котельными и вентиляционными установками. Занимал управляющую должность заместителя директора и, соответственно, мужчиной он был далеко не бедным. На работе его считали исключительно порядочным и ответственным человеком. Неплохо говорил по-фински, так как частенько ездил с командировками в Хельсинки. В дочери он души не чаял, никогда ни в чем ей не отказывал. Правда, в совокупности с благосостоянием Александра Николаевича, нельзя сказать, что у Виолетты были какие-то невероятные запросы.

Однако существовала одна очень весомая загвоздка, которая портила всю достойную картину этого человека и омрачала его взаимоотношения с Ильей. Изначально он был категорически против их отношений с Виолеттой. Дело в том, что знакомство Ильи с родителями девушки произошло как раз в тот момент, когда он уволился с одной работы и не успел устроиться на другую. Александр Николаевич сразу же встал на дыбы, закидав парочку типичными родительскими вопросами, по типу: на что они будут жить, как Илья сможет обеспечить достойную жизнь его дочери и все в таком духе. Даже настаивал на том, чтобы они разошлись, но Виолетта этому требованию не покорилась и продолжила держаться своей позиции. Через неделю Илья устроился на работу, стал неплохо зарабатывать, и, казалось, вопрос был исчерпан. Но, будучи по натуре человеком самолюбивым, гордость Ильи оказалась основательно уязвлена. Проще говоря – осадочек остался.

Про мать – Марину Николаевну Ланскую, он знал еще меньше. В прошлом она трудилась в департаменте лесного хозяйства, хотя на момент их знакомства женщина уже не работала. Со слов Виолетты, она уже почти десять лет ничего не делала, только лишь сидела на шее у мужа и корчила из себя создательницу уюта семейного очага. Большую часть времени дама уделяла спортзалу, салонам красоты и пластическим хирургам. Конечно, про семью Марина Николаевна тоже не забывала. Изредка, она, бесспорно, подкидывала в тот самый семейный очаг какое-нибудь трухлявое полено, в виде индейки на ужин, приготовленной абы как.

Отношения с Виолеттой у них были прохладные. Илья не знал почему, а девушка не говорила. Как он ни пытался докопаться до сути, Виолетта только отмахивалась, сохраняя железное молчание. Один-единственный раз она сказала ему, что лет шесть назад произошел очень мерзкий и мучительный для нее инцидент, который она и рада бы забыть, но, к сожалению, не забудет уже никогда. Больше этой темы они не касались.

– Чем занимаетесь, малыши? – спросил Марк, который вернулся к ребятам через десять минут, закончив разговаривать.

– Фантастическим ничем, – глухо отозвался Илья. – Лежим, едим. Кто звонил? – с любопытством поинтересовался он.

– Начальница, кто же еще, – прохрипел Марк, убирая телефон в карман. – Она уже в печенках у меня сидит. Ни минуты покоя, даже в свой законный выходной не даст расслабиться. Только за сегодняшний день это второй звонок от нее. Первый, кстати, был, когда я ушел в душ утром. Так за пятнадцать минут она меня четыре раза набирала. Четыре! И это притом, что было только начало десятого! – рассмеялся он.

– Ты имеешь абсолютное право не отвечать на эти звонки в свой выходной, – невозмутимо заметила Виолетта и была совершенно права.

– Могу, – ответил Марк. – Но все дело в том, что будет только хуже в итоге. Викторовна такой человек, э-э-э…

– Своеобразный? – подсказал Илья.

– Да дура она, – сказал он и улыбнулся во всю ширину своих губ. – Когда я из душа вернулся, все же, перезвонил ей. Она такая спрашивает: – «Ты спишь, что ли?» – Марк посмотрел сначала на Илью, затем на Виолетту, ожидая их реакции.

– А ты что ответил? – спросил Илья.

– Говорю: – «Нет. Уходил на скотный двор, коз доить. Время же – самое оно для хорошего удоя».

Сказанная Марком фраза оказалась настолько неожиданной для Виолетты, что она прыснула со смеха, схватившись руками за живот. Илья выпучил глаза, давая понять, что шутку он не понял.

– Ты серьезно?

Марк со скепсисом взглянул на него.

– Нет, конечно! Работа мне еще пока нужна. Не знаю, что она за человек такой странный. В результате-то, звонила, чтобы наговорить мне всяких ненужных глупостей и очевидных фактов, половину из которых я и так знал, – ответил Марк и сделал большой глоток вина.

– Расскажи про свою работу. Насколько помню, ты в пекарне работаешь, – сказала Виолетта, к которой, по-видимому, после сказанной шутки вернулось хорошее расположение духа. – Илья говорил, что тебя повысили. Кстати, поздравляю.

– Спасибо, – кивнул Марк. – Ну, что сказать? Если коротко – повысили меня до управляющего пекарней. Из плюсов только то, что зарплата стала выше. Но я теперь, – он стал загибать пальцы – и управляющий, и пекарь, и продавец, и менеджер по имиджу и закупкам и даже уборщик. Короче, все вакансии, которые только могут быть в пекарне – это я. Вот Викторовна и трезвонит мне по всякой чепухе постоянно.

– Жесть, – выдала Виолетта.

– А, и еще продавец выходного дня! – засмеялся Марк. – Потому что людей мало, и если кто-то из продавцов или пекарей заболеет – выходить на работу за них придется мне.

– Ты справишься с этим, – сказал Илья, откусывая от бутерброда с арахисовой пастой.

– Разумеется, справлюсь, – отмахнулся Марк. – И не такие завалы разгребали. Они хотят еще внедрить ночную работу пекарни, но я решительно против этого.

– Ага, – кивнула Виолетта. – Так и представляю себе, как какая-нибудь, одержимая выпечкой тетка просыпается посреди ночи в холодном поту, и говорит: – «Если я сейчас же не съем фисташковый круассан – я умру!».