Пестрая бабочка. Дилогия
Шрифт:
— Кто-то видел что-то подобное? — спросил Вэль.
Но нет. Никто никогда. А стоило опуститься ночи, как из-под земли, изрядно напугав меня, поднялся первый скелет. Он подошел к самой пристани, но к счастью, не ступил на доски. Так и стоял, посвечивая зеленым светом из глазниц и клацая челюстями. Потом подтянулся второй. В итоге собралась целая толпа скрипящих и чем-то щелкающих костяков, но только на берегу — на пристань н зашел ни один. От голода и жажды нас спасала скатерть, без воды мы бы там долго не протянули.
Ночь не принесла прохлады. Жара и духота. Я не в состоянии уснуть под взглядом такого количества нежити, постоянно лазила окунуться во все такую же теплую воду. Так было хоть немного лучше.
Какой же демон несет меня в настолько неприятное место?
Почему я не могу никому сказать о том, как я себя ощущаю?
Мысли ворочались в голове лениво, позволяя думать только одно: "Мне необходимо попасть на тот остров".
Утром, когда нежить как по команде сгинула, провалившись обратно под землю, мои не выспавшиеся и оттого злые спутники решили — к демонам. Одним днем плывем до острова с белым строением, смотрим, что там, возвращаемся, ночуем на пристани, и уходим. Причем, на строение сморим очень издалека. Дэвлин добавил, что не может вызвать прихвостней, а это уже ни в какие ворота не лезло. Мне хотелось вопить: давайте сматываться! Но что-то было сильнее меня, поэтому я сидела на краю пристани тупо таращась на воду.
Десятый самым первым обеспокоился моим состоянием. Но я улыбалась, до оскала растягивая губы, и заверяла, что это — просто недосып. Химерик покивал, но больше с меня глаз не сводил. В итоге, мы без удовольствия позавтракали и двинулись к нужному острову. Все дальше от спасительной лестницы в пещеру, выбитой прямо в скале.
Когда мы подплывали, меня уже трясло от нетерпения. Пришлось прикусить губу, чтобы не стучали зубы, а потом уже вообще больше не могла ни о чем думать, сидя на носу лодки и нервно заламывая побелевшие от волнения и ужаса пальцы. Я даже совершила совсем несусветную глупость — прыгнула в воду, не дожидаясь, пока лодка причалит все к такой же пристани. Прямо в одежде. Выбралась на берег, мокрая насквозь, и шатаясь, будто пьяная. Спросите меня, как он выглядел, берег? Не помню. Перед глазами стоял туман. Песок помню, белый, будто шелковый. Деревья какие-то по сторонам стоят, дорога уходит на вершину холма.
И вот тут-то они и появились. Две полуобнаженные женщины, вооруженные кривыми короткими клинками, с белоснежными волосами до пояса и в белых масках птиц. В прически были вставлены длинные белые перья, превращавшие их в огромные гривы. Внезапно шрам от кинжала на груди вспыхнул, обжигая, выпустил струйку черного дыма и с легких хлопком исчез.
Я мгновенно пришла в себя, но было поздно. Увы. Женщины легко скрутили мне за спиной руки, а одна из них еще и приставила к шее узкий искривленный кинжал. Прикосновения были отвратительными до мурашек по коже, будто со всего размаху наткнулся в темном подвале на густую липкую паутину.
— Что так хлопаешь глазами, насекомое? Не поняла? — насмешливо поинтересовалась другая, чуть сильнее нажимая лезвием на шею. — Давай я все объясню. Кинжал жрицы не убил тебе, но оставил "Зов". Заклинание. Помнишь, что она сказала? На зов ты сюда и двинулась. Госпожа совершила ритуал, явив Врата, но не имела возможности открыть их изнутри. А один из слуг Госпожи подкинул тебе приглашение, на которое ты и побежала, как маленькое жертвенное животное на зов хозяина. И вот со своими способностями ты-то как раз и могла открыть Врата наверх. Это ты и сделала. Остальные, кстати, могут убираться, — повысила она голос, оглядев причаливших мужчин.
Я только сейчас осознала, КУДА я привела друзей.
Дэвлин пожал плечами и первым ступил на пристань. За ним выпрыгнул Вэль. Десятый и Эрик привязывали лодку.
— Вы хоть поняли, где вы, детки? — усмехнулась вторая стражница, чуть ниже ростом, рассматривая моих спутников и разве что не облизываясь.
— В Мертвом мире, — ответил мэтр Купер холодно, — видимо, в изначальном.
— Убирайтесь, пока можете, — отрезала первая.
— Она права, — призналась я, — это, кажется, конец. Уходите отсюда. Ну!
— Поглядим, — буркнул Эрик, губы сжаты в одну тонкую линию, а зрачки — как булавочные головки. Самый опасный из "вариантов" рыжего.
— Уходите! — еще раз крикнула я, пока они не сошли с пристани. — Вы сами меня обозвали капитаном! Это приказ!
Они будто вообще не услышали. Птицеподобные женщины потащили меня вверх по склону холма. Мужчины переглянулись, ничего не ответили и просто пошли следом. Меня провели по тропинке между рядами высоких деревьев. Почему-то в некоторых стволах торчали беспорядочно воткнутые ножи. Странное украшение…
Белое строение оказалось дворцом. Он весь был сделан из костей, будто облитых сверху белой блестящей глазурью, как бывает на пирожных или керамике. А внутри, в парадном зале перед накрытым столом на троне из человеческих черепов, закинув ногу на ногу, сидела Она.
Хэль.
Ну, вот и познакомились, госпожа Смерть.
Хэль была прекрасна. Совершенные линии почти обнаженного тела. Волосы — белее, чем снег и шевелюра Вэля. Ослепительные. Длиннее пояса. Сияющие украшения на шее и запястьях и все та же птичья маска на лице. Тонкие серебряные браслеты-цепочки на лодыжках с подвесками в виде черепов. Только губы подкачали — тонковаты и слишком ярко накрашены, на мой вкус. Ее застывшая красота давила. Заставляла упасть на колени и молить о смерти, как о высочайшей милости. Слишком совершенная там, где выглядела человеком. Тем отвратительнее казались птичьи когти и нечеловеческая грация. Прекрасная, как сон, и мерзкая до дрожи.
— О! — обрадовалась она делано, поднимаясь с высокого каменного трона. — Какие у нас сегодня гости! Украшение обеда, просто.
— Отпусти остальных… — начала я, и внезапно почувствовала, что язык больше не слушается.
— Тихо-тихо! — проворковала богиня, неторопливо подходя ближе. — Мы еще наговоримся. Вдосталь! У нас теперь та-а-ак много времени. Вечность!
— Договоримся? — коротко спросил Дэвлин, делая шаг вперед.
Богиня уставилась на него и оглядела, как экономка кусок мяса на рынке.
— Ох, надо же, демон. Да еще такой молоденький. Надо же. А, мы уже встречались, да? Что, я отобрала у тебя игрушку? Ну, извини. Ты мог уйти, кстати. Я не возражала, — чудовище в обличии женщины откровенно наслаждалось моментом.
— Мог.
— А теперь, увы. Поздно. Придется вам поприсутствовать. Ты же не закрыла те самые ворота, да, детка? — обратилась она ко мне, подходя близко-близко.
Странно, но я больше не ощущала страха. Некоторую обреченность, что ли? — да, понимание, что вот теперь это точно конец — определенно. Но не страх. Разве что за остальных. Впрочем, до них богине, судя по всему, не было никакого дела. Почему я так реагирую, интересно? Наверное, у меня таки помутился рассудок.
"Она не была богиней изначально, — подсказал вернувшийся Шепот, — а ты слишком привыкла уже ко всяким… сущностям. Тому же крокодилу, когда он полностью вернется в наш мир, эта птичка в подметки не годится, поверь мне".
— Не закрыла, — констатировала Хэль, отвечая на свой же вопрос, — вот и молодец. Все сделала, как я хотела.
— Зачем вам ворота? — сумела внезапно сказать я.
Она по-птичьи наклонила голову набок, удивляясь, что я смогла что-то произнести.
— Погуляем по миру живых. Немного поедим, понимаешь? Люди, животные… Мои подопечные вечно голодны… И я голодна…