Чтение онлайн

— У нее с ним был бурный роман, — объяснил рыжий, — заметь, не "у них" а именно у нее. Представь себе, принцесска, девицу твоего же темперамента, только постарше, циничную и мстительную.

— Не думаю, что это интересная тема, — покачал головой мэтр Купер.

— Ага! — откровенно заржал Эрик. — Она все перепробовала: от флирта, до приворотных зелий. Но — сама понимаешь, результата — ноль. Однажды я был в Дайсаре, отмечал одну сделку удачную, ну и слегка перебрал. Дэвлин проявил несвойственное его природе милосердие и дотащил меня практически до своей столичной квартиры. Являемся мы такие — а во всех комнатах свечи расставлены и Кларисса в таком виде… — авантюрист присвистнул, закатив глаза. — Я аж протрезвел. Увидела нас двоих, просто на месте застыла. А мэтр Купер в своей обычной манере: "прошу прощения, виконтесса, не могли бы мы обсудить дело, которое привело вас ко мне, завтра? А сейчас, извините мои манеры, но вынужден попросить вас освободить эту кровать, моему другу необходимо лечь", представляешь? Все, больше она с ним не разговаривала.

Я не стала хохотать в голос, только потому что Дэвлин глядел на нас весьма неодобрительно.

Жители облагодетельствованной деревни порадовались, но не слишком бурно, и с некоторой опаской оставили нас ночевать в доме кузнеца. То ли он вытащил короткую соломинку, то ли посчитали, что если кто и может хоть как-то нам противостоять, если что — это двухметровый и почти квадратный кузнец. В итоге спать устроились у него в кузне, в предбаннике. Только Вэль покачал головой и ушел со своим одеялом на крыльцо. Кстати! Спит альфар часто с открытыми глазами, только чуть опускает ресницы.

Кузнец до полуночи просидел за пивом с Десятым, обсуждая какие-то особенности металлургии, как оказалось, химерик и о ней имел кое-какие представления, в основном — по учебникам. Дэвлин читал какую-то книгу, устроившись со свечой в самом углу. Эрик исчез куда-то почти до самой ночи, вернулся довольный, как укравший сметану кот, плюхнулся на свое одеяло и уснул с блаженной улыбкой на лице. Я села рядом похихикала про себя, и принялась вытаскивать у него из волос соломинки. Рыжий, от которого вкусно пахло сеном, разве что не мурлыкал, пока не провалился в сон окончательно. Я вышла во двор, плюхнулась на одеяло рядом с альфаром, и Вэль принялся любопытствовать по поводу названий созвездий. Снежный придумывал по ассоциации альтернативные названия, тыкая пальцем в сияющие в ночном небе огоньки, а потом научил меня "смотреть на небесную сферу". Тоже чисто эльфийское умение. Не знаю даже, как описать это словами. Просто небо оживало и начинало двигаться. Будто бы видишь не только каждую звезду, но и легкую серебряную линию — траекторию ее движения. Это было невероятно красиво.

Из-за забора пара раз доносилось женское хихиканье. Альфар по привычке насторожился, но я объяснила ему, на тему чего любопытствуют спрятавшиеся девушки, учитывая, что мы оба — эльфы, и на крыльцо ушли вдвоем. Он на сей раз уже даже не смутился, только изобразил практически скопированную у Эрика ухмылку. Н-да. Испортим мы парня.

Он притянул меня к себе на плечо так, чтобы мы соприкасались головами, и предложил перестать блокировать эмпатию. А потом осторожно коснулся моего сознания, как-то рассеивая внимание. Распыляя.

— Расслабься, я тебе сейчас еще одну вещь покажу. Только не сопротивляйся.

— Звучит заманчиво, — усмехнулась я.

— Тс-с-с. Слушай…

Сознание снова рассыпалось на какие-то отдельные сполохи, а потом пришли какие-то звуки. Поскрипывание деревьев, шум ветра, журчание далекого ручья, резкие крики птиц, лай собаки. Потом звуки стали как-то стройнее и чище, обрели гармонию…

А потом я услышала песню. Потрясающе красивую звонкую многоголосую песню, в каждом звуке окружающего мира. Пели деревья о спокойном зимнем времени сна. Пел ручей о том, как ему нравится скользить по камням всем своим длинным водяным телом. Пел ветер, о том, что далеко на западе он видел высокие горы и огромные запертые Врата. Пела земля, каждая былинка, каждый камень. Я потрясенно молчала, глотая набежавшие от восторга слезы. А потом посмотрела вверх и услышала, как поет небо хрустальными голосами звезд.

— Что это?.. — прошептала я.

— Мы верим, что весь мир был когда-то создан из песни, — негромко отозвался Вэль, — и мы можем слышать до сих пор ее отголоски…

— Это невероятно…

Неожиданно он тихо рассмеялся. Взял мою руку и помахал ей перед моим носом. Моя кожа слегка светилась золотистым, а его ладонь — голубоватым призрачным сиянием.

— Смотри-ка! Ты и в правду эльф. Это тело так реагирует на Песню мира.

За забором послышалось изумленное аханье.

— Слухи пойдут, — усмехнулась я.

— Мы же не собираемся сюда возвращаться, — резонно заметил Вэль, которого тоже пробрала красота Песни, — пусть их.

— Спасибо.

— Не за что. Тебя же никто не учил. Да и я, вообще, мало что могу показать. Слишком у нас разная природа.

Он повернулся на бок и уставился мне в лицо своими огромными лазурными глазищами.

— Чего? — улыбнулась я, вытирая глаза.

— У тебя хрустальные слезы. Никогда не видел таких больших.

— Просто это… нереально красиво.

— Да, я знаю, — он помолчал, а потом хихикнул.

— Да что?

— Внутренний голос. Снова несет всякое…

— Это они могут!

В этот момент на крыльцо вышел Десятый.

— Эльфы! — привычно усмехнулся он. — Спать! Звездами любуетесь?

— Ага.

— Крис, давай внутрь. Замерзнешь напрочь, что потом с тобой делать?

Я от избытка чувств чмокнула Вэля в щеку и пошла ложиться спать.

— Ты в курсе, что светилась? — спроси химерик.

— Это все Вэль. Учил меня парочке фокусов.

Десятый вздохнул.

— Только не усложняй все еще больше, — тихо проговорил он.

— Да нет. Все не так.

— Тогда ложись спать уже. Завтра нам вряд ли так повезет — ночевать в тепле.

Я заползла на свое место между Эриком и Дэвлином, свернулась в клубок и засопела. Рыжий, не просыпаясь привычно похлопал по меня по макушке, обнаружил тонкую шапочку, что-то одобрительно проворчал и заснул дальше.

Жители деревеньки, которую мы проезжали последней весьма неохотно открыли нам ворота, висящие на толстом деревянном частоколе, пролитом смолой.

— Не знаю уж, куда вы направляетесь, — хмуро проговорил светловолосый детина со здоровой старой алебардой с посеребренным лезвием, провожающий нас за пределы деревни, — да только там нет ничего, кроме этих…

Он отвел глаза, страха в нем не чувствовалось, только привычное не проходящее беспокойство.

— Кто? — спросил Эрик, не дождавшись продолжения, чуть натянув поводья заплясавшего Шторма.

— Нежить, — выплюнул сквозь зубы парень, — упыри еще ладно, отбиваемся, хуже с вампирами.

Мы насторожились.

— Вампиры? — снова настоял на подробностях рыжий. — Многих убили?

— Если не выходить на ту сторону — все равно могут напасть, но хоть не до смерти. По ночам мы тут по домам запираемся. Особенно когда лун нет. А вот если пойти дальше… Тела иногда к воротам потом подкидывают. И ни кровинки.

Мы попрощались, причем детина мрачно пообещал выпить за наши души, как в кабак пойдет, и сплюнул на землю.

Эрик при этих словах глянул на Дэвлина и разулыбался, благоразумно удержавшись, впрочем, от комментариев. Остальные остались индифферентны. Ворота скрипнули, отрезая нас окончательно от обжитых земель.

— У вас тут много вампиров? — спросил Вэль, явно вспоминаю посиделку с Вэрелом.

— В Дарсуле в основном, — пожал плечами Дэвлин.

— А раньше? До этой… некрочумы? Откуда они вообще взялись?